Страница 26 из 33
Еда действительно была превосходной. Она представляла собой удачную смесь из тайской, французской и калифорнийской кухонь — полагаю, это можно назвать кухней Тихоокеанского региона. Имелось несколько сортов приличных французских вин, поезд весело трусил сквозь теперь уже вторую половину дня, и все австралийцы успели изрядно напиться.
Я специально купил себе для этой поездки — в букинистическом магазине — роман Агаты Кристи «Убийство в Восточном экспрессе» и некоторое время читал его. Книга, к сожалению, написана не очень занимательно, но, несмотря на это, она меня увлекла, и я теперь просто должен был выяснить, кто же ночью убил двенадцатью ударами ножа странного мистера Пречета, в его купе. Пока я читал, моя мама листала журнал Vogue Bambini.
Я уже на три четверти прочитал книгу Агаты Кристи, несколько раз зевнул, и спустя некоторое время мы остановились в Канчанабури, на реке Квай. Тормоза заскрипели, прозвучало непонятное объявление, и потом пассажиры, как длинная ливерная колбаса из кишки, потянулись из поезда, чтобы осмотреть мост через реку Квай — сооружение, которое союзным военнопленным пришлось строить для японцев в конце Второй мировой войны. Солдаты союзников, выкашиваемые эпидемиями, истязаниями и скверным питанием, мерли как мухи, и, не сними о них Дэвид Лин хороший художественный фильм [149], эти люди были бы сегодня забыты.
Мы подошли к большому кладбищу. На надгробиях можно было прочитать имена молодых людей, двадцатидвухлетних солдат — англичан и немногих голландцев. Несколько дождевальных установок, вращаясь, в это самое жаркое время дня опрыскивали ряды содержащихся в чистоте могил.
Солнечные лучи преломлялись в тысячах падающих водяных капель.
DE JONG. SOLD. INF. R.I.P. 1.4.1944 [150]—
значилось на одном надгробии, странно освещенном, светлом, увитом цветами. Из дребезжащих громкоговорителей, расположенных на задворках кладбища, доносилась непрерывно возобновляемая главная музыкальная тема фильма. Правда, песня уже стала музыкальной заставкой для немецкого телеканала «Ундерберг», что несколько подпортило в глазах моей мамы торжественную атмосферу этого места. Мы вернулись к поезду.
Восточноазиатский экспресс снова тронулся с места, в направлении малайской границы. Солнце скрылось за бесконечными рядами каучуковых деревьев, и внезапно стало темно. Мы с мамой опять переоделись, еще тщательнее следя за соблюдением всех формальностей, чем когда готовились к обеду, и расположились в вагоне с баром. Там, заказывая себе по две рюмки бренди «Александр», мы заметили, что австралийцы не только выглядят супер, но также экстремально открыты и полны юмора.
— Я годами варила эти болонские спагетти, годами, — очень громко рассказывала одна австралийка окружающим. Все они пили австралийское «Шардоне» и, когда бутылки пустели, совали их горлышком вниз в ведерко со льдом.
— Скажешь тоже! — закричали друзья, уже тысячу раз слышавшие эту историю.
— Да-да, — подтвердила она. — Пока однажды мой муж не заявил мне: «Эти сраные болонские спагетти у меня уже из ушей лезут. Я ими набит уже вот досюда». — Тут эта по-настоящему красивая женщина ребром ладони провела у себя по горлу. — И знаете, что было дальше? Через неделю он со мной развелся.
— Да ты что?! — закричали и зафыркали австралийцы.
Кельнер наклонился к австралийке и спросил:
— Еще бутылку «Шардоне», мадам?
Моя мама ушла к себе в купе. Для нее здесь было слишком шумно.
Поезд остановился посреди джунглей, и прозвучало объявление. Дескать, другой поезд сошел с рельс на нашем участке пути, и теперь нам придется около двух часов подождать. Австралийцы болтали и продолжали пить, а я сам с собой играл партию в Scrabble [151], которую, однако, вынужден был прекратить, поскольку не мог правильно разобрать по буквам слово ‘Borscht’ [152]. Я заказал себе мятный ликер-крем, ровно три раза подряд прочитал одну страницу Агаты Кристи, потом глядел из окна в ночь, и поезд снова поехал. Что же произошло?
Ханнелора и ее супруг из Квикборна были осведомлены лучше, чем я: при крушении поезда погибли пять человек, прошептали оба. Ужасно. Они узнали это от начальника поезда, подмигнула мне Ханнелора, и затем оба тоже отправились в свое купе.
Мистер Кристофер Бьютт, начальник поезда, проходил мимо, и я спросил его, не знает ли он случаем, как пишется по буквам слово ‘Borscht’. Он сказал, что оно пишется ‘B-O-R-S-C-H-T-S-C-H’, все дело в русской букве «Щ», которая в немецком и английском языках совершенно отсутствует. Потом мы беседовали о достоинствах кхмерского искусства (XI век) по сравнению с сукотайским искусством (XIII век [153]) и о несколько неподходящей отделке сидений здесь, в Восточноазиатском экспрессе.
К сожалению, мсье Галле из Франции обладает монополией на внутренний дизайн, и мсье Галле захотел тогда оформить поезд в точности, как в фильме «Шанхайский экспресс» с Марлен Дитрих [154]. Чуть меньше викторианского стиля и чуть больше элементов Баухауса [155]— это в любом случае пошло бы на пользу поезду, высказал свое мнение мистер Бьютт, проведя ладонью по темно-красной обивке с узором «Пейсли» [156]. В другой руке он держал бокал свежевыжатого апельсинового сока. Мистер Бьютт определенно был приятным начальником поезда.
Снаружи теперь промелькнуло несколько освещенных дощатых хижин, можно было увидеть, как семья готовит себе ужин. Какой-то мужчина с ружьем стоял рядом с путями и пристально смотрел в никуда. Две собаки с лаем — довольно долго — бежали рядом с поездом, но потом сдались.
На следующий день мы ехали уже по Малайзии. Люди здесь выглядели более несчастными, чем в Таиланде. Мужчины носили густые усы, и были похожи на пиратов, и казались злыми. Кроме того, Малайзия была гораздо пустыннее Таиланда, кругом простирались пустые высохшие поля. Страна и ее жители представлялись мне подавленными, согбенными и ужасно непривлекательными.
В этом месте вы, любезный читатель, наверное, спросите, как же можно целую страну, такую как Малайзия, втиснуть в один бегло набросанный абзац? Как можно позволить себе всего лишь смотреть на чужую землю из окна поезда, к тому же чертовски дорогого, и потом вынести о ней такое суждение? Вы правы. Мы с мамой охотно отправились бы в джунгли и постучали в несколько дверей какой-нибудь затерянной в чаще деревни, потом сняли бы обувь и при свете свечей побеседовали с малайской семьей о том о сем.
Но тогда мы ехали на Восточноазиатском экспрессе, уже не имевшем ничего общего с реальностью. Мы ехали на этой абсурдной штуковине сквозь ночь, которая покусочно демонстрировала нам Азию — изящно порционированную, нарезанную на ломтики в размер вагонного окна. А если тебе не хотелось смотреть наружу, ты мог опять погрузиться в разглядывание журнала Vogue. Мы с мамой заплатили за странный образчик lifestyle — простите меня, пожалуйста, за это мерзкое слово, — и мы его получили. С Азией это не имеет ничего общего.
На следующее утро поезд прибыл в Сингапур. Я смог почти до конца дочитать роман Агаты Кристи «Убийство в Восточном экспрессе». Знаю, что мои слова прозвучат как надуманная метафора с каким-то скрытым смыслом, но на самом деле они просто соответствуют реальности: последние страницы книги были отпечатаны с браком. Буквы слиплись, образовав нечитабельную черную кашу. Мы с Эркюлем Пуаро так и не узнали, кто же был убийцей.
За год до передачи
Гонконг.1999
Аэропорт Кай-Так, Коулунь,
149
«Мост через реку Квай» (1957).
150
Де Йонг. Солдат-пехотинец. Покойся с миром. 1.4.1944 (англ.).
151
Настольная игра-кроссворд, наподобие отечественного «Эрудита».
152
Борщ.
153
Сукотайский период в истории Таиланда, по другим данным, охватывает период XIV–XV веков.
154
Марлен Магдалена Дитрих (1901–1992), великая немецкая актриса; фильм «Шанхайский экспресс» был снят в 1932 г.
155
Баухаус ( нем.Bauhaus — «дом строительства»), Высшая школа строительства и художественного конструирования — художественное учебное заведение и художественное объединение в Германии (1919–1933), давшее искусству XX в. много замечательных идей и ряд выдающихся деятелей. Девиз Баухауса: «Новое единство искусства и технологии». Влияние идей Баухауса наиболее заметно в функциональной архитектуре современных офисов, фабрик и т. п. Кредо Баухауса — художник, ремесленник и технолог в одном лице — оказало глубокое воздействие на прикладное и изобразительное искусство, от книжного иллюстрирования и рекламы до мебели и кухонной утвари. Баухаус был основан в 1919 г. архитектором Вальтером Гропиусом, объединившим Высшую школу искусства и Школу прикладного искусства в Веймаре.
156
Шотландский город Пейсли был центром текстильной промышленности, выработавшим свой рисунок и орнамент ткани.