Страница 15 из 78
— Состязание выглядит честным, — согласился Кугель. — Ты уже выбрал своего человека?
— Да, выбрал. А ты?
— Не задумываясь. Полагаю, в состязании такого рода он непобедим. Вон тот пожилой господин с острым носом и поджатыми губами, который сидит слева от меня. Он не слишком велик, но мне нравится воздержанность, с которой он прикладывается к своему стакану.
— Неплохой выбор, — одобрил Бандерваль. — А я по совпадению выбрал его товарища, господина в серой одежде, который потягивает пиво как будто с отвращением.
Кугель подозвал подавальщика.
— Те два джентльмена слева от меня — почему они так медленно пьют? — втихаря, чтобы не услышал соперник, поинтересовался Кугель.
Мальчик пожал плечами.
— Если хотите знать правду, они страшные скряги и ненавидят расставаться со своими денежками, хотя терциев у обоих куры не клюют. И все равно по часу сосут четверть пинты[1] нашего самого дрянного пива.
— В таком случае, — предложил Кугель, — принеси господину в сером плаще двойную кварту[2] самого лучшего эля, за мой счет, но ни в коем случае не упоминай меня.
— Хорошо, сударь.
В этот момент Бандерваль знаком подозвал подавальщика и тоже о чем-то неслышно с ним договорился. Мальчик поклонился и побежал вниз по лестнице в кладовую. Через некоторое время он вернулся и принес обоим кандидатам одинаковые большие кружки с элем, которые после объяснений мальчика те приняли с угрюмой благосклонностью, хотя скряги и казались явно озадаченными столь щедрым даром.
Кугель порадовался пылу, с каким его кандидат набросился на пиво.
— Боюсь, я сделал плохой выбор, — заволновался он. — Старик пьет, будто только что вернулся из пустыни, проблуждав в песках целый день.
Бандерваль точно так же поносил своего кандидата.
— Он уже утонул в своей кружке. Твоя уловка, Кугель, оказалась просто нечестной. Я был вынужден защищать свои интересы любой ценой.
Кугель решил отвлечь своего кандидата от пива, заняв его беседой.
— Сударь, вы ведь живете в Саскервое, я прав? — обратился он к господину.
— Да, я здешний, — важно подтвердил тот. — И мы славимся нежеланием разговаривать с незнакомцами в чужеземной одежде.
— Кроме того, обитатели вашего города славятся трезвостью, — осторожно намекнул Кугель.
— В жизни не слыхивал подобной чепухи! — пренебрежительно отмахнулся его избранник. — Посмотрите только на людей в этом зале. Они же все галлонами[3] пиво хлещут. Прошу прошения, я собираюсь последовать их примеру.
— Должен предупредить, пиво, которое варят в ваших краях, вызывает закупорку сосудов, — как можно более убедительно проговорил Кугель. — У вас будут спазмы!
— Вздор! Пиво очищает кровь! Можете сами не пить пива, если так боитесь, а меня оставьте в покое. — И, подняв кружку, кандидат Кугеля сделал внушительный глоток.
Бандерваль, раздраженный маневром Кугеля, попытался отвлечь второго любителя дармовой выпивки, наступив ему на ногу и затеяв перебранку, которая грозила затянуться весьма надолго, если бы не вмешался Кугель, вернувший Бандерваля на место.
— Давай играть честно, или я выхожу из соревнования!
— Твоя собственная тактика не отличается благородством, — проворчал Бандерваль.
— Замечательно! — потупил взор Кугель. — Давай больше не будем чинить помех друг другу.
— Согласен, но дело, похоже, продвигается, ибо твой кандидат начинает проявлять беспокойство. Он уже почти встал на ноги, а значит, я победил.
— Эй, полегче! Проигрывает тот, кто первый войдет в уборную! Обрати внимание, твой собственный кандидат тоже поднимается. Они идут вместе!
— Тогда первый, кто выйдет из зала, будет признан проигравшим, поскольку почти наверняка первым подойдет к туалету.
— Ага, мой идет первым! Нет уж! Проиграет тот, кто первым воспользуется писсуаром.
— Тогда пойдем, с такого расстояния невозможно разобрать, кто победил.
Оба скряги приготовились облегчиться. Избранник Кугеля, взглянув в сторону, заметил, с каким напряженным вниманием смотрит на него Кугель, и обозлился.
— Эй, на что это ты уставился? Хозяин! Немедленно убирайся! Стража!
Кугель пустился в сбивчивые объяснения:
— Сударь, вы ошиблись! Бандерваль может подтвердить! Бандерваль?
Тот, однако, уже вернулся в зал. Появился папаша Краснарк с перевязанной головой.
— Пожалуйста, господа, минутку тишины! Господин Черниц, будьте так добры взять себя в руки! Что случилось?
— Ничего! — зашипел Черниц. — Возмутительный случай, вот что! Я пришел сюда облегчиться, а этот субъект встал за мной и вел себя в высшей степени непристойно.
Его товарищ, избранник Бандерваля, процедил сквозь сжатые зубы:
— Я поддерживаю обвинение! Его нужно выгнать с постоялого двора и вообще из города!
Краснарк обратился к Кугелю:
— Это серьезные обвинения! Что вы на это скажете?
— Господин Черниц ошибся! Я тоже пришел сюда облегчиться. Взглянув в направлении стены, я заметил моего друга Бандерваля и замахал ему, а господин Черниц вдруг поднял шум и стал делать гнусные намеки! Лучше прогоните отсюда этих старых хорьков!
— Что? — взвился разъяренный Черниц. — Да я приличный человек!
Краснарк воздел руки к небу.
— Господа, будьте благоразумны! Тут не о чем спорить. Согласен, Кугелю не стоило делать знаки своему другу в туалете. А господин Черниц мог бы быть более благородным в своих предположениях. Предлагаю господину Черницу взять обратно определение «моральный урод», а Кугелю извиниться за «хорьков» и на этом считать дело исчерпанным.
— Я не привык к таким оскорблениям, — обиженно заявил Кугель. — Пока господин Черниц не принесет извинения, определение останется в силе.
Кугель вернулся в зал и занял свое место рядом с Бандервалем.
— Ты слишком неожиданно покинул уборную, — заметил он. — Я подождал, чтобы удостовериться в результатах состязания. Твой избранник проиграл моему несколько секунд.
— Только из-за того, что ты отвлек своего. Пари недействительно.
Господин Черниц со своим приятелем вернулись на места. Бросив холодный презрительный взгляд на Кугеля, они отвернулись и тихо о чем-то заговорили.
По знаку Кугеля мальчик принес две полные кружки таттербласса, и они с Бандервалем немного подкрепились.
— Несмотря на все усилия, мы так и не разрешили нашу маленькую проблему, — задумчиво вздохнул Кугель. — Потому что исход подобных состязаний всецело зависит от воли случая! А они совершенно несовместимы с моим характером. Я не из тех, кто покорно склоняет голову в ожидании пинка или улыбки фортуны! Я Кугель! Бесстрашный и неукротимый, смотрю в лицо всем неприятностям! Силой своего духа я…
Бандерваль сделал нетерпеливый жест.
— Тише, Кугель! Я по горло сыт твоим бахвальством! Ты слишком много выпил и, думаю, чертовски пьян.
Кугель с недоверием поглядел на Бандерваля.
— Я? Пьян? От трех глотков этого слабенького таттербласса? Даже дождевая вода и та крепче! Мальчик! Еще пива! А ты, Бандерваль?
— С удовольствием присоединюсь к тебе. Ну, коль скоро ты отказался от дальнейшего состязания, не хочешь ли признать поражение?
— Никогда! Давай пить пиво, кварта за квартой, а потом танцевать копполу! Кто первый свалится под стол, тот проиграл.
Бандерваль покачал головой.
— Нет, наша крепость поистине велика, о такой даже складывают легенды. Мы вполне можем протанцевать всю ночь напролет до обоюдного изнеможения и лишь обогатим Краснарка.
— Ну хорошо, а у тебя есть мысль получше?
— Действительно есть! Если взглянешь налево, увидишь, что Черниц со своим приятелем клюют носами. Заметь, как торчат их бороды! Вот ножницы для резки водорослей. Отрежь бороду одному из них, все равно кому именно, и я признаю твою победу.
Кугель искоса поглядел на дремлющих стариков.
1
Четверть пинты — 0,118 л. (Прим. перев.)
2
Двойная кварта — 1,9 л. (Прим. перев.)
3
Галлон — 4,54 л. (Прим. перев.)