Страница 52 из 75
– Это ты хорошо сказал, Патрик, – нейтрализации, – усмехнулся хозяин кабинета. Поднявшись из-за массивного стола, он подошел к журнальному столику и, не глядя, плеснул в стакан из тяжелой бутылки. – Как я понимаю, твоя интерпретация данного выражения исключает возможность полюбовного договора… – Расплескав часть жидкости на жилет и сорочку, Родс резким жестом поднял полный до краев бокал.
Не обращая внимания на расплывшиеся по одежде пятна, хозяин алмазной империи отхлебнул хороший глоток, прищурился и задумчиво бросил:
– Хотя, может, оно и к лучшему. Разрази гром этих дикарей! Им ручья Бронко мало показалось? Если эти чернозадые отродья вновь хотят захлебнуться своей кровью, как под Бомбези, так это легко повторить!
– Осмелюсь заметить, мистер Родс, – поморщился Хэйли, – но в настоящее время ситуация складывается таким образом, что если мы соберем сколько-нибудь значимые силы, Крюгер может решить, что намечается повторение рейда Джеймсона. И среагировать соответственно. А обострение отношений с бурами сейчас, когда мы приобрели золотые рудники в Трансваале, нам совсем ни к чему. Если мы все же будем решать данную проблему… э-э-э… силовыми методами, я бы предложил пригласить… э-э-э… независимых специалистов по разрешению подобных ситуаций…
– Буры, буры, – скривился Родс. – Те же дикари, только белые… Но ты прав, Патрик, ссориться с ними сейчас не с руки… Твоя мысль о наемниках совсем неплоха. Мне нравится. Только необходимо, чтобы во главе наемного отряда стоял наш человек. И будет лучше всего, если подобный отряд соберет он сам.
– Простите, сэр, – недоуменно поднял брови секретарь, – но я даже не представляю, кому мы можем поручить такую задачу? Борроу, Свифт и Тиндейл-Биско – они, конечно, ваши верные сподвижники и единомышленники, но в то же время – офицеры Ее Величества, и вряд ли согласятся на роль… э-э-э… кондотьера.
– Скажи прямо, Патрик – наемного убийцы, – хмыкнул Родс. – В этом кабинете ты можешь называть вещи своими именами. По крайней мере, в разговоре со мной. В этот раз мы не будем прибегать к помощи этих достойных джентльменов. Хотя я не нахожу ничего позорного в том, чтобы тишком пристрелить чернокожую обезьяну. Всевышний свидетель, будь я моложе или хоть чуточку здоровее, то справился бы с этим делом сам. А если я не могу решить проблему самостоятельно, для этой работы у меня есть не менее достойная кандидатура. Он не только лучший из всех разведчиков, что я знаю, он – мой личный друг!
– Бернхем! – Хэйли звучно хлопнул себя ладонью по лбу. – Ну, конечно же! Человек… э-э-э… устранивший Млимо, кто может быть лучше! – Взглянув на закатившегося от хохота Родса, секретарь осекся и, чуть смутившись, поправился: – То есть убийца Млимо… Отменная кандидатура, сэр! Вот только справится ли он с данной… э-э-э… миссией? Очень уж зубастая дичь намечается…
– Справится! – отрезал Родс. – В восемьдесят седьмом пещеру, где скрывался Млимо, окружали пятьдесят тысяч головорезов из племен матабеле, но Бернхем на пару с молодым Бонаром Армстронгом нашел путь через Матобо, незаметно просочился сквозь все преграды и прикончил ублюдка. А нынче этих размалеванных тварей всего-то десять тысяч. Так что, как только наступит утро, пошли боя с запиской к нашему другу.
– Осмелюсь заметить, сэр, – раздвинув рывком портьеры, поднял жалюзи Хэйли, – утро уже наступило!
– Тогда отправляй посыльного немедленно. А пока Фредерик будет добираться сюда, мы с тобой прикинем наши действия на тот случай, если он все же не справится…
И вновь расчеты, расчеты, расчеты… Любая, даже маленькая война, прежде чем начать поглощать людские жизни, питается деньгами, и даже получив свое любимое лакомство – человеческую кровь, она про деньги не забывает. Финансы нужны в первую, вторую и все последующие очереди. Нанять бойцов – нужны деньги, необходимо закупить лошадей и боеприпасы – и вновь без них не обойтись. А фураж? А продовольствие? И помимо этого есть еще куча иных вопросов, решение которых без денег невозможно.
Напольные куранты невозмутимо отбивали час за часом, на столе давно остыл так и не съеденный завтрак, а Родс и его помощник, превратившись в живые арифмометры, считали, считали, считали…
Когда раздался вежливый стук в дверь, Родс, недовольный тем, что кто-то смеет отрывать его от работы, возмущенно дернул острым подбородком, но увидев человека, застывшего в дверном проеме, улыбнулся.
На пороге кабинета стоял невысокий, не более пяти футов трех дюймов, белый мужчина, одетый неброско, скорее, даже скромно. Короткая оливкового цвета куртка. Широкий оружейный пояс с тяжелой даже на вид кобурой. Оливковые, в тон куртке, брюки заправлены в высокие кожаные сапоги. На голове стетсон с высокой тульей.
Из-за худощавого телосложения человека можно было бы принять за подростка, если бы не его светлые, с небольшой рыжиной усы на обветренном, загорелом лице, да цепкий взгляд серо-голубых глаз, привыкших смотреть в узкую прорезь винтовочного прицела. Взгляд человека, отнявшего не одну жизнь.
– Фредерик! Мальчик мой! Ты как никогда вовремя! – Встав из-за стола, Родс, раскинув руки в приветственном жесте, шагнул навстречу визитеру. – Прости, что прервал твой отдых, но Капской колонии и мне лично нужна твоя помощь.
– Какие могут быть обиды между старыми друзьями! – улыбнулся Бернхем. – Вы ведь знаете, Сесил, что и в радости, и в беде можете на меня рассчитывать. Однако глядя на ваш, – Бернхем отвесил короткий поклон секретарю, – и ваш усталый вид, я прихожу к выводу, что радостью сегодня и не пахнет.
– К сожалению, ты прав, Фредерик. – Родс в очередной раз наполнил свой стакан из уже изрядно опустевшей бутылки. Оглянувшись на Бернхема, он чуть виновато улыбнулся: – Памятуя о твоей нелюбви к алкоголю, тебе бренди не предлагаю.
Собираясь с мыслями, хозяин Капской колонии неторопливо цедил крепкое спиртное, словно воду. Отставив пустой стакан, Родс внимательно взглянул на разведчика:
– Не буду вдаваться в долгие рассуждения о том, что приличествует джентльмену, а что нет, и скажу тебе прямо – мне нужна жизнь одного человека, если эту раскрашенную гориллу можно назвать человеком.
– Я так понимаю, сэр, речь идет о каком-то племенном вожде, возомнившем о себе невесть что, – понимающе кивнул Бернхем. – Осталось только сказать, кто же этот недоумок и почему вам необходима именно моя помощь.
– Это Матонга, – поморщившись, словно речь шла о конском помете, выплюнул Родс. – Он уже собрал столько воинов, что в силах устроить резню почище, чем гугеноты Варфоломеевской ночью, и сейчас пытается заключить союз с матабеле. А стоит нам собрать более-менее подходящее для его разгрома ополчение, так буры начнут вопить, как резаные. После рейда Джеймсона они на любой лязг затвора с нашей стороны готовы ответить полноценным залпом. Так что выход только один – ты должен добраться до Матонги и прикончить мерзавца прежде, чем он развяжет войну. На мой взгляд, жизнь одного, а пусть даже и сотни дикарей, невеликая цена за возможность спокойно жить и работать. Вот только сделать это будет непросто – за Матонгой стоят десять тысяч не самых плохих в Африке бойцов, и больше трети из них вооружены винтовками. Я понимаю – это тяжелая задача, да и сама работенка дурно пахнет, но пойми, Фредерик, это тоже – Бремя Белого Человека…
– Здорово сказано, – одобрительно кивнул скаут. – Надо будет запомнить – Бремя Белого Человека. Умеете вы, мистер Родс, красиво говорить… А насчет Матонги – не сомневайтесь, если вопрос стоит таким образом – его не станет. Это хорошее дело можно сделать для любого человека, а подлость – только для друга. Ну, а мои взгляды на дикарей по-прежнему ничем от ваших не отличаются.
– Вот и славно! – обрадованно улыбнулся Родс. – Я рад, что мы понимаем друг друга, как встарь. Честно говоря, я все же не был до конца уверен, что ты возьмешься за это дело: все же убийство на войне и убийство в мирное время – это, как ни крути, два несколько различных убийства. А про великое Бремя Белых – это вовсе не я придумал, а Киплинг. Вот, послушай: