Страница 21 из 33
Седьмая печать — пророчество
Улица Дерибасовская, Одесса, четверг, вечер
Украинский мужчина обычно одет в телесного цвета рубашку без воротника, которую охотно носит навыпуск, чтобы, с одной стороны, замаскировать наличествующий уже в молодом возрасте упитанный мужской животик, а с другой — обеспечить больше места для прогулок прикрепленному к его поясу мобильному телефону, он обут в очень остроносые туфли, на несколько размеров больше необходимого, великолепные мыски которых загибаются наверх, точно башмаки у шута. Этот ботинок украинского мужчины, так бросившийся нам в глаза, живо напомнил о небрежной повадке мексиканских бандитов, но заставил вспомнить также о времени до 1989 года — когда на Западе охотно носили остроносые ковбойские сапоги, правда, в ту пору за железным занавесом еще не имелось такой обуви и соответствующей ей манеры «все по фигу». Зато теперь здешние мужчины быстро приобрели то, что они считали безвозвратно упущенным, сделав это новое обретение тотемом, воспроизводящим черты пленившего их божества — Западной Моды, которая растет органично, как дерево, перекрывая все вокруг своей протяженной тенью.
Чтобы приноровиться к культурным обычаям украинского мужского сообщества, мы в летней Одессе вошли в обувной магазин, товар там был уценен на 20 %. Снаружи, на Дерибасовской, светило солнце, а мы внутри примеряли, пару за парой, туфли марки «Владис». К нашему изумлению, здесь не оказалось ни единой пары обуви с закругленным носком, даже мужские сандалии заканчивались остроугольно. Наконец, была выбрана телесного цвета модель «Владис-Элегант», за 120 гривен, со скидкой в 20 % это, следовательно, стоило 98 гривен, то есть приблизительно 14 евро. Туфли были тут же надеты.
После того как мы покинули обувной магазин, взгляды прохожих, прежде сострадательно скользившие по округлостям наших комфортных ботинок от Clarks Desert Boots, стали гораздо более почтительными: деловые люди вежливо уступали нам дорогу, кожаная барсетка, висевшая на запястье каждого мужчины, теперь придерживалась рукой чуть крепче, чтобы не сказать — с большей опаской, хмурые молодые люди в полумаскарадных одеяниях, явно подражающие Эминему, демонстрировали свое уважение тем, что внезапно переходили на другую сторону Дерибасовской, ранее чрезмерно навязчивые клошары сразу приутихли и попрятались за уличными рекламными щитами.
Одесса, если рассказать о ней в двух словах, запомнилась неспособностью ее водителей совершить даже простейший маневр с разворотом, бредовыми сверхдлинными лимузинами, вообще автомобильным фанатством, и — своей выхолощенной исторической значимостью. Одессе в ее сегодняшнем виде, как и Америке, исполнилось всего двести лет, там были: бульвар несбывшихся надежд, любители пива, держащие по кружке в каждой руке, были матросы, Потемкин, морские круизы, автомобили, срывающиеся с места так, что шины визжат, заканчивающаяся нелепой пристройкой лестница Эйзенштейна, дети, катающиеся на пони, живые аллигаторы, двойные барсетки для мужчин, подозрительного вида муж ские сорочки, порнографический сайт HOTI PYCS, брачные агентства, одежда, которую и одеждой-то трудно назвать, вездесущие национальные флаги (мы даже видели один, прикрепленный к наружному жалюзи туристического бюро), шофер Леонид, овеянный славой Volkswagen Passat и больше шикарных Porsche Caye
И мы сами тоже прилепились к Украине, оставили на этой земле частичку себя: через тонюсенькие подошвы из искусственной кожи пальцы наших ног, избалованные многолетним ношением хорошей обуви, теперь непосредственно соприкасались с неровной булыжной мостовой и, так сказать, на собственной шкуре испытывали эффект истирания, прежде знакомый нам только по практике измельчения — на терке — грибов не лучшего качества. При ходьбе, как было нами замечено, приходилось еще и совершать очень сложную, зато мгновенно улучшающую здоровье гимнастику для ног: занося ногу, чтобы шагнуть вперед, ты одновременно, подобно приплясывающей марионетке, должен внутри ботинка рвануть кверху сразу все подушечки пальцев — то есть сделать истинно мужской, в украинском понимании, шаг. И еще одно слово — о каблуке этой украинской разновидности мужской обуви: он настолько высок, что пружинящая передняя часть ботинка — носок — не дает высоко подскакивающей при ходьбе задней части надлежащей опоры, в результате вся стопа как бы устремляется в полет по эллиптической траектории — достижение, которое до поездки на Украину я видел только у горнолыжника Йенса Вайссфлога [110]во время его финального выступления на «Турне четырех трамплинов» в Гармиш-Партенкирхене и сразу после турне, в праздничном шоу: в высшей, кульминационной точке такого полета метафорически воплощено падение Икара.
Это низвержение падшего ангела, свет, пребывающий в состоянии свободного падения, свет подброшенной кверху горящей спички или падающей с неба звезды — такое нам довелось пережить только в Одессе, и пережитое завершилось в нашем сознании хасидским изречением, словами великого учителя рабби Менахума Нахума из Чернобыля: Refuat hanefesch u‘re-fuat haguf [111].
Доктор, яд и Гектор Баррантес
Молуккские острова [112] , Индонезия.1996
Чарльзу Собхраджу [113]
Декабрь 1971 г.
Порт Блэр, Андаманские острова, Индия
«Боже, как неприятно», — подумал доктор и чуть не произнес это вслух. Он сунул в рот сушеную сливу, подумал о своей жизни, разжевал плод и проглотил кашицу. Она была ужасна на вкус. Он всегда ненавидел сушеные фрукты.
Перед ним расстилалось море. Он сидел на веранде гостиницы, расположенной у самого обрыва, в пятидесяти метрах над берегом. Столы на веранде были застланы красными скатертями, а с моря дул сильный ветер. Доктор был сильно пьян. На сей раз он произнес вслух: «Боже, как неприятно». Потом быстро огляделся по сторонам, но никого не увидел. Терраса была совершенно пуста. Он услышал вдалеке чей-то смех, но это относилось не к нему.
Год назад доктору пришлось оставить кафедру в индонезийском университете Банда Нейры на Молуккских островах. Дело там, осторожно выражаясь, дошло до весьма неприглядных сцен. На факультете утверждали позднее, что причиной случившегося наверняка был героин, и очень быстро нашлись маленькие мальчики, на теле которых обеспокоенные родители обнаружили определенные признаки: синяки и даже ранки в области заднего прохода.
Правда, ранки быстро зажили, так что разбирательство, проведенное позже независимой комиссией, оказалось абсолютно безрезультатным, однако небольшая община островных жителей, не дожидаясь никаких доказательств, приняла решение.
Доктор сидел на веранде отеля и предавался раздумьям. Тогда произошло следующее: его коллега во время дружеского визита к нему домой, оставшись на некоторое время один, потому что доктор вышел для разговора по телефону, быстро осмотрел его книжный шкаф. Найдя книгу Октава Мирбо «Сад пыток» [114], коллега спрятал ее под рубашку, потом спешно попрощался под каким-то предлогом, хотя именно в тот момент доктор нес ему готовый чай.
Дверь захлопнулась, и теперь хозяин дома стоял посреди гостиной с выражением недоумения на лице, высоко подняв бровь и держа в одной руке две чашки горячего чая, а в другой — телефонную трубку, в ушах еще звучала бессмысленная отговорка позвонившего: он де неправильно набрал номер (на острове имелось всего девять телефонных подключений), но доктор совершенно не подозревал, что островной совет уже давно принял решение о его исключении из общины и что украденная книга Мирбо, прочитать которую никто даже не удосужился, должна была стать последним доказательством его вины.
110
Йенс Вайссфлог (нем. Jens Weißflog; р. 1964) — знаменитый немецкий летающий лыжник. Трехкратный олимпийский чемпион (1984 — в прыжках с малого трамплина, 1994 — в прыжках с большого трамплина и в команде), серебряный призер Олимпийских игр 1984 г. в прыжках с большого трамплина, 2-кратный чемпион мира в прыжках со среднего трамплина (1985, 1989), 4-кратный победитель «Турне четырех трамплинов» (1984, 1985, 1991, 1996). Он стал первым лыжником, победившим на предновогоднем турне 4 раза. 33 раза победил на этапах Кубка мира по прыжкам с трамплина.
111
Излечи свою душу, тогда излечится и тело ( иврит). Рабби Нахум, собственно, сказал: «Излечи свое тело, тогда излечится и душа» (haguf u’refuat hanefesh refuat), точнее: «Излечится душа, тогда и тело излечится»…
112
Молуккские острова — индонезийская группа островов между Сулавеси и Новой Гвинеей. Территория островов — 74 505 км 2, население — 2,1 миллиона жителей. Столицей региона является город Амбон. В административном отношении островная группа разделена на провинции Молукку и Северное Молукку. Самыми важными островами первой провинции, расположенной на юге, являются Амбон, Серам, Буру, а также архипелаги Банда, Ару и Танимбар. К северным островам относятся Хальмахера, Тернате и острова Сула. Население островов состоит из малайцев и алфуров. Высокий процент христиан (около 33 %) в составе населения островов в последнее время сокращается вследствие иммиграции мусульман из других частей Индонезии.
113
См. новостную заметку от 19.09.03: «Французский серийный убийца арестован непальской полицией по обвинению 30-летней давности, сообщает сайт BBC News. Несмотря на долгие сроки, проведенные им в тюрьме, до сих пор он ни разу не был осужден именно за убийство. На этот раз 59-летний Чарльз Собхрадж (Charles Sobhraj, род. 1944) — вьетнамо-индиец по рождению — был задержан в Катманду в связи с убийством двух туристок в 1975 году. Кроме того, он подозревается в причастности к смертям, как минимум, еще 20 человек. В 1976 году он был объявлен в розыск сразу в нескольких странах региона, к тому моменту количество его жертв как раз начало измеряться двузначным числом. Спустя некоторое время он был посажен в индийскую тюрьму, а в 1986 году бежал из нее, отравив охранников. Он был снова пойман уже через 24 дня на Гоа. Известный как Змей за свой талант притворяться и обманывать, преступник стал поводом для большого количества книг и статей (их материал он часто сообщал авторам сам). Проведя 21 год в тюрьме, он заработал 15 миллионов долларов, получив их за фильм, основанный на реальных событиях своей жизни. Освободившись в 1997 году, Собхрадж был тут же выслан во Францию, но через некоторое время снова вернулся в Азию, где, как считается, он и совершил большинство своих преступлений».
114
Октав Мирбо (1848–1917), французский писатель, романист, драматург и публицист, член Академии Гонкуров. Октав Мирбо родился в буржуазной семье врача, воспитывался в иезуитском коллеже в Ванне. Творчество Oктава Мирбо было очень популярно в России. Чаще всего его произведения переводились именно на русский язык: известно около 160 переводов! Скандально известный роман «Сад пыток» был написан в 1899 г.