Страница 116 из 118
— Девять!
— О, боже! — пробормотал Уилл и снова взглянул на Кэла.
— Восемь!
Кэл лепетал брату что-то непонятное, рыдания сотрясали его тело. Уилл же только и смог что покачать головой в ответ.
— Семь!
Эллиот, невидимая за краем Скважины, кричала, чтобы они с Кэлом двигались к ней.
— Шесть!
Честер, находящийся наверху лестницы, быстро говорил ему что-то.
— Пять!
— Давай, Уилл! — бросила Эллиот, высунув голову над краем Скважины.
Они все пытались говорить с ним одновременно, голоса путались в этой какофонии. Но Уилл слышал лишь холодно отсчитываемые близнецами секунды. Близился конец отсчета.
— Три!
— Уилл! — крикнул Честер и сильно потянул за веревку, пытаясь вытащить его к себе.
— Уилл! — кричал Кэл.
— Два!
Уилл, шатаясь, поднялся.
— Один!
— Ноль! — одновременно сказали близнецы.
— Твое время вышло.
— Сделка не состоялась.
— Ты сейчас подписал много лишних смертных приговоров, Уилл!
Все, что случилось потом, произошло за считаные доли секунды.
Уилл услышал вопль брата и резко повернулся к нему.
— НЕТ! ПОДОЖДИТЕ! — орал Кэл. — Я ХОЧУ ДОМОЙ!
Он выпрыгнул из-за валуна, размахивая поднятыми руками, и оказался на виду у всех патрульных в ярком свете прожекторов. Прямо на линии огня.
В тот же самый миг с верхних участков склона раздались хлопки множества выстрелов. Их было так много, что звуки походили на частую барабанную дробь.
Шквал выстрелов ударил по Кэлу со смертельной точностью. У него не было никаких шансов. Словно огромная невидимая рука ударила его и свалила с ног, оставив в воздухе красную дымку.
Уилл мог лишь наблюдать, как покореженное тело его брата свалилось у самого края Скважины, походя на марионетку, у которой обрезали все веревочки. Мальчику казалось, что он видит все в замедленном повторе — мельчайшие детали: как спружинила при ударе о влажную землю рука, словно что-то неживое и резиновое; что на ноге Кэла всего один носок. Должно быть, брат одевался в такой спешке, что забыл натянуть второй, — эта мысль возникла где-то на задворках мозга.
А потом тело свалилось за край. Резко затянувшаяся вокруг пояса веревка дернула Уилла вперед, заставляя сделать несколько шагов.
Бартлби, который до сих пор послушно ждал там, где ему наказал Кэл, скребя когтями, стремительно бросился вслед за хозяином и исчез в Скважине. Веревка натянулась еще сильнее — Уилл понял, что кот повис на теле Кэла.
Теперь Уилл стал частично виден стигийским стрелкам, и пули засвистели, а лучи прожекторов быстро заметались взад-вперед. Они падали вокруг него, с пронзительным визгом рикошетом отскакивали от менгира и выбивали фонтанчики грязи из-под ног.
Но Уилл не делал попыток укрыться. Обхватив голову руками, он громко вопил, до хрипа, пока в легких не закончился воздух. Мальчик сделал вдох и закричал снова, только теперь в его крике можно было различить: «Хватит!» Когда он замолчал, повисла мертвая тишина.
Патрульные прекратили стрельбу, Честер и Эллиот тоже не кричали больше, стараясь привлечь его внимание.
Уилл стоял, пошатываясь. Он оцепенел и практически не чувствовал, как веревка врезается в спину, тянет его вперед.
Он ничего не чувствовал.
Кэл был мертв.
И сейчас в голове Уилла не было нерешенных вопросов. Он мог бы спасти жизнь брата, если бы сдался близнецам.
Но он этого не сделал.
Мальчик вспомнил, как однажды Кэл уже умирал, но появился Дрейк и, сотворив чудо, воскресил его. Однако теперь не будет счастливого конца, никогда больше.
Уилл сломался под неподъемной тяжестью ответственности. Он и только он виновен в в разрушении стольких жизней. Он видел их лица: дядя Тэм, бабушка Маколей. Люди, которые отдали ему все; люди, которых он любил.
И его приемный отец, доктор Берроуз, тоже, скорее всего, мертв. Он никогда больше его не увидит. Мечтам пришел конец.
Затишье неожиданно оборвалось — патрульные снова начали пальбу, еще более яростную, чем прежде, а Эллиот с Честером снова принялись орать, стараясь обратить на себя его внимание.
Но Уилл ничего не слышал, словно кто-то выключил звук. Он пустыми глазами смотрел на отчаявшееся лицо Честера всего в нескольких метрах от него. Его друг вопил изо всех сил, но это ничего не значило, ведь и его дружбе с Честером настал конец.
Все, на что он полагался, что было фундаментом, на котором строилась его шаткая жизнь, теперь выбили из-под него, кирпичик за кирпичиком.
Перед глазами Уилла стояла картина ужасной смерти брата. Этот миг перечеркнул все остальное.
— Хватит, — твердо сказал он.
Кэл потерял жизнь из-за него.
Ему не скрыться от этого. Ему нет прощения.
Уилл знал, что он, а не его брат, должен был лежать здесь, изрешеченный пулями.
В его голове что-то росло и ширилось, готовое вот-вот разорваться на множество крошечных фрагментов, которые уже будет невозможно собрать воедино.
Мальчик старался стоять прямо, невзирая на тянущее его вперед тело брата. Патрульные продолжали стрелять, но для Уилла их как бы не существовало, он был где-то в другом месте.
Припав к земле на самой верхней ступеньке каменной лестницы, Честер кричал и размахивал руками. Но Уилл его не замечал.
Для него все потеряло смысл.
Он сделал маленький неловкий шаг к Скважине, подчинившись тянущей его веревке.
Честер двинулся навстречу Уиллу. Он вытянул вперед руку, хрипло выкрикивая его имя. Уилл поднял глаза и посмотрел на него так, словно видел в первый раз.
— МНЕ ОЧЕНЬ ЖАЛЬ, УИЛЛ! — прокричал Честер. Когда он понял, что Уилл его слышит, его голос сразу же стал спокойнее. — Иди сюда. Все хорошо.
— Разве? — спросил Уилл.
Несмотря на царивший вокруг кошмар, в этот миг они будто бы оказались вне ужаса и страха. Честер кивнул и слегка улыбнулся.
— Да, и у нас с тобой — все хорошо, — ответил он. — Прости меня.
Он извинялся за то, как жестоко вел себя с Уиллом. Честер понял, что прежде и сам был виноват в охватившем его унынии.
Крошечный лучик надежды забрезжил пред Уиллом.
У него еще есть друг, а значит, не все потеряно, и вместе они как-нибудь выберутся.
Уилл сделал еще один шаг вперед, протягивая Честеру руку.
Шаг за шагом, быстрее и быстрее он двигался вперед, сокращая между ними расстояние. И вскоре уже не нужно было идти — веревка сама тянула его. У самого края скважины он практически взял друга за руку.
На самом верху склона одновременно закричали Ребекки:
— Отправьте его к черту!
— Открыть огонь!
И тяжелая артиллерия, к которой они и обращались, ожила. Стоящие в ряд гаубицы выпустили свои снаряды, которые, вращаясь, словно шаровые молнии, устремились к Уиллу, оставляя за собой огненный след. Весь склон осветился, а воздух наполнялся оглушающим ревом.
Снаряды раскалывали попадающиеся им на пути менгиры и заставляли взлетать целые пласты земли. Один попал прямо в мощеную платформу, опрокинул единственную стоящую колонну и раскидал плиты, как ветер раскидывает колоду карт.
Уилла отбросило назад. От взрыва мальчик потерял сознание. Он упал прямо в темноту провала, перелетев через голову друга.
Если бы Уилл был в сознании, то увидел бы, как Честер машет руками и ногами в попытке за что-нибудь ухватиться. А веревка, связывающая его с Уиллом, уже тащила мальчика вниз.
Он бы услышал крик Эллиот, когда ее утянуло в Скважину вслед за Честером.
Он бы почувствовал свистящий в ушах воздух. Тело его брата было где-то внизу, а сверху падали, не переставая вопить, Эллиот и Честер. Он бы оторопел, увидев странные куски кирпичной кладки от разбитых менгиров, которые тоже падали.
Уилл находился в свободном падении, уши, к счастью, заложило, а дыхание постоянно перехватывало из-за потока воздуха, сквозь который он несся со смертельной скоростью.
Иногда он сталкивался с Эллиот, Честером и даже телом Кэла; веревка опутывала их конечности и изредка притягивала друг к другу, а потом распутывалась, и они снова разлетались в разные стороны, словно выполняя немыслимые па в каком-то ужасном воздушном балете. Чаще он просто летел вниз, но время от времени потоки воздуха сносили его к стенам нескончаемого провала, безжалостно ударяя о камень или о что-то необъяснимо мягкое.