Страница 20 из 39
Пытаясь выскользнуть из его рук, она еще сильнее отклонилась назад, ее спина с силой уперлась в бок лошади.
— Нет! — резко крикнула Эйлин, сопротивляясь желанию Дерена притянуть ее ближе к себе. В голосе девушки слышался неподдельный ужас. — Джонни никогда бы не стал меня обнимать только потому, что я справилась с Эриэлем! Вы не понимаете! У нас на острове мы никогда не выставляем на всеобщее обозрение свои чувства, потому что сдержанны. Или потому что слишком робкие. Но это было бы глупо показывать, как главные герои то и дело обнимаются по поводу и без. Такое поведение не типично для нас, — с трудом переведя дыхание, закончила Эйлин.
— Но что ты знаешь о чувствах? — насмешливо спросил он. Его глаза, пристально глядящие на нее, вдруг сделались глубокими и темными, словно зрачок занял всю радужную оболочку и будто внутри синих глаз Дерена распустился черный цветок. Выражение его лица было совершенно серьезным и сосредоточенным. Эйлин неожиданно почувствовала, какими слабыми, словно ватными, стали ее ноги.
Наверное, этого уже нельзя было предотвратить — Дерен быстро наклонился над ней и прижал свои губы к ее рту. Это были твердые, решительные губы, и избежать их прикосновения Эйлин уже не могла. Эриэль, почувствовав, что его снова толкнули в бок, недовольно фыркнул и сорвался с места.
Она, скорее всего, упала бы на спину, потеряв равновесие, но крепкие руки Дерена подхватили ее. Вывернувшись из его объятий, она отскочила в сторону, словно выпущенная из лука стрела. Сквозь целый рой спутавшихся в голове Эйлин мыслей ясно выступала лишь одна — ее шарф так и остался обвязанным вокруг морды Эриэля, а это значило, что теперь он просто не сможет есть. Его надо было обязательно догнать.
Эйлин бежала за Эриэлем, не думая ни о чем. Эта погоня целиком поглотила все ее чувства, мысли и силы. И вот, наконец, почти у противоположного конца берега ей все же удалось остановить лошадь. Когда она вернулась с шарфом в руках, Дерен уже поднимался по тропинке наверх, собираясь возвращаться обратно в Килдару. Эйлин ничего не оставалось, как снова побежать, чтобы догнать его.
— Я уже и не ожидал, что ты вернешься, — холодно бросил он.
Девушка объяснила причину своего неожиданного исчезновения, сказав, что хотела снять шарф с морды лошади. Но Дерена, по всей видимости, не интересовало то обстоятельство, что Эриэль мог умереть от голода. Он тут же начал рассуждать о своих планах на ближайшее будущее.
— К следующей субботе, — объявил он, — я уже должен снять половину фильма. На весь проект мне выделено всего шесть-семь недель, и Флери, мой шеф в «Метеоре», не слишком обрадуется, если я выйду за эти рамки. Держать съемочную группу на натуре весьма накладно.
Все было так, словно он и не пытался только что поцеловать ее! Впрочем, для него это, по всей видимости, не имело никакого значения. Так, минутный порыв, с тоской подумала Эйлин. Или он просто хотел представить себе, как будет разворачиваться любовная сцена между ней и Джонни. Несмотря на то что она объяснила ему, как островитяне ведут себя в подобных случаях, Дерен, естественно, имеет по этому поводу собственное мнение. Он знает, что лучше для фильма. Этим поцелуем он просто наметил особую точку в фильме и во всей этой истории. В истории, которая очень скоро должна закончиться. Всего недели через две-три. Потом он покинет Инишбаун, и она больше никогда его не увидит.
Эта мысль так поразила Эйлин, что она даже споткнулась, ее ноги снова сделались ватными. Как ей потом жить с этой пустотой, которая образуется в ее сердце после его отъезда? Этот поцелуй, который ничего не значил для него, перевернул всю ее жизнь. Она снова и снова испытывала это ощущение, надвигающееся на нее, словно сияющий слепящий шар, который лишал ее воли и желания двигаться, сопротивляться. Да, теперь Эйлин знала, что с ней произошло — она полюбила Дери. Это все объясняло. Объясняло то, почему она приходила в замешательство, когда он появлялся рядом. Даже их первая, случайная встреча, тогда в море, пробудила в ней целую бурю чувств. О, она хорошо помнила эти колючие синие глаза, которые бросали ей вызов! Помнится, она весь день сердилась на этого незнакомца. Но этот гнев был лишь предвестником страсти, намеком на нее. Все теперь выглядело таким очевидным!
Идя рядом с ним, Эйлин очень вежливо отвечала на все его вопросы, которые он подбрасывал ей. И одновременно с этим старалась привыкнуть к тому странному ощущению, которое отзывалось в ней то болью, то каким-то неестественным возбуждением. Но как ни странно, именно сейчас она впервые в жизни ощутила себя живой! Удивительно живой.
Спящая царевна пробудилась от поцелуя. Если бы он только знал, как была кстати сейчас та улыбка, которая играла на его губах! Но прекрасный принц находился в совершенном неведении по поводу своей роли, его мысли блуждали где-то очень далеко отсюда, от этой каменистой тропки и от нее. Его гордо посаженная голова была чуть откинута назад, а глаза устремились к ослепительным мечтам о славе, и в этих мечтах для нее не было места.
— Я всю жизнь мечтал снять этот фильм, — сказал ей Дерен, когда они, обогнув скалу, вышли на дорогу, ведущую к старому складу, дверь которого была распахнута настежь. — А эти лошади, эта коралловая коса! Это станет кульминационным моментом всего фильма. Дикая, нетронутая красота, которая так стремительно исчезает из нашего мира. Благодарю тебя, Эйлин Ог, за то, что отвела меня туда! — Он снова слегка коснулся пальцами ее плеча.
Глава 9
Следующая неделя выдалась особенно трудной. Погода то и дело менялась, как менялось и настроение Рилы, которая с подозрением исследовала теперь отснятый за день материал. Она почти не разговаривала с Эйлин и делала вид, что вообще не замечает ее присутствия. Когда же обстоятельства вынуждали их к общению, Рила старательно демонстрировала свое презрение к Эйлин и скуку, которую навевал на нее Карриг-Лодж. И подобное отношение, естественно, не могло не вызвать у Эйлин ответной реакции — девушка невольно начала испытывать чувство неполноценности.
Разумеется, Эйлин говорила себе, что для возникновения этого ощущения нет оснований, что Рила просто злится на Дерена за то, что тот внес изменения в сценарий. И все же Рила так убедительно играла свою роль, что в конце концов ее насмешки, намеки и всевозможные выпады достигали своей цели, заставив Эйлин почувствовать себя маленькой и неуклюжей деревенской простушкой.
Видя всю эту неделю Рилу рядом с Дереном, Эйлин постоянно испытывала вспышки раздражения и гнева, с которыми безуспешно старалась бороться. Она никогда и не предполагала, что ревность может принимать форму беспомощной, слепой ярости. И чем «труднее» становилась Рила, тем ласковее себя вел с ней Дерен. Прекрасно понимая, что лишил протеже Флери большой части ее роли, он из кожи вон лез, чтобы как-то исправить положение и умаслить мисс Верной. Его воркующий голос слышался то там, то тут. Он засыпал Рилу искрометными шутками и изысканными комплиментами. Теперь Эйлин стала с легкостью угадывать истинные намерения Дерена лишь по одному его тону, по выражению лица, и сейчас она ясно поняла, что существовавшая в общении режиссера и его ведущей актрисы непринужденность объяснялась не только их занятостью в совместном проекте. Когда Рила и Дерен начинали разговаривать на своем профессиональном жаргоне, обменивались всякими шуточками, многозначительно смотрели друг на друга, обсуждали людей или места, где им приходилось бывать и о существовании которых Эйлин даже не подозревала, ей казалось, что весь мир отворачивается от нее. Бродя по студии, Эйлин порой ощущала, что ее присутствие просто игнорируют, что ее не хотят видеть, и тогда она впадала в уныние.
Поэтому, когда Дерен неожиданно пригласил ее провести вместе с ними уик-энд на материке, Эйлин почувствовала, что просто теряет дар речи от удивления.
Группа Дерена приступила к съемкам уже второй части фильма. Ощущалась общая усталость, и вопрос об отдыхе в ближайшие дни витал в воздухе. И когда вдруг во время натурных съемок неожиданно хлынул дождь, решено было воспользоваться этой передышкой. К тому же никто даже из местных жителей не мог твердо сказать, когда погода вновь наладится, да и Тед со Стрелицем как-то внезапно исчезли, и их нигде не было видно. Возможно, они просто отправились на «Уиндраш», чтобы проявить вновь отснятую часть. Следом за ними ушел на почту и Солнышко. В павильоне остались лишь Дерен, Рила и Эйлин.