Страница 4 из 62
— Для тебя я госпожа Кериона, — отрезала я, вставая с колен и отряхивая походные штаны. — И не забывайся, воришка. Через две недели тебя будут искать по всему Андерону, чтобы доставить за вознаграждение живым или мертвым. Советую поторопиться с поисками скипетра и не тратить время на глупости вроде соблазнения меня.
— Спасибо, что предупредила, — помрачнев, отозвался он. — Я не собираюсь задерживаться в пути. Видишь ли, у меня свои счеты с новым хозяином скипетра. А насчет тебя… Я всегда к твоим услугам, только позови.
Я скептически покосилась на кривой длинный шов на его боку. Тоже мне, герой-любовник! На коня самостоятельно сесть не может, а туда же!
Воришка проследил направление моего взора, покорно-насмешливо вздохнул и осторожно пожал плечами — мол, что поделать, это временные неудобства. Я поджала губы и полезла в сумку за едой.
Перекусив и снова взгромоздившись на лошадей, мы отправились дальше. По дороге я попыталась выяснить, куда же конкретно мы направляемся.
— Пока на запад, — лаконично ответствовал мне спутник.
— А потом?
— А потом видно будет.
— Интересно, — протянула я. — А как ты узнаешь, если обманувший тебя напарник решит сменить направление?
— Он мне не напарник, — отрезал вор. — Он заказчик. И никуда не свернет, пока не достигнет цели.
— И какая же у него цель? — фальшиво-ласковым голосом уточнила я.
— Гренодос, — буркнул мужчина.
Я раскрыла рот. И как же он собирается попасть туда?
— Пройдем через Топлые болота, — предупредил мой вопрос воришка. — Я знаю дорогу. Это будет быстрей, чем объезжать вокруг по морю.
— А тебя не смущает, что оттуда мало кто выбирается живым? — вкрадчиво поинтересовалась я.
— А для чего, по-твоему, со мной едет ведьма? — ответил вопросом на вопрос тот. — Вот и будешь спасать наши шкуры, пока я буду показывать проверенную дорогу.
Я помолчала. Ночные демоны, обитающие на болотах — хитрые и умные хищники. Их мало кто видел, так как они предпочитают нападать по ночам, за что их и окрестили ночными, но по немногочисленным описаниям они величиной с хорошую лошадь, с огромной пастью, сильными лапами и чудовищной быстротой. Один очевидец даже утверждал, что они способны разговаривать, но его подняли на смех. Где это видано, чтобы чудовище здоровалось со своей жертвой или просило у нее прощения перед поеданием оной?
— Ты ненормальный, — наконец вынесла я вердикт. — Тащишься на верную смерть и ведешь меня за собой. И я ненормальная, что согласилась связаться с тобой. Или ты прихватил меня в качестве наживки для чудовищ?
— Кериона, — лже-Морок посмотрел на меня с легкой укоризной. — Я никогда не причиню тебе вреда. Даже если от этого будет зависеть моя жизнь.
— С чего вдруг такая трогательная забота обо мне? — уставилась я на него. — Только не надо мне заливать, что с первого взгляда на мою небесную красоту тебя пронзила стрела любви, и ты решил всю оставшуюся жизнь посвятить благоговейному почитанию моей персоны. В любом случае тебе ничего не светит. Ты преступник, обманщик и к тому же брюнет. И ты мне очень и очень не нравишься.
— Я тебя тоже люблю, — засмеялся воришка. — Просто поверь мне, Кериона. Я всегда буду на твоей стороне, что бы ни случилось.
Я раздраженно фыркнула и пришпорила Злюку. За кого он меня принимает, за полную дурочку? Так я и поверила его словам!
— Я обещала брату вернуться через месяц! — сердито уведомила я воришку. — А сколько мы будем добираться до болот? И сколько еще таскаться по самим болотам?
— До болот доберемся через недели полторы, еще три дня на то, чтобы их пересечь. Если все пойдет нормально и по пути ничего не случится, то за месяц уложишься, — успокоил меня мой спутник. Я недоверчиво хмыкнула, но промолчала.
В западной части Андерона было всего три поселения, если я правильно помнила карту — еще бы, кому в здравом уме захочется жить на болоте — поэтому до нормального ночлега мы добрались только на третий день нашего путешествия.
Пять домов, гордо именуемых поселком, встретили нас удивленно-настороженной тишиной. Все жители попрятались по домам, не зная, чего ожидать от приезжих незнакомцев.
Я уверенно направила коня к самому большому дому. Если здесь не живет староста, я готова зажарить Злюку и съесть его целиком. Воришка следовал за мной, закутавшись в плащ с ног до головы.
Я громко постучала в ворота.
— Есть здесь кто-нибудь живой? Открывайте! Я здесь по королевскому распоряжению, и мне нужен ночлег, ужин и горячая ванна.
— А грамоты заверительные у тебя есть? — вкрадчиво поинтересовался из-за ворот чей-то голос.
— Есть, — я вытащила из седельной сумки стопку грамот, выданных мне Дерионом на все случаи жизни, и помахала ими над головой. Ворота медленно, со скрипом распахнулись.
Перед нами предстал невысокий мужичок лет сорока, ладно скроенный, с уже начавшим отвисать брюшком. Я протянула грамоты ему. Он внимательно прочитал их от корки до корки и вернул обратно, сделав приглашающий жест рукой.
— Проходите, гости дорогие. Сейчас Стенион у вас лошадок заберет, накормит, напоит, почистит — все в лучшем виде. Прошу, проходите в дом.
Квадратный светловолосый конюх принял поводья, а мы прошли в большую комнату, наполовину занятую гигантским столом. Сразу стало понятно, что все праздники в поселке отмечаются в доме старосты. Мы пристроились сбоку и стали ждать обещанного ужина.
Староста тем временем расспрашивал нас о последних новостях из столицы. Я сообщила ему обо всех надвигающихся реформах — благо сама принимала активное участие в их составлении. Любили мы с братишкой взять пару бутылочек красного винца и посидеть до утра за государственными думами. А потом на трезвую голову прочитать то, что понапридумывали и половину выкинуть в камин. Уведомила женскую половину семейства, что грандиозных изменений в столичной моде не предвидится, чем заслужила от старосты безмерно благодарный взгляд и бессловесное обещание любой помощи, в разумных пределах, естественно. Обсудила цены на зерно и продукты и почувствовала, что изнемогаю от голода.
Опомнившаяся хозяйка поставила перед нами большие тарелки, наполненные с горкой тушеной картошечкой с мяском, различные разносолы и домашний хлеб, а староста извлек из подвала пузатую бутыль самогона. Я одарила его одобряющим взглядом. Довольный староста зубами выдернул кукурузный початок, заменяющий пробку, и по комнате разлился густой хлебный запах.
— На корочках настаивал, — похвастался староста. — Такого вы нигде не попробуете.
И щедрой рукой налил мне полную кружку. Я вдохнула поглубже и несколькими глотками осушила предложенную тару. Горло обожгло огнем, на глазах выступили слезы. Зато внутри немедленно разлилось блаженное тепло.
— Ох, хорош! — отдышавшись, похвалила я. — Действительно, такого я еще не пробовала. Вернусь в столицу, прикажу слугам, чтоб у тебя постоянно запас покупали.
Польщенный староста, прекрасно знающий, с кем разговаривает, замаслился от удовольствия. Морок в ответ на предложенную кружку отрицательно качнул головой.
— Болеет он, — пояснила я, предупреждая ненужные обиды. — Нельзя ему.
— Ну, раз такое дело, — понимающе покивал староста и налил себе. А заодно и еще раз мне. Мы с ним чокнулись и выпили за здоровье короля. Я поспешила заесть огненный напиток жарким.
В дом заглянул Стенион, доложил, что лошадки сыты и всем довольны, и протопал на кухню. Я окинула его вслед оценивающим взглядом.
— Ладный парнишка, — лениво протянула я.
Староста закивал головой.
— В лошадях просто талантище. К любой без проблем подойдет, и вылечит, если надо, и успокоит. Жаль только, что сирота, а так давно бы уж оженили.
— Скажи ему, чтоб зашел ко мне в комнату после ужина, — промурлыкала я. — Хочу обсудить с ним кое-какие вопросы, связанные с лошадьми.
Староста снова закивал, наполняя кружки, а воришка крайне недовольно посмотрел на меня. Я полностью проигнорировала его недовольство.