Топ-модель

Линдсей сделала робкое движение, как бы пытаясь вернуть ему коробочку с обручальным кольцом, но в то же мгновение отвела руку. Тэйлор был необыкновенно рад, что она проявила сомнения по поводу их дальнейшей судьбы.

– Это кольцо принадлежит тебе, Иден, как, впрочем, и весь я собственной персоной. Если хочешь выбросить меня из своего сердца, выбрось подальше это кольцо. А если ты будешь хранить его, значит, будешь хранить и меня.

– Я не знаю…

– Послушай меня внимательно. У меня есть одно предложение.

Тэйлор прислонился спиной к софе и скрестил на груди руки. Сейчас он казался ей таким большим, таким сильным, самым настоящим мужчиной, и это инстинктивно заставило ее отпрянуть назад.

– Я вижу, что ты чем‑то взволнована. Может быть, тебе лучше пойти в другую комнату и немного успокоиться? – заботливо спросил Тэйлор. – Тебя смущает моя поза? Нет? Ну хорошо. А вот сейчас ты снова выглядишь излишне удивленной. Видишь, я неплохо знаю тебя и каждый день стараюсь узнать как можно больше. Но тут есть одна проблема. Мне все время приходится быть настороже, проявлять крайнюю осторожность и в словах, и в поступках. А это не так просто, как может показаться на первый взгляд, поэтому я предлагаю тебе надежный выход из этого положения.

– Какой же? Что ты имеешь в виду?

– Ты все еще здесь? Решила продемонстрировать свою храбрость? Ты уверена, что я не наброшусь сейчас на тебя?

– Прекрати, черт возьми! – Она схватила со стола коробку из‑под мобильного телефона и что есть силы швырнула в него. Коробка описала дугу и шлепнула его по щеке.

– Хороший бросок. Слава Богу, что она была пустая! Так вот, мое предложение заключается в следующем: я хочу завтра же переехать к тебе. Какое‑то время мы будем просто соседями по квартире, а не любовниками. И постараемся сблизиться с тобой, не прибегая к сексу. Иден, я еще раз повторяю тебе: никакого секса, пока ты сама не захочешь этого. Даю тебе честное слово.

– А где ты будешь спать?

– С тобой, где же еще. Мы будем спать так, как спали в те памятные ночи, когда ты болела.

Линдсей гневно нахмурилась и прикусила нижнюю губу, но Тэйлора это не остановило. Более того, он был рад, что она стала нервничать. Может быть, это поможет ему лучше понять ее.

– Это значит, что ты сможешь очень легко разузнать все мои плохие привычки.

– У меня их тоже немало, – успокоил ее Тэйлор. – Ты зубы когда чистишь, утром или вечером?

– Вечером.

– А я утром. Храпишь, как поросенок?

– Не знаю, – удрученно сказала она на полном серьезе. – Я никогда не слышу себя. А ты?

– Только тогда, когда чертовски устаю или чем‑то расстроен. Кроме того, я бегаю три раза в неделю, а в остальные дни хожу в спортивный зал на Шестьдесят шестой улице. Так что не волнуйся, со мной не растолстеешь. А самое главное – я весьма недурно готовлю.

– Да, мне толстеть совсем ни к чему, – обрадовалась она.

– Но это из‑за твоих личных убеждений или только потому, что тебе приходится истязать себя голодными диетами ради работы и возможности заработать на жизнь? Интересно, как ты будешь выглядеть, когда бросишь свою работу?

– Не знаю, но мне кажется, что я всегда буду такой. Во всяком случае, раньше у меня никогда не было проблем с избыточным весом.

– Ну что ж, прекрасно, если это действительно так, – рассудительно заметил Тэйлор. – Вот видишь, мы обсудили почти все наши основные проблемы.

– Я не могу похвастаться тем, что хорошо готовлю.

– Ничего страшного. Поскольку ты практически ничего не ешь, то зачем забивать себе голову подобными пустяками? Я умею готовить бесподобные салаты из капусты и овощей, а также поджаривать тонко нарезанные ломтики свинины.

– Ладно, уговорил.

– Дай мне кольцо, – неожиданно потребовал Тэйлор и протянул руку.

Она нехотя отдала ему коробочку.

Тэйлор осторожно открыл ее, вынул оттуда кольцо и снова протянул руку.

– Левую, пожалуйста.

Линдсей засуетилась, не зная, что делать, но он настойчиво держал на весу свою руку, решив ни за что не отступать. После долгих сомнений и колебаний она медленно протянула ему руку и почему‑то закрыла глаза. Тэйлор решительно притянул ее к себе, еще раз посмотрел на кольцо, а потом решительным движением стал надевать его на ее тонкий палец. Оно шло очень туго, причем настолько, что Линдсей пришлось помочь ему в этой в общем‑то несложной операции. А Тэйлор пыхтел над ее рукой, сожалея о том, что не взял на размер больше.

– Ну вот, теперь тебе придется немало потрудиться, чтобы снять его. Даже если ты когда‑нибудь разозлишься на меня и захочешь швырнуть его мне в лицо, то тебе это не удастся сделать без определенных усилий и в самый разгар вспышки гнева, так сказать. Тебе, моя дорогая, придется немного поостыть, а тем временем я сделаю все возможное, чтобы сгладить конфликт.

– Ты просто чудо, Тэйлор, и к тому же необыкновенно хитрый и изобретательный тип.

– Да, но это еще не все мои достоинства. Иди ко мне. Я хочу крепко обнять тебя.

Линдсей неожиданно для себя устроилась у него на коленях, выгнулась дугой и с удовольствием прислонилась к его широкой и сильной груди. Тэйлор нежно обнял ее и поцеловал в макушку.

– Отныне ты моя невеста. И к тому же вполне официальная. Как тебе это новое качество?

– Нет слов.

Он засмеялся, отодвинул чуть в сторону ее волосы и слегка прикусил губами мочку уха.

– Тэйлор, почему бы тебе не остаться здесь на всю ночь? А Тэйлор в это время думал: достаточно ли плотно она прижалась к нему, чтобы ощутить его напрягшуюся мужскую плоть?

– Прекрасно, – обрадовался он. – Все наши рождественские чулки уже готовы и ждут своего часа. К тому же мне не придется тащиться сюда в семь часов утра по снегу и в этот жуткий мороз. Мы сможем уютно расположиться на софе, пить какао и наброситься на рождественские чулки когда нам только вздумается, не дожидаясь рассвета.

– Я даже представить себе не могу этого, – прошептала она севшим голосом.

– А я могу, – уверенно сказал он и снова поцеловал ее в мочку уха. – Причем сейчас я могу представить себе это намного легче, чем пару часов назад.

– Последний раз я получила рождественский чулок, когда мне было одиннадцать лет.

– Правда? Хочешь услышать самую грустную историю о рождественском чулке? Последний раз я получил его, когда учился в полицейской академии. Так вот, мой инструктор, совершенно несносная женщина по имени Марлен Джекоби и по прозвищу Пивная Кружка, подарила мне целую кучу самых невероятных вещей – тренировочные ручные гранаты, газовые баллончики, игрушечные пистолеты и даже наручники. Ты не поверишь, эти наручники, Боже мой, они были покрыты кусками меха. Это было что‑то. Она вообще могла откалывать разные хохмачки, но эти наручники!.. К тому же она была…

Линдсей резко повернулась к нему и сильно пнула его локтем под ребра.

– Наручники?!

– Да, мэм, в тот вечер я был закован в наручники, как самый настоящий раб.

– А я‑то думала, что ты получил свой рождественский чулок только утром.

Тэйлор пристально посмотрел на нее и задумался.

– Приходится приспосабливаться. Да, моя дорогая, именно приспосабливаться.

Глава 15

ТЭЙЛОР – ИДЕН

Они встретили Рождество, но на большее у них сил не хватило. Минут через десять после полуночи Тэйлор многозначительно посмотрел на Линдсей и громко зевнул. Завтра утром им предстояло обменяться рождественскими чулками с подарками. Причем это должно было случиться очень рано, и, стало быть, следовало хоть немного поспать. Тэйлор медленно поднялся на ноги и протянул ей руку, предлагая сделать то же самое.

Линдсей нехотя подчинилась, поправила свитер и слегка отвернулась в сторону, пытаясь скрыть свое смущение.

– Я пойду первая, если ты не возражаешь, – тихо сказала она и густо покраснела. – Мне понадобится минут десять, не больше.