Безупречные (ЛП)

- Я серьезно, - сказала Миссис Мэрин, и Ханна перестала ухмыляться. - Полиция отозвала дело, но это не меняет того, что происходит с тобой, Ханна. Сначала ты украла из Тиффани, теперь это. Я не знаю что делать. Так что я позвонила твоему отцу.

Ханна посмотрела на тарелку сыра, слишком странным на вид взглядом. Интересно, а сказала ли мама отцу, что Ханну поймали на воровстве в магазине Тиффани? Мистер Мэрин прочистил горло.

- Хотя дело было передано полиции, мистер Экард хочет всё уладить полюбовно, без суда.

Ханна немного втянула свой рот.

- Разве страховка не покрывает это?

- Это не совсем так, - ответил Мистер Мэрин. - Мистер Экард сделал твоей матери предложение.

- Отец Шона - пластический хирург, - сказала её мама, - но его главный проект - это реабилитационная клиника для ожоговых больных. Он хочет, чтоб завтра ты пришла туда в 3-30.

Ханна сморщила свой нос.

- Почему мы не можем просто заплатить ему?

Телефон миссис Мэрин зазвонил.

- Я думаю, это будет хороший урок для тебя. Сделать нечто полезное для общества. Чтобы понять, что ты натворила.

- Но я понимаю! - Ханна Мэрин не хотела проводить все свое свободное время в ожоговой клинике. Если она должна была быть добровольцем, почему это не могло быть какое-нибудь шикарное место? Как ООН, с Николь и Анджелой?

- Это уже решено, - резко сказала Мисс Мэрин. Потом она начала разговаривать по телефону: - Карсон? Ты уже сделал макеты?

Ханна сжала кулаки так, что ногти вонзились в ладони. Честно говоря, Ханна просто хотела подняться наверх, снять платье для похорон ("мои бёдра пополнели или они так выглядят из-за отражения?"), снять макияж и выпить водки. Потом бы она снова вошла и выглядела бы по-другому.

Когда она посмотрела на своего отца, он еле заметно улыбнулся. Сердце Ханны подскочило. Его губы шевельнулись, как будто он хотел что-то сказать, но тут зазвонил его сотовый. Он поднял палец, давая знак Ханне подождать.

- Кейт? - спросил он.

Сердце Ханны упало. Кейт. Великолепная, безупречная фактически-падчерица.

Её отец держал телефон между подбородком и плечом.

- Привет! Как прошёл кросс? - он помолчал, а потом расцвёл в улыбке. - Меньше, чем за 18 минут? Прекрасно.

Ханна схватила толстый кусок чеддера с тарелки. Когда она ездила в Аннаролис, Кейт и не смотрела на неё. Эли, которая поехала с Ханной для моральной поддержки, казалась всем самой милой девушкой, забирая всё внимание у Ханны. Ханну сводило это с ума, и она съедала всё, что было можно, в радиусе мили. Но всё это было давно, тогда Ханна была толстой, уродливой и всё время ела и ела. Когда она схватилась за свой живот, мучаясь от переедания, ее отец покачал своим пальцем и сказал:

- Поросенок, тебе плохо?

У всех на глазах.

Ханна побежала в ванную и засунула зубную щётку в рот, вызывая рвоту. Кусок чеддера застыл во рту у Ханны. Глубоко вздохнув, она выплюнула сыр в салфетку и выбросила в мусорку. Вся эта ерунда произошла давным-давным... когда она было совершенно другой Ханной. Это знала только Эли и та, которую Ханна похоронила.

3 Глава

НУ И ГДЕ ЗДЕСЬ ЗАПИСЫВАЮТСЯ В АМАНИТЫ?

Эмили Филдс стояла перед Грей Хорс Инн, разрушенное каменное здание, которое во времена Революционной войны было госпиталем. В течение дня владелец гостиницы преобразовал верхний этаж гостиницы для богатых гостей и на нижнем сделал кафе. Эмили заглянула через окна кафе, чтобы увидеть некоторых из ее одноклассников и их семей, поедающих семгу, итальянские бутерброды, и большие порции салата Кобб. У всех должно быть была та же самая после похоронная тяга к позднему завтраку.

- Ты сделала это.

Эмили повернулась, чтобы увидеть Майю Сейнт-Джермайн, наклонившеюся над терракотовым горшком полным пионов. Майя позвонила, когда Эмили уезжала из Розвуд Дэй, и попросила встретить ее здесь.

Как и Эмили, Майя все еще была одета в похоронный костюм - короткая, плиссированная, вельветовая юбка, черные сапоги, и черный свитер без рукавов с нежным кружевным шитьем вокруг шеи. И казалось, что Майя, также как и Эмили, попрошайничала, чтобы найти черные траурные шмотки в закромах ее шкафа.

Эмили печально улыбнулась. Сейнт-Джермайн переехали в старый дом Эли. Когда рабочие начали рыть полу завершенную беседку, освобождая место для теннисного корта Сейнт-Джермайн, они обнаружили разложившееся тело Эли под бетоном. С того момента, новостные фургоны, полицейские машины, и любопытные зеваки собрались вокруг собственности 24/7. Семья Майи укрылась здесь в гостинице, пока все не утихло.

- Привет. - Эмили посмотрела вокруг. - Твои родные на бранче?

Майя покачала своими густыми-черными кудрями.

- Они ушли в Ланкастер. Что бы вернуться назад к природе или что-то в этом роде. Честно говоря, я думаю, что они были в шоке, так что, может быть, простая жизнь пойдет им немного на пользу.

Эмили улыбнулась, думая, что родители Майи пытаются общаться с Аманитами в маленьком городке к западу от Розвуда.

- Ты хочешь подняться в мою комнату? - спросила Майя, подняв бровь.

Эмили подтянула юбку - ее ноги выглянули мускулистыми от плаванья - и остановилась. Если семьи Майи не было здесь, значит, они были одни. В комнате.С кроватью.

Когда Эмили первый раз встретила Майю, она была не в себе. Она тосковала по подруге, которая могла бы заменить Эли. Эли и Майя действительно были похожи в большинстве случаев - они обе были бесстрашными и смешными, и казалось, что они были единственными людьми, понимающими настоящую Эмили. У них было что-то еще общее: Эмили чувствовала что-то другое вокруг них.

- Пойдем. - Майя повернулась, чтобы войти внутрь.

Эмили, не уверенная, что ей делать, последовала за ней. Она тащила Майю вверх по скрипучим, извилистым ступенькам гостиницы в ее спальню в стиле 1776 годов. Она пахла сырой шерстью. В комнате был косой сосновый пол, шаткая, королевских размеров кровать с четырьмя стойками и с огромным одеялом на ней, а так же загадочное изобретение в углу, которое напоминало маслобойку.

- Мои родители взяли для меня и моего брата отдельные комнаты. - Майя села на кровать с писком.

- Это мило, - ответила Эмили, взгромоздившись на край хрупкого стула, который возможно однажды принадлежал Джорджу Вашингтону.

- Итак, как твои дела? - Майя наклонилась к ней. - Боже, я видела тебя на похоронах. Ты выглядишь... опустошенной.

Карие глаза Эмили наполнились слезами. Она была опустошена из-за Эли. Эмили провела последние три с половиной года, надеясь, что Эли однажды появиться на ее подъездной дорожки, такая же здоровая и пылкая как всегда. И когда она начала получать сообщения от Э, она была уверена, что Эли вернулась. Кто еще мог знать? Но теперь, Эмили знала наверняка, что Эли действительно исчезла.

Навсегда. На вершине этого, кто-то, кто знал ее страшный секрет - о том, что она была влюблена в Эли - и то же самое она чувствовала к Майе. И возможно, что этот кто-то, тот же самый, кто знал правду о том, что они сделали с Дженной, тоже.

Эмили чувствовала себя плохо, отказываясь рассказывать своим старым подругам о том, что говорилось в сообщениях от Э. Это было просто... она не может. Одно из сообщений от Э было написано на старом любовном письме, которое она отправила Эли. Ирония была в том, что она могла говорить с Майей о том, что было в сообщениях, но она боялась рассказать Майе о Э.

- Мне кажется, я все еще немного шокирована, - наконец ответила она, чувствую подступающую головную боль. - Но еще.. Я просто устала.

Майя пнула свои ботинки.

- Почему бы тебе не вздремнуть?" Ты не почувствуешь себя лучше, сидя в этом перекошённом подобие стула.

Эмили обернула руки вокруг подлокотников стула.

- Я...

Майя похлопала по кровати.

- Ты выглядишь так, будто нуждаешься в объятиях.

Объятья были бы кстати. Эмили убрала свои светло-русые волосы со своего лица и села на кровать рядом с Майей. Их тела таяли друг в друге. Эмили могла чувствовать ребра Майи через ткань ее рубашки. Она была такая миниатюрная, что Эмили, возможно, могла поднять ее и кружить вокруг себя.