Страница 28 из 85
Виктор подъехал в двадцать минут первого. На этот раз у Марии не было никаких сомнений. Он выглядел как типичный представитель «низших эшелонов организованной преступности». Об этом буквально кричали его одежда и машина. Иногда казалось, что Василь Витренко и его ближайшее окружение были бестелесными призраками. Только после долгого и тщательного расследования Фабелю и Марии удалось столкнуться с ним лицом к лицу, да и то лишь на несколько мгновений. Синдикат Витренко обретал осязаемость только благодаря субъектам, подобным Виктору. Его нельзя было не заметить. Очень крупный, рост — не меньше двух метров. Одет в длинное черное кожаное пальто, то и дело покрывавшееся складками при движении могучих плеч, волосы выкрашены в ярко-ромашковый цвет. Машина, оставленная им, представляла собой шедевр американского автопрома шестидесятых годов и напоминала огромный океанский лайнер. Мария сделала несколько фотографий и записей. Решив, что Виктор наверняка скоро вернется, она завела двигатель и приготовилась к дальнейшему преследованию.
Он отсутствовал почти полчаса. Появился фургон, проезд которому загораживал брошенный Виктором «крайслер». Водитель несколько раз нетерпеливо нажал на клаксон. Когда наконец появился Виктор с черным пластиковым пакетом в руках, водитель фургона высунулся из кабины и громко обругал его. Виктор, совершенно не обращая на это внимания, обошел «крайслер», открыл багажник и бросил туда пакет. Затем так же неспешно подошел к фургону, рывком распахнул дверцу и, вытащив водителя, с такой силой стукнул его головой о борт машины, что тот как-то сразу обмяк и сполз на землю, склонив голову на плечо. Виктор, по-прежнему неторопливо, достал носовой платок, вытер капли крови, попавшие ему на лицо, сел в «крайслер» и двинулся по боковой улочке, выходившей на Вайхселринг.
— Это мой клиент! — сказала себе Мария. — Наверняка тот самый Виктор.
Выехав со стоянки, она столкнулась с той же проблемой, что и водитель фургона, только теперь проехать ей мешал уже фургон, перегородивший дорогу. Она бросила взгляд на водителя, продолжавшего неподвижно лежать у своей машины. Она в подобной ситуации наверняка отказалась бы от преследования и помогла бедняге. Но она была не в Гамбурге. Включив заднюю передачу, она выехала на боковую улочку. Сюда Мария добиралась по Меркаторштрассе — практически единственной автотрассе, ведущей в Хорвайлер, а потому решила, что до центральной автомагистрали Виктор поедет по Вайхселринг.
После второго поворота направо она рассчитывала оказаться на Вайхселринг, но ошиблась. Выругавшись, лихорадочно огляделась по сторонам, надеясь увидеть где-нибудь указатель и определиться, в каком направлении дальше ехать. Мария нажала на педаль газа и бросила машину вперед по уходившей влево улице. Еще раз повернув направо, она увидела поток автомобилей, несущихся на Меркаторштрассе, но приметной машины Виктора среди них не было. Светофор переключился на зеленый, а она так и не могла решить, куда податься. Сзади нетерпеливо сигналили, и Мария с досадой посмотрела в зеркало: за ней стоял громадный американский автомобиль с украинцем за рулем. Она подняла руку извиняющимся жестом и повернула налево, надеясь, что Виктор сделает то же самое. Она не ошиблась. Мария понятия не имела, как ей удалось оказаться на перекрестке раньше его, но теперь цель, которую она преследовала, двигалась за ней. При мысли, что это может оказаться не случайностью, у нее пересохло в горле. Неужели он заметил ее у дома? Но он даже не смотрел там в ее сторону, будто прошел специальную подготовку и был мастером своего дела. Она считала его просто бандитом, а никак не профессиональным бойцом. Хотя было известно, что часть украинского и русского криминалитета имела за плечами спецназовское прошлое, а то, как решительно Виктор разобрался с водителем фургона, свидетельствовало о его навыках и отсутствии всяких сантиментов. Она притормозила на следующем светофоре и посмотрела в зеркало. Убедившись, что Виктор не включил поворотник, она поехала прямо. Он по-прежнему следовал за ней. Впереди показалась автостоянка, Мария включила поворотник и свернула на нее. Виктор проехал мимо, даже не посмотрев в ее сторону. Мария пропустила вперед пару машин и, вернувшись на автостраду, с облегчением выдохнула. Насколько она могла судить, неприметность ее «ситроена» сослужила отличную службу и ничто не препятствует продолжению преследования. Мария сосредоточилась на нелепых задних плавниках антикварного «крайслера», от которого ее отделяло три машины.
Они двигались на юг в сторону центра еще минут пятнадцать, не сворачивая на автобан А57, по которому она добиралась до Хорвайлера. Виктор останавливался еще дважды — в весьма непритязательных кварталах, где забирал деньги. После второй остановки Мария обеспокоилась тем, что опять оказалась прямо за Виктором, когда две машины, ехавшие между ними, неожиданно свернули на перекрестке. Если он посмотрит в зеркало заднего вида, то наверняка разглядит ее лицо. Она надвинула шерстяную шапочку по самые брови. Сейчас она понятия не имела, где находится, и старалась запомнить названия улиц, по которым проезжала. Они все еще были в черте города, но уже не в жилых кварталах, а в промышленной зоне, и ее тревожило, что машин стало значительно меньше и двигаться дальше незамеченной ей не удастся. Наконец они проехали под автобаном и очутились, если верить желтому дорожному знаку, в жилом районе Оссендорф. Она следовала за Виктором, свернувшим на Каналштрассе, вдоль четырехэтажных жилых домов — других машин за «крайслером» больше не было. Решив, что лучше упустить Виктора, чем позволить обнаружить за собой слежку, Мария свернула налево, развернулась и припарковалась у обочины.
Мария достала из бардачка карту города и нашла на ней Оссендорф. Она не ошиблась — здесь располагался только жилой квартал, что объясняло, почему не было потока транспорта. Виктор здесь жил или заехал забрать деньги. Она решила, что подождет полчаса: если он заехал за деньгами, то, несомненно, скоро вернется на ту же дорогу, по которой приехал; если этого не случится, то она будет дежурить у квартиры Славко каждый день и снова попытается выследить его.
Мария проголодалась. Ее скромный завтрак состоял только из кофе и тоста. При выключенном двигателе печка не работала, и исхудавшее до невозможности тело продрогло до костей, возвращая старые страхи. Она посмотрела на часы: три пятнадцать. Небо затянулось тучами, и начинало темнеть. Когда темнота совсем сгустится, машина Виктора запросто проскочит незамеченной. Она вдруг вспомнила, какой испытала шок, когда увидела за собой его «крайслер» на перекрестке. А если это все-таки не совпадение и он заманивал ее с самого начала? В голову лезли все новые и новые мысли, пугая ее еще больше. Она резко повернулась, чтобы убедиться в том, что огромный зловещий катафалк Виктора не стоит за ней. Тогда Мария снова переключила внимание на дорогу перед собой, заклиная себя успокоиться.
И тут появился, хищно поблескивая клыкастыми бамперами, «крайслер», возвращавшийся на автостраду. Она не ошиблась: он здесь забирал деньги. Мария включила ближний свет, завела двигатель и возобновила преследование.
4
Тринадцать, четырнадцать, пятнадцать…
Андреа считала про себя каждый жим штанги, лежа на спине, сосредоточив внимание на дыхании.
Шестнадцать, семнадцать…
Она увеличила вес штанги на два килограмма. Если сделать три подхода по двадцать жимов, то к концу тренировки она поднимет на сто двадцать килограммов больше.
Восемнадцать, девятнадцать…
Она чувствовала, как с каждым новым усилием ее нижняя челюсть словно наливается свинцом. С такими упражнениями, то есть радиальной нагрузкой, никакие подтяжки лица не требовались. Обычно на тренировках, в целях достижения максимального эффекта, старались задействовать какую-то конкретную группу мышц на определенном участке тела. Но сухожилия и мышцы шеи и челюсти при этом тоже испытывали нагрузку. Именно лицо реагировало первым на занятия тяжелой атлетикой.