Страница 24 из 52
America was fantastic in the begi
86
Нет. Так было со всеми местами, где она испытала настоящее счастье. Сначала Америка казалась фантастичеким местом, но затем вернулось прежнее разочарование. Как в случае с Калифорнийским университетом в Лос-Анджелесе, а потом и с тем, и с другим, и с третьим. Сама понимаешь. Работа не двигалась. Понимаешь, это было именно разочарование.
87
Самое обидное, большинство и не знало, что она — скульптор.
88
…не простила их. А Зальцбург — только из-за юбилея, и еще потому, что ее пригласили. И еще, понимаете, оставалась надежда попытаться получить хоть какое-то признание на родине.
89
Ей было берзралично, что ее пригласили как изгнанницу. Она не чувствовала себя уроженкой Вены. Она не считала себя австрийкой. Она была…
90
Однажды я заговорила с Анной о том, что надо будет написать ее биографию и что после ее смерти я этим займусь, она же ответила: «Брось. Нечего обо мне писать».
91
Что плохого можно было бы сказать об Анне? Она была честнейшим человеком. Говорила что думала… Напрямик.
92
За два года до смерти она сказала, что ей вообще не следовало выходить замуж.
93
Разводы ее никогда не беспокоили. Если ей было нужно — она уходила.
94
И всегда уходила она.
95
Да, уходила она.
96
Решение всегда принимала она, поэтому ее никогда не бросали.
97
Ее никто не бросал.
98
Она бросала.
99
Можно было и остаться. Можно было простить. А она ушла. Пересекла океан. Она не делала обманных движений, ушла по-настоящему.
100
Они с дочкой ждали въездной визы в США.
101
Нет. Нет. Сперва она приехала в Америку. Сюда. Но потом ей пришлось покинуть страну и ждать три месяца. Чтобы вернуться в Америку. Но это было необходимо. Нужно было покинуть страну, чтобы затем иммигрировать на законных основаниях.
102
Она тогда жила в Монреале. Она работала официанткой. Идела-ла маленькие скульптурки.
103
Да. С ней была Альма. Альма и Марина. Обе ее дочери. Альма только тогда и жила с матерью.
104
А я думала, что в Канаде с ней была только Марина.
105
Нет. Альма была с ней. Анна работала официанткой, стояла за аптечным прилавком. Так и было. А ее мать сидела в Беверли-Хиллз со всеми своими чеками, которые даже не были обналичены. А когда ей сказали, что Анна — официантка в Монреале, она ответила: не смешите меня.
106
Так она знала.
107
Просто не хотела верить, или ей было и в самом деле безразлично. Хотя с Анной — кто знает… По мне так — все равно.