Страница 22 из 30
Сергею показалось на миг, что худые плечи, обтянутые ветхой тканью вздрогнули.
– Эй, а ну стой. – Он в два шага догнал азиата, и развернул к себе. -Расскажи, что случилось.
Моя долг брал. Вчера срок. Опоздал. Чжен деньги нет. Жена убивал. Сын в сухой лог увози. Чи фан делай.
– Чего?- Переспросил Круглов, не разобрав.
– Кушай. – Коротко пояснил гость.
– Вот тебе и здрасте?- От сказанного азиатом Сергею стало не по себе. – Кто же он такой, Чжен этот? Бандит?
– Хунхуз. Главная здесь.
А, точно, погоди, погоди, так это его братая… – Чуть было не проговорился Круглов, но вовремя поправился. – Солдаты убили?
Кореец кивнул головой и попытался выдернуть плечо из-под руки распросчика.
Ну и все равно не понял, есть то зачем? – Попытался уразуметь суть тот.
– Хорони. Порядок такой. Дети есть… Он, гость…, так обычай.
Сергей оглянулся на следящую за их беседой хозяйку дома. – А ведь мадам куда как не просто вдова… Мелькнуло отчего-то глубоко в душе понимание.
– Так. Идем со мной. – Распорядился Круглов неожиданно для себя. – Ты кто? Ну чем на жизнь зарабатываешь?
– Стирай мала-мала.
– Вот и хорошо. Я тебе сейчас бельишко отдам. Понял.
– Не…- Попытался отказаться кореец, но встретился взглядом с глазами Сергея.
– В дороге все испачкал хочу в стирку отдать. – Пояснил Круглов домовладелице, поднимаясь на ступеньки.
Он провел азиата к себе в комнату, и плотно прикрыл дверь.
Как звать? – Строго спросил он у гостя. Ким? Сейчас слушай меня, Ким. Если хочешь сына обратно живым вернуть, делай, как я скажу. Понял?
– Полиций не нада. Без толку. – Не верно истолковал слова нечаянного советчика тот. – Чжен Большой. Там он… – Кореец запнулся, подбирая слово.
– Царь. – Наконец сумел выбрать он сравнение – В Миллионка Чжен царь.
– Царь у нас один Николай Александрович. – Назидательно отозвался Круглов, стягивая рубаху. – Ну, чего стоишь, чего ждешь. Снимай свое рванье. Жену твою уже не вернуть, жаль. А сынишку попробуем.
Не прошло и двух минут, как преображение завершилось. Не смотря на трагизм ситуации глядеть на облаченного в филерский наряд корейца без смеха было невозможно.
Тогда как сам Круглов, натянув короткие, бесформенные штаны и свободную с костяными палочками вместо пуговиц, и водрузив на замотанную серым платком голову островерхую шляпу стал ничуть не отличим от обычного манзы. Он ссутулился, опустил плечи и прошелся по комнате стараясь повторить манеру движения корейца.
– Похож? – Поинтересовался лже-азиат у стоящего столбом Кима.
– Белая. – Ткнул тот пальцем на торчащие из ремкастых штанин голени собеседника.
– Это исправим. – Круглов порылся в чемодане и выудил банку с ваксой. Коричневый крем для обуви как нельзя лучше скрыл истинный цвет кожи. В довершение Круглов осторожно потер налитым в ладони воском лицо. – Халасо? – Протянул он с копируя восточный акцент и склонил голову. – Тогда слушай. -Посерьезнел инструктор. – Сейчас я уйду. Ты ждешь здесь примерно половину часа. Закрой дверь, стучать будет, делай вид, что спишь. Ломать не станет. Потом выбери момент, когда хозяйки во дворе на будет, и уходи. Собаку не бойся, она привязана.
– Собака моя не боясь. -Впервые за все время изобразил слабое подобие улыбки кореец.
Иди к себе, там переоденься. Мою одежду сверни в узел и неси к гостинице Версаль. Знаешь где? Вот. Жди слева от входа. Не крутись. Все. Деньги возьми. Если городовой погонит, заплати гривеник… Отстанет.
Сергей говорил, и не мог понять, откуда у него такая уверенность и решимость. На мгновение ему даже показалось, что кто-то другой, умный и опытный, просчитывающий каждую деталь и мелочь, управляет им.
Выдохнул, в последний раз оглядел себя, ища несоответствия выбранному образу, и уже собрался шагнуть за порог, как вспомнил о главном. Отыскал в чемодане завернутые в тряпье карты.
– Нормально. – Посмотрелся Круглов в мутноватое зеркало. – Так даже правдоподобнее. Идет себе манза, несет работу на дом. Он помахал узелком.
– Нужно помнить, что ноги у корейцев чуть короче европейских, оттого шаг должен быть тоже короче… – Стрельнуло вдруг в виске.
– Не подведи. – Напомнил Сергей корейцу. – Врать не буду, этим, он кивнул на маскарадный наряд и свои задачи решаю, однако крепко верю, если сын твой жив, и все как надо пойдет вызволю.
Подбодрив азиата, перекрестился, и шагнул за порог. Выскользнул в сумрачные, пропахшие сухой травой сени, зажмурился, готовя глаза к уличному свету, и вышел на двор.
Заметив его, ковыряющаяся в огороде хозяйка выпрямила спину и внимательно уставилась вслед, однако, не заметив ничего подозрительного, вскоре вновь вернулась к своему занятию.
Шагать по неровной мостовой в грубых деревянных башмаках было неудобно. С другой стороны, озабоченный сохранением обуви на ногах, Сергей чуть расслабился, и зашагал уже свободнее. Нужно сказать, что его личность вовсе ни кого не заинтересовала. Не сделал стойку замерший на углу Светланской городовой, не косились на ряженого другие манзы, деловито снующие по грязному с потеками засохшей грязи тротуару.
Однако чем ближе Круглов подходил к чистым кварталам, тем меньше ему попадалось навстречу азиатов. – Похоже, здесь действует негласное правило, – сообразил он сворачивая направо. Подняться по крутой лестнице в сопку и вынырнул на другой, идущей параллельно главной улице города дороге. Здесь его внешний вид никого не интересовал вовсе.
Хорошо, что удосужился глянуть на карту. – Удовлетворенно подумал Сергей. -Хотя, заблудится здесь и вправду мудрено. Светланская пересекает весь город из конца в конец. От Солдатской слободы до самой гавани. Вдоль нее идет Пекинская и Семеновская, а пересекают Алеутская и Китайская. В этих гигантских прямоугольниках, и расположились прозванные Корейской и Китайской слободы. Так, вспоминая на ходу прочитанный в бульварном листке с красочным названием "Далекая окраина" текст, Сергей добрался до здания сияющего золотыми фризами на фасаде. Однако пытаться проникнуть в роскошные надежно охраняемые швейцаром парадные двери было просто глупо. Не сбавляя хода, Круглов просеменил мимо и свернул на Корейскую. Несколько шагов вверх по крутому склону, и новый поворот, в ободранную бортами телег арку, через которую в гостиницу доставляли провизию и топливо.
Прошмыгнув мимо кухонных рабочих, занятых перетаскивания тяжелых говяжьих туш, Круглов осмотрелся и двинулся по темной заваленной хламом, черной лестнице.
Кухня встретила шумом и грохотом. Угодить на вкус почти пяти сотням постояльцев задача не простая, повара, занятые своим делом не обратили на манзу никакого внимания. Сергей миновал жарочную, и выглянул в ярко освещенный зал. Сюда ему соваться было заказано. Однако взгляд наткнулся на лежащий с краю возле аккуратно свернутого белоснежного фартука список. Пробежав глазами перечень заказов он с удовлетворением отметил, что внутренний голос, как бы его не называть оказался прав.
Постоялец номера сто три, люкс, г-н Тифонтай, Николай Иванович: Бульон с перепелиными яйцами…
Дальнейший список предпочтений натурализованного китайца читать не стал. Вернул список на место и двинулся по все той же лестнице на поиски сто третьего номера.
На втором этаже его поиски едва не оказались под угрозой срыва. На всречу ему спускался полный, пышущий здоровьем служащий отеля. Толстяк уставился на идущего и перегородил дорогу, выставив плечо, сверкающее серебряными галунами.
– Эй ты, морда, чего тебе тут надо? – Рявкнул он, пытаясь заглянуть под опущенные поля шляпы.
Гаспадина Цзи Фонтай. – Круглов и неуловимым движением проскользнул мимо нежданной преграды. – Эй, стой… куда? – Дернулся толстяк, пытаясь ухватить беглеца за полу. Промахнулся и затряс висящими щеками. Ну я тебе.. -Эй, Никифор… – Продолжая орать он двинулся вниз.
– Теперь счет на секунды. Пока толстяк отыщет искомого Никифора, пока сумеет отдышаться, объяснить… Пол минуты в запасе имеются.