Страница 35 из 139
– Мы с Хьюго заскочим по дороге в НУМА и забросим твои обсидиановые головы, – сказал Перлмуттер.
Ясно было, что имелось в виду под словом «мы», поэтому Питт снисходительно усмехнулся и положил руку на плечо Малхоленду:
– Только не надо ничего забрасывать, договорились? Обращайтесь с ними очень осторожно и бережно, как с младенцем. Подниметесь на шестой этаж в лабораторию и отдадите лично в руки начальнику. Его зовут Гарри Мэтьюз.
Губы шофера едва заметно дрогнули, что у любого другого человека означало бы улыбку до ушей.
– Постараюсь не бросать и не ронять, мистер Питт, – пообещал он.
– Вот и отлично. Счастливо, Джулиан. И огромное спасибо.
– Не за что, мой мальчик. Заглядывай на обед, как только выдастся свободный часок.
Лимузин развернулся и покатил к воротам аэропорта, взметая за собой пыльный шлейф. Питт проводил его взглядом, потом поднял глаза на облезлый фонарный столб с замаскированной под сучок миниатюрной камерой наблюдения. Быть может, видеотехника подскажет, откуда появлялись и куда исчезали охранники?
Достав небольшой пульт дистанционного управления, Питт отключил охранную систему ангара и потянул на себя железную дверь, которую, если судить по толстому слою ржавчины, не открывали со времен Второй мировой. Закинув на плечо дорожную сумку, он вошел внутрь. В ангаре царил кромешный мрак. Ни единый луч света не проникал снаружи. Помимо прочего помещение было свето– и пыленепроницаемым. Питт закрыл дверь и щелкнул выключателем. Ангар залило морем света с радужными переливами.
Вдоль стены ангара, на полу, покрытом глянцево-белым эпоксидным лаком, выстроились в ряд пятьдесят антикварных и классических автомобилей, выкрашенных чуть ли не во все мыслимые цвета. Другую часть экспозиции составляли тоже средства передвижения, но несколько иного плана. Среди них особенно выделялись «Ме-263», один из первых в мире реактивных истребителей, собранный на предприятиях Мессершмитта в Германии в конце Второй мировой войны, и трехмоторный самолет компании «Форд» начала тридцатых годов с метким прозвищем «Жестяной гусь». По соседству, на бетонированном возвышении с вмонтированными в него рельсами красовался пульмановский вагон первого класса. Неизменное внимание гостей хозяина привлекали также невесть как затесавшиеся сюда чугунная эмалированная ванна с подвесным мотором и надувной плот с самодельной каютой и мачтой для паруса. Все это собрание сторожил тотемный столб индейского племени хайда.
Питт остановился, оглядел свою разношерстную коллекцию и гирляндами свисающие со сводчатого потолка этикетки марочных вин из разных стран, включая такие экзотические, как Бирма. Убедившись, что все на месте, он поднялся по железной винтовой лестнице на второй этаж, в свою берлогу.
Она напоминала морской музей. Модели кораблей в бутылках, штурвальные колеса и картуши компасов, судовые колокола, бронзовые водолазные шлемы и многое другое занимало львиную долю площади. Собственно жилым помещениям: гостиной, кабинету, единственной спальне с ванной комнатой и кухне-столовой было отведено не более тысячи ста квадратных футов[1], весьма скромная квартирка даже по вашингтонским меркам.
Хотя Питт до безумия устал, он все же заставил себя распаковать сумку, разделся догола, бросил грязные шмотки в бачок в чулане, где стояла стиральная машина и сушильный агрегат, потом отправился в ванную и долго расслаблялся под обжигающе горячим душем, лежа на спине с задранными на кафельную стенку ногами. Но едва он вознамерился достойно завершить начатое и взял в руки бокал, наполненный льдом и текилой «Хуан Хулио» с серебряной этикеткой, как судовой колокол возвестил о появлении посетителя у дверей ангара. Питт бросил взгляд на монитор контролирующей вход видеокамеры и узнал в госте заместителя директора НУМА Руди Ганна. Нажав кнопку на пульте, он бросил в микрофон:
– Привет, Руди. Заходи, я наверху.
Ганн взбежал по лестнице и вошел в апартаменты Питта. В неприметном лысеющем мужчине ниже среднего роста, близоруко взирающем на мир из-за стекол сильных очков в роговой оправе, вряд ли кто сумел бы с первого взгляда распознать поистине незаурядную личность. Коммандер ВМФ США в отставке, закончивший Военно-морскую академию первым в своем выпуске, Ганн среди сотрудников НУМА пользовался уважением и огромным авторитетом за интеллект и блестящие организаторские способности.
– Слушай, Дирк, что там у тебя во дворе за парни в камуфляже и с автоматами? Они меня чуть до смерти не затерроризировали, пока не убедились, что я твой друг и сослуживец.
– Идея адмирала Сэндекера.
– Я слышал, что он привлек людей из какого-то жутко законспирированного охранного агентства, но понятия не имел, что они умеют появляться прямо из-под земли, как черти из преисподней. Только запаха серы не хватает.
– Умелые ребята, – согласился Питт.
– Мне дали почитать досье о событиях в Теллуриде. Знатная заварушка. Ходят слухи, что твоя жизнь не стоит и двух центов.
Питт принес из кухни бокал чая со льдом. Руди не пил ничего алкогольного, кроме пива, да и то крайне редко.
– Только не для этих хмырей из Четвертой империи. Я сильно подозреваю, что они не остановятся перед любыми расходами, лишь бы загнать меня в могилу.
– И в связи с твоим бедственным положением, – продолжал Ганн, воспользовавшись паузой, чтобы одним глотком ополовинить стакан с чаем, – я позволил себе задействовать кое-какие дружеские связи. В частности, встретился и побеседовал с парочкой старых приятелей из ЦРУ...
– Не понимаю, чем может заинтересовать ЦРУ отечественный криминал[2]?
– У них есть подозрение, что киллеры, с которыми ты столкнулся в шахте «Парадиз», могут входить в международный преступный синдикат.
– Террористы?
Ганн покачал головой:
– Ни религиозных, ни политических целей они не преследуют, хотя и фанатики. Но чего именно добиваются, выяснить пока не удается. Еще никто не сумел к ним внедриться – ни оперативники ЦРУ, ни агенты Интерпола. Многие иностранные разведки тоже знают о существовании организации, однако этим вся информация и исчерпывается. Откуда они взялись, где обосновались и кто их контролирует – тайна за семью печатями. Их киллеры объявляются словно из-под земли – как было в Теллуриде, – ликвидируют намеченные жертвы и исчезают.
– Не в курсе, какие-нибудь еще делишки, помимо убийств, за ними числятся?
– Тоже никто не знает. Питт прищурился:
– Преступный синдикат, не имеющий мотивов для преступления, так, что ли?
Ганн пожал плечами:
– Я понимаю, это звучит по-идиотски. Но пока что ни у кого нет ни малейшей зацепки.
– А как же те два мерзавца из Теллурида, которых мы с Алом повязали? Разве нельзя их допросить?
Руди удивленно поднял брови:
– Так ты еще не слышал?
– О чем не слышал?
– Шериф Джеймс Иген из Теллурида, штат Колорадо, позвонил нашему адмиралу около часа назад. Арестованные мертвы.
– Проклятие! – раздраженно чертыхнулся Питт. – Говорил же дураку, чтоб обыскал их как следует! Опять капсулы с цианидом, если я правильно понял?
– Увы, все гораздо банальнее. По сообщению Игена, в камеру каким-то образом сумели пронести бомбу. Заключенных разнесло в клочья вместе с помощником шерифа, который их сторожил.
– Вот же твари! – снова выругался Питт. – Ну ни во что человеческую жизнь не ставят!
– Вот и мы пришли к тому же выводу.
– Это ты о чем?
– Адмирал решил поручить тебе возглавить глубоководный геологический проект. Посреди Тихого океана на глубине в десять тысяч футов ты будешь в сравнительной безопасности от дальнейших попыток ликвидации.
Питт лукаво усмехнулся:
– А если я возьму и откажусь?
– Он знал, что ты откажешься, – усмехнулся в ответ Руди. – Кроме того, твоя роль слишком важна, чтобы отсылать тебя в захолустье. Так уж вышло, что ты единственный надежный свидетель, который тесно контактировал с членами группировки и сумел при этом выжить. С тобой прямо-таки жаждут побеседовать некоторые весьма высокопоставленные лица, принимающие участие в расследовании. Завтра к восьми утра, – протянул он Питту клочок бумаги, – прибудешь по этому адресу. Заезжай прямо в открытый гараж и жди дальнейших инструкций.
1
Около 100 кв.м.
2
Согласно законодательству, любые преступления федерального уровня, включая шпионаж, совершенные на территории США, находятся в компетенции ФБР, ЦРУ занимается исключительно зарубежными проблемами.