Страница 20 из 47
Зачуханый, грязный наркоман вместо моего брата, сейчас протягивал мне дрожащей явно не от страха или холода рукой злополучные доллары, а на лице скривилось гадкое подобие сожаления.
— Жрать нечего, и потому ко мне прибежал?
— Почему сразу жрать? Дом-то твой тоже.
— Когда выгонял, то про это не помнил.
— Да и мама была бы против того, что ты живешь у других…
— А ты маму не трогай! — не сдержалась. Резкий шаг вперед, зарычала, зашипела ему в лицо. — Вы, суки, с отцом на пару, ее в могилу свели. Так что забудь это слово навсегда. Забудь, урод. Не было никогда у тебя матери, шавка ты.
— Подбирай слова, — тон его голоса переменился: с жалобно-просящего резко на пренебрежительно-унизительный.
— Я подбираю, иначе бы одни лишь маты были в твою сторону.
— Что здесь происходит? — неожиданно послышалось за моей спиной.
— Мистер Райс, Дэвид уже уходит. Он просто заглянул на минутку.
— Смотри мне, — злобно проскрипев зубами, лживо улыбнулся мой босс и вышел из туалета.
— Забирай свои бабки, — опять Дэв ткнул мне в лицо деньги.
— Да подавись ты ими, — раздраженно фыркнула я и, подняв с пола ведро, быстро пошагала в зал магазина.
— Ко мне сегодня Дэвид заходил.
— Уже знаю, — невнятно пробормотал Браян и откинулся на спинку дивана.
Нервно переключая с канала на канал, он все же искоса поглядывал на меня.
— Просил вернуться домой.
— А ты?
— Я бы не хотела вас больше смущать…
— Ты никому не мешаешь, — спешно перебил меня Бамред и пристально уставился в глаза. — Оставайся здесь, Майя. Иначе я сомневаюсь, что ты там долго протянешь. Оставайся…
— Оставайся, — жалобно пропищала Бетти, как всегда где-то тихонько подслушивающая разговоры взрослых, тихонько, молча, пока не приходит необходимость вставить свое решительное слово…
— Эх, как я могу с тобой спорить, моя Ребекка…
Милая детская улыбка… Что может быть краше?
Жадно прижала девочку к себе и ласково поцеловала в лобик.
Еще одна неделя добежала до своего конца.
Еще один срок оказался неверным…
Я чаще стала заглядывать домой. По десять раз переспрашивать забывчивого отца, не искал ли меня кто. Но ответ был всегда одним и теме же: "Неа. Я бы сказал тебе. Дочка, а десяточки до завтра не найдется у тебя?" Вот только оправдания были каждый раз разные: то Дэв просил купить хлеба, то вдруг он его деньги прикарманил, то дружки того же Дэвида деньги украли, то просто не заплатили отцу за работу…
Сложно. Сложно даже рядом с ними жить, а не только не под одной крышей.
Сердце предательски верит во все это вранье, болит, болит и рвется…
Но все это — глупая, гадкая ложь неизлечимо больного человека.
С Дэвидом я стараюсь не только не разговаривать, но и избегать встреч. Даже мимолетных, коротких встреч.
Да и его, как мне кажется, это не сильно удручает.
Вот так и живем.
Вот так постепенно сплывает новая, очередная неделя, сплывает новый месяц.
Глава Одиннадцатая NC-17
— Что нового у тебя? — со лживой любезностью, с фальшивым интересом поинтересовался отец и сел за стол.
— Да ничего особенного. Работаю все там же.
— А Браян как там? Как Лорена?
— Нормально. Живут-поживают. Пап, так точно никто не искал меня?
— Да надоела ты уже с этими глупыми вопросами, — нервно стукнул кулаком по столу. — Кто тебя должен искать? Натворила чего? Или что?
— Ничего не натворила, — обижено надулась, уткнула взгляд в пол. Тяжелый вдох и присела рядом на табуретку.
— А Дэвида ты спрашивал?
— Спрашивал, — быстро, лживо ответил тот.
Что же, может и к лучшему, что не спрашивал. А то вообразит еще, Бог знает что…
— А ты как поживаешь? Как здоровье?
— Да какое здоровье? Зубы болят. Ноги болят. Печень опять ноет. Да хрен со всем этим. Быстрее бы уже сдохнуть, а то надоело мучиться.
— А Дэвид как?
— Дэвид… Дэвид… Знал бы, еще при рождении удушил бы… Целыми ночами пропадает. Под утро приходит пьяный, обкуренный или под дозой. Не долго нам осталось, дочь. Не долго. Похоронишь, да будешь наконец-то жить спокойно.
— Папа, хватит опять заводить эту песню. Я не жду вашей смерти, и нечего тут причитать. —
Нервно подскочила со стула и ушла в дальний угол кухни.
— А чего ты психуешь? Я правду говорю. С нашей жизнью — осталось всего ничего.
— Дураки вы. Чего не бросить все это? Почему не пойти лечиться? Ходят же люди в эти курсы, как там, Анонимные… Почему ты не пойдешь? Почему, папа, ПОЧЕМУ?
Я едва сдерживалась от того, чтобы не броситься на него, не схватить за грудки и, нервно оря все эти вскрики души в лицо, не трясти его до потери сознания. Его… моего…
Но… ведь это не поможет. Сколько драк, сколько визга, сколько разговоров по душам было между нами…. а толку? Хоть бы малейший сдвиг…
Он в такой способ догуливает свою жизнь, а я… А Я?!!
Почему должна страдать я?
Замок щелкнул. Отворилась входная дверь.
Отворилась… От грубого удара она проедала полукруг за доли секунды.
— Я УБЬЮ ЭТУ СУКУ! — дико заорал Дэвид, влетая в квартиру. — ГДЕ ОНА? Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ! Покажись только!
Сердце испуганно ойкнуло.
В груди все сжалось, словно предвещая мне что-то ужасное.
В мгновение в кухню влетел взбешенный Дэв.
Отец в миг вскочил на ноги, преграждая путь.
Я невольно зажалась в угол.
— Что ты за нее заступаешься? Ты хоть знаешь, чем она занималась весь этот месяц? Откуда у нее бабки и шмотки? ШЛЮХА! ШЛЮХА! Теперь ее дружки ищут по городу. То один, то другой, то третий. ЭТО — ПОЗОР! ЭТО — КОНЕЦ! СУКА ТЫ НЕБЛАГОДАРНАЯ! — попытался ступить шаг ко мне ближе, но отец умело перехватил его и толкнул назад.
— Успокойся!
Дэвид едва сдерживал себя в руках.
— ОНА ОПОЗОРИЛА НАШУ СЕМЬЮ! СУКА! Я теперь и пальцем не махну, защищая тебя. Пусть тягают, тебя как шворку. НЕТ У МЕНЯ БОЛЬШЕ СЕСТРЫ. И НИКОГДА НЕ БЫЛО. А еще клялась. УБЬЮ, УБЬЮ, если еще раз увижу. ВОН НАХЕР ИЗ НАШЕЙ ЖИЗНИ. Пусть только увижу под своим окном или где-то рядом — ЗАРОЮ. Уезжай назад, где была, и торгуй там собой, чума заразная! ВОН! Иначе за патлы вытащу из квартиры и спущу с лестницы. ВОН!
Я поспешно обошла отца с другой стороны и нырнула в дверной проем.
Но не успела и шагу дальше ступить, как резкая хватка за волосы — и со всей дури стукнул меня головой об дверь в туалет.
Я невольно вскрикнула.
Хватка расслабилась.
Едва я почувствовала, как он выпустил меня из своей руки, как закусив до боли губу, не разбираясь уже с тем, что происходит, побежала к выходу.
— А ты чего лезешь ко мне, старый ублюдок?!! — послышалось за моей спиной дикий рев Дэва. — Сейчас как двину — и рассыплешься.
Со всех сил убегая от своего личного ада, я мчала к Браяну домой.
Нет, нет, НЕТ! Нужно успокоиться. Успокоиться, а лишь потом идти. Иначе беды не избежать. Иначе недолго до нового срыва Браяна…