Мне нужен только ты

Странно, но она поняла, что забеременела, в момент зачатия. Тосоитие показалось ей особым, не похожим на все другие.

— Спасибо за напоминание, Себастиан, — с усмешкойсказала она. — Знаешь, у меня такое чувство, как будто ястащила с праздничного стола индейку и засунула ее под блузку.

Себастиан улыбнулся.

— Похоже, это была очень крупная индейка, и ты оставилавсех гостей без угощения, — пошутил он. — На каком тымесяце? На седьмом?

— На восьмом. Но кого это волнует, кроме меня? — сгоречью сказала Фелисити и тут же пожалела о том, что у неевырвались эти слова. Ей очень не хватало мужа, его заботы ивнимания.

Фелисити с нетерпением ждала и в то же время боялась родов. Ейхотелось оттянуть решительный момент, который должен был изменитьвсю ее жизнь.

Никто не знал, какие чувства она сейчас испытывала. Фелиситихотела хорошо подготовиться к родам и к тому, что ее ожидало послених, поэтому она дважды в неделю посещала курсы для будущих матерейпри родильном отделении городской клиники. Фелисити тщательнозаписывала все советы и инструкции гинекологов, акушеров ипедиатров. Общение с беременными женщинами успокаивало ее. Фелиситипознакомилась на курсах с тремя незамужними будущими мамами. Ееутешало то, что она не одинока в своей беде.

Некоторые женщины, вместе с которыми она начинала обучение накурсах, уже разрешились от бремени. Фелисити навещала их в палатедля рожениц и любовалась крепкими здоровыми малышами. Однако всеэти счастливицы в отличие от нее имели любящих мужей. Теперь, споявлением младенцев, у них были полноценные семьи.

А с чем осталась Фелисити после гибели Джастина? С кучейнеоплаченных счетов и долгами! Благодаря своему трудолюбию ибережливости Фелисити постепенно гасила их, но это происходило нетак быстро, как бы ей хотелось.

Прекрати жалеть себя! — приказала Фелисити. У тебя же естьСебастиан!

Она посмотрела на сидевшего напротив нее человека. Он был оченьпохож на ее мужа, но выглядел более суровым. Фелисити не хотелапреуменьшать значения помощи, которую оказывал ей Себастиан. Но онане желала злоупотреблять ею. То, что он всегда был рядом, имело длянее огромное значение. Хотя Фелисити рассчитывала только на себя.Поэтому она не сразу согласилась прийти на работу в центр, послетого как ее уволили из компании. И все же Себастиану удалосьуговорить ее.

Работа в центре помогала Фелисити сводить концы с концами. Времяот времени она бралась также за выполнение заказов и разрабатываладизайнерские проекты для фирм и частных лиц. Это не приносило многоденег, но не давало ей сойти с ума.

Тяжелые мысли одолевали Фелисити, когда она оставалась одна. Налюдях ей удавалось скрывать свое горе и отчаяние. Она не моглазабыть Джастина. Хотя он не был надежным человеком, Фелисити любилаего всей душой. Она многое прощала ему — даже его неспособностьстать наконец взрослым и взять на себя бремя ответственности засемью.

Однако Фелисити долго не могла простить ему одного — егопреждевременную смерть. Джастин не имел права как сумасшедшийгонять на мотоцикле, рисковать своей жизнью, стремясьсамоутвердиться, почувствовать себя героем. Это было мальчишество,преступное для женатого человека.

Фелисити тяжело вздохнула. Джастин был слишком беспечен.Возможно, это она не уберегла его. Зная о его тяге к опасностям ириску, Фелисити должна была контролировать каждый его шаг.

— На восьмом? — переспросил Себастиан.

Его голос вывел Фелисити из задумчивости. Подняв глаза, онавзглянула на него с удивлением. Себастиан, наверное, забыл о срокахмоей беременности, подумала она. Впрочем, в этом не было ничегоудивительного. Себастиан постоянно искал спонсоров, пытался найтиденьги для своего учреждения. И ему, конечно, было не доневестки.

— Значит, уже скоро, — задумчиво промолвил Себастиан ипотер подбородок.

Озабоченное выражение его лица рассмешило Фелисити.

— Ты говоришь о родах, как о неминуемой смерти, —заметила она.

Себастиан пожал плечами.

— Я просто не замечал, что у тебя такой большой срокбеременности, и сожалею об этом. Если хочешь, я оформлю тебе отпускпо временной нетрудоспособности, — предложил он, хотя понятияне имел, где возьмет деньги для того, чтобы оплатить его. Впрочем,Себастиан уже привык выкручиваться. Он надеялся, что придумаетчто-нибудь и на этот раз.

Фелисити предполагала, что услышит от него нечто подобное.Несмотря на внешнюю сдержанность и даже суровость, Себастиан былчеловеком добросердечным. Однако Фелисити не хотела, чтобы еежалели.

— Я вполне трудоспособна, — возразила она.

В ее голосе звучали упрямые нотки. Себастиан знал, что егоневестка — строптивая особа. Она обычно принимала в штыки все егопопытки помочь ей. И, хотя Себастиана восхищала независимостьФелисити, порой ему приходилось довольно жестко спорить с ней,настаивая на своем ради ее же блага.

— Я знаю, но по закону декретный отпуск начинается лишьпосле родов, — промолвил он.

Фелисити улыбнулась.

— Значит, до родов я буду, как обычно, выходить наработу.

— Ты должна сидеть дома, Фелисити, тебе необходимо беречьсебя.

Себастиан не понимал, почему она не хочет принять егопредложение. Он сумел бы выхлопотать ей оплачиваемый отпуск понетрудоспособности. Себастиан помнил, как тяжело Дебора переносилабеременность. Тогда он настоял на том, чтобы они взяли экономку.Бетти делала по дому абсолютно все, освободив Дебору отхозяйственных забот. А когда родилась Верена, Бетти сталаприглядывать и за домом, и за младенцем. Дебора не любила возитьсяс ребенком.

Его бывшая жена всегда утверждала, что ненавидит быт иповседневную рутину. Из нее так и не вышла домашняя хозяйка.Себастиан во всем шел навстречу Деборе, потому что любил ее ичувствовал свою ответственность за будущее семьи. Себастиан обожалмаленькую дочь. Видя, что Бетти справляется с уходом за ней лучше,чем Дебора, он не возражал против того, чтобы экономка осталась уних в доме, и стал доплачивать ей за дополнительную работу. Главнымдля Себастиана было здоровье и благополучие маленькой Верены.

— Я берегу себя, — заявила Фелисити.

Она действительно привыкла сама заботиться о себе. Даже послевстречи с Джастином Фелисити чувствовала, что по большому счету еежизнь и здоровье никого не волнуют. С двадцати лет Фелиситирассчитывала только на свои силы. После свадьбы ей к тому жепришлось взвалить на свои плечи заботы о муже.

— Если я сяду дома и буду бездельничать, то уже через тридня сойду с ума, — сказала она с улыбкой.

Фелисити была благодарна Себастиану за его великодушноепредложение, но не хотела, чтобы он навязывал ей свою волю.

— Вы слышали мои слова, адвокат? Работа оказывает на меняблаготворное воздействие, она лечит мои душевные раны. Если тебебольше нечего сказать, я пойду в спортивный зал. Сейчас начнетсябаскетбольный матч, и я хочу поболеть за знакомых ребят.

Собравшись с духом, Фелисити оперлась обеими руками надеревянные подлокотники кресла и поднялась, стараясь не морщитьсяот боли в пояснице. Но, несмотря на осторожность, у нее закружиласьголова, в глазах потемнело, пол под ногами заходил ходуном.Фелисити охватила паника. Она попыталась преодолеть слабость и непотерять сознание. Однако все ее усилия были тщетными. Черные стеныобступили ее со всех сторон и начали надвигаться. Холодный потвыступил на ее лбу, и она упала в обморок.

2

Фелисити очнулась от того, что почувствовала, как кто-то трясетее за плечо. Ее поддерживала чья-то крепкая рука. Фелисити бросилов жар. С огромным трудом она подняла будто налитые свинцом веки иувидела перед собой лицо Себастиана. У него, как и у Джастина, былиголубые глаза, однако в них редко мелькали озорные искорки.Себастиан смотрел на нее серьезно, почти сурово.

Она попыталась улыбнуться, но у нее даже на это не хватило сил.Себастиан сжимал ее в своих объятиях. Может быть, именно поэтомуФелисити бросило в жар?

Видя, что он сильно озабочен, Фелисити постаралась подбодритьего.