Страница 83 из 139
– А еще чему ты у нее научился? – хмыкнул Питт.
– Это к делу не относится, – не моргнув глазом парировал итальянец.
– И вот еще что, Ал, с этого момента разговоры по-английски отменяются. Общаемся, только если будем находиться вне пределов слышимости от местных работяг.
– Принято. Кстати, из чистого любопытства интересуюсь: ты какую пушку с собой прихватил?
– Мой старый верный кольт, – с гордостью похлопал себя по поясу Питт. – Эй, что тебе не нравится?
– Сколько мы с тобой знакомы, ты постоянно таскаешь с собой эту окаменелость. Не пора ли сменить твою антикварную игрушку на что-нибудь более современное и убойное?
– Ну нет, он мне вроде старого друга, а друзьями не бросаются! И шкуру мою спасал столько раз, что и не сосчитать. – Питт кивком указал на едва заметную выпуклость на комбинезоне Джиордино. – А ты?
– Один из «Пара-Орднанс 10+1», что мы отобрали у тех хануриков в Колорадо.
– У тебя неплохой вкус, – одобрил выбор напарника Питт.
– И к тому же совершенно бесплатно, – улыбнулся коротышка, потом мотнул головой в направлении скопления зданий, сосредоточенных в центральной части территории верфи. – Которое из них нам нужно?
Питт сверился с монитором своего компьютерного гида, выведя на него план верфи. Потом поднял глаза на дорогу, петляющую между причалами и огромными складами-ангарами из гофрированного металла, и указал на двадцатиэтажное здание в доброй миле впереди.
– Вон то высокое, справа.
– Никогда не видел такого огромного судостроительного комплекса, – заметил Джиордино, окидывая взглядом окрестности. – Куда там всяким Япониям и Гонконгам!
Внезапно они остановились и уставились на ближайшее суперсудно – так попавшая в город деревенщина пялится на впервые в жизни увиденный небоскреб. Но такого они действительно еще никогда не видели. Натужно ревя двигателями, заходил на посадку реактивный самолет. Вот он снизился, выпустил шасси и коснулся колесами длинной посадочной полосы на верхней палубе колосса. Машина прокатилась примерно до середины палубы, остановилась и заглушила двигатели. Последние отзвуки эхом отразились от воды и близлежащих горных склонов. Зрелище было ошеломляющим и далеко превосходило самые изощренные голливудские спецэффекты.
– Ни одна верфь в мире не способна построить такое огромное судно! – убежденно сказал Питт, восторженно обозревая пришвартованное к причалу исполинское сооружение.
Если бы не сугубо морские очертания носа и кормы, оно бы мало чем походило на судно. Скорее, на современный небоскреб, уложенный набок. Все надстройки были из армированного и тонированного стекла, обладающего прочностью низколегированной стали. За стеклом виднелись парки с деревьями, цветущими среди садов камней. А вот внешние прогулочные палубы или галереи отсутствовали. Все было полностью скрыто как бы «под колпаком».
Корму судна он оглядел с особым вниманием отнюдь не из праздного любопытства. Начинаясь от ватерлинии, веером расходились в стороны два десятка пирсообразных выступов длиной в двести футов каждый. Над ними нависала высокая крыша на пятидесятифутовых скульптурных колоннах в греческом стиле. Пирсы служили прикрытием для винтов корабля и одновременно причалами для флотилий катеров, судов на подводных крыльях и гидропланов. У основания каждого из пирсов имелась широкая лестница и ряд лифтов из армированного стекла, ведущих на верхние палубы. Невероятно, но гигантское судно было само по себе городом-портом, имея собственную крытую гавань, способную на ходу принимать и обслуживать малые и средние суда.
Тысячи рабочих кишели на причалах и открытых палубах. Работа по оснащению и загрузке ковчега казалась со стороны беспорядочной суетой. Башенные краны ездили вдоль причалов по рельсам и опускали в разверстые люки огромные контейнеры. Зрелище было настолько грандиозным, что с трудом воспринималось как реальность. Как-то даже не верилось, что эти плавучие города изначально не рассчитаны на самостоятельный выход из фьорда в открытое море. Их главная задача – пережить первый натиск гигантских цунами, которые уже затем, при откате, вынесут их в океан.
Прятаться уже не было возможности – причалы заливал яркий свет – да и смысла не имело. Питт и Джиордино не спеша шли по широкой дороге, совершенно не таясь и приветственно помахивая случайным встречным охранникам, у которых не вызывали ни малейших подозрений. Питт быстро подметил, что рабочие в основном передвигаются по верфи и судовым палубам на электрокарах, и начал высматривать, где бы разжиться такой машиной. Вскоре он заметил несколько штук, припаркованных возле большого склада.
Питт направился к ним, Джиордино следом, все еще не в силах оторвать глаз от величественных судов-ковчегов.
– Тут пешком далековато, – бросил Питт. – Пожалуй, я не прочь прокатиться.
Судя по обстановке, здесь, как при коммунизме, все было общим, и любой рабочий, в случае нужды, мог воспользоваться первым попавшимся свободным аккумуляторным электрокаром. С полдюжины таких машин стояло у большого зарядного устройства, от которого к разъемам под передним сиденьем тянулись провода. Питт вытащил вилку из первого в ряду. Забросив прихваченные для маскировки из кладовой мотки провода и банки с краской в кузов, Питт и Джиордино залезли на сиденье. Питт включил движок и покатил вперед с таким видом, как будто уже не первый год разъезжает тут каждый день.
Электрокар миновал длинную цепь складов и остановился перед высоким административным зданием. От дороги, идущей вдоль берега, начинался въезд на следующий причал. К нему был пришвартован второй из левиафанов, имевший куда более суровый и прагматичный облик, чем его пассажирский собрат. Этот построили для перевозки сельскохозяйственного груза. На борт целыми трейлерами свозили различные образцы деревьев и кустарников. Сотни цилиндрических контейнеров с надписью «Семена» штабелями высились на причале, ожидая погрузки. Длинные колонны сельскохозяйственных машин, грузовиков, тракторов различного размера, комбайнов, плугов и прочих механизмов гнали в пещеры трюмов.
– Похоже, Вольфы собираются начать строительство нового мира сразу в капитальных масштабах, – заметил Питт, все еще пытаясь постигнуть истинный размах этих приготовлений.
– Держу пари, что на третьем окажется каждой твари по паре, – предположил итальянец.
– Я не буду спорить, – согласился Питт. – Надеюсь только, у них хватило ума оставить на берегу мух, комаров и ядовитых змей.
Джиордино открыл было рот для подходящего ответа, передумал и выпрыгнул из электрокара, который Питт припарковал возле ступеней, ведущих в современное офисное здание со стеклянными стенами. Прихватив кабель и банки с краской, Питт и Джиордино вошли внутрь и подошли к длинной стойке, за которой сидели двое охранников. Джиордино улыбнулся как можно приветливее и что-то сказал одному из них по-испански.
Охранник небрежно кивнул и ткнул пальцем через плечо в сторону лифтов.
– А этому ты что скормил? – поинтересовался Питт, оглянувшись и заметив, как один из охранников что-то оживленно говорит в телефонную трубку.
– Я сказал, что один из Вольфов приказал нам починить внутреннюю проводку в стене пентхауза на десятом этаже, а потом заштукатурить и закрасить стену. Он даже не спросил ничего.
Питт оглядел кабину лифта в поисках телекамеры, но не нашел ни одной. «Как будто здесь никто не боится подрывных действий, – подумал Питт. – Или они знают, что мы здесь, и поставили капкан?»
Ему было свойственно напускное бесстрашие, и он привык делать вид, что ему все нипочем, но здравый смысл подсказывал, что Вольфы, сумевшие построить такой комплекс на диком и пустынном берегу в труднодоступной местности, небрежностью не страдают. Кроме того, интуиция подсказывала, что охранники в холле поджидали именно их.
– Настало время для оригинальных решений, – сказал он вполголоса.
Джиордино искоса посмотрел на него:
– План «Си»?
– Да. Мы остановимся на пятом этаже, чтобы сбить с толку охранников, если те за нами следят. Но останемся внутри и направим лифт в пентхауз, а сами тем временем вылезем через крышу и поедем на ней.