Восхождение девяти

- Элла последняя, - отвечает Крейтон. - Это Шестая, а это Марина- она Номер Семь. Ты показал что способен менять форму. Есть ещёчто-нибудь, что мы должны знать? - спрашивает Крейтон.

Вместо ответа, Восьмой вытягивается, становясь двухголовымжирафом, возвышающимся в этот раз на двадцать футов над нами. Япытаюсь сдержать улыбку.

- У меня действительно есть такое Наследие, - говорит леваяголова.

Правая голова наклоняется к воде и пьёт, прежде чем посмотреть идобавить: - Помимо прочих.

- Неужели? Каких например? - спрашивает Марина.

Восьмой снова превращается в мальчика и начинает бежатьвприпрыжку по поверхности озера, как если бы это был сплошной лед.Сделав круг, по пути назад он разбегается и, резко тормозя,начинает скользить, тем самым посылая волну к Марине.

Но Марина не собирается быть застигнутой врасплох новым парнем.Не дрогнув, она поднимает руки и останавливает воду в воздухе, азатем при помощи своего телекинеза толкает её назад на Восьмого. Онв свою очередь пускает волну высоко в воздух, как гейзер. Вкакую-бы игру они не играли, чтобы не остаться в стороне я беру подконтроль ветер и с его помощью толкаю гейзер через озеро до техпор, пока стена движущейся воды не окружает Восьмого с трёхсторон.

- Что ещё у тебя есть?- кричу я, мой голос подбивает егопродолжать.

Восьмой исчезает из водяной ловушки, в которую я его заманила, испустя мгновение появляется на остроконечных скалах над озером. Онисчезает снова и появляется в нескольких дюймах от моего носа.

Неожиданная близость Восьмого была настолько резкой, что ярефлекторно наношу удар кулаком в его рёбра. С ворчанием онотступает назад.

- Шестая! Что ты делаешь? - вскрикивает Марина.

- Извини, - говорю я. - Это - рефлекс.

- Я заслужил это, - отвечает Восьмой на Маринино заступничество,пожимая плечами.

- Значит ты можешь телепортироваться? - спрашивает Марина. - Этоочень круто.

Внезапно он появляется рядом с ней и небрежно кладёт руку ей наплечо.

- Я в восторге от этого.

Марина хихикает и отдёргивает плечо от него. Хихикает? Выиздеваетесь?

Восьмой улыбается, исчезает и снова появляется стоя на плечахКрейтона, он балансирует чрезмерно вращая руками и шатающимисяногами. - Хотя иногда перемещаясь я оказываюсь в дурацкихместах.

Восьмой у нас шутник, как неожиданно.

Я поражена его игривостью, не уверена станет ли этоотличительной чертой или источником неприятностей. Я решиларассматривать это как плюс. Я могу только представить раздражение изамешательство на Могадорских лицах за мгновение до того, как этотпарень превратит их в пепел. Крейтон наклоняется вперед и, какбудто они отрепетировали эту сценку заранее, Восьмой делает сальто,приземляясь на землю, и явно довольный собой хлопает в ладоши.

- Где твой Чепан, - спрашивет Марина.

Весёлое лицо Восьмого становится серьёзным. Все мы понимаем, чтоэто означает. Тотчас в моей памяти всплывает образ Катариныприкованной к стене и с кляпом во рту. Я думаю о Джоне и его Чепане- Генри. Я прогоняю эти воспоминания, прежде чем в моих глазахпоявятся слезы.

- Как давно? - Крейтон мягко задает вопрос, о котором мы вседумаем.

Восьмой отворачивается и смотрит поверх поля высокой травы занами. Силой мысли он раздвигает траву вправо и влево до тех порпока не появляется узкая тропинка. Он поднимает голову к садящемусясолнцу.

- Слушайте, мы должны убираться отсюда. Темнеет. Я расскажу вамвсё о Рейнолдсе и Лоле по дороге.

Командор Шарма подбегает к Восьмому и хватает его за руку. - Какнасчет меня? Что я могу сделать для тебя? Пожалуйста скажи.

Я поражена им. Я была так увлечена нашим маленькимпредставлением узнаем-друг-друга, а он был так тих, что я совсемзабыла о его роли во всем этом.

“Командор,” говорит Восьмой. “Вы были мне верным другом и я хочупоблагодарить вас и ваших солдат, за все ваши труды. Вишну был быочень доволен вашей преданностью. Однако теперь боюсь наши путирасходятся.”

По выражению лица командора понятно, что он думал что участвуетв этом в долгосрочной перспективе.

“Но, я не понимаю. Я делал все что ты просил. Я привел к тебетвоих друзей. Мои люди умерли за тебя.”

Восьмой смотрит командору Шарма в глаза. “Я никогда не хотелчтобы кто-либо за меня умирал. Вот почему я отказывался покинутьгоры и ходить с тобой по улицам. Мне жаль потерянных жизней, жальдаже больше чем ты можешь себе представить. Поверь мне, я знаю чтоэто такое терять людей. Но теперь каждый должен пойти своейдорогой.” Он тверд, но я вижу насколько тяжело ему сделать это.

- Но…

Восьмой перебивает его: - Прощайте, командор.

Мужчина поворачивается, на его лице выражение глубокогоотчаяния. Бедолага. Но он солдат, который знает когда нужноследовать приказу, когда нужно принять то, как все должно быть. -Ты покидаешь меня.

“Нет.” говорит Восьмой. “Это ты покидаешь меня. Ты идешь кчему-то большему и лучшему. Один мудрый человек однажды сказал мне,что только расставаясь с кем-то хорошим ты можешь встретить кого-толучше. Ты будешь с твоим Вишну, ты узнаешь его только когда яуйду.”

На это тяжело смотреть. Командер Шарма открывает рот, собираясьчто-то сказать, но закрывает его, когда Восьмой отворачивается иуходит по тропинке не оглядываясь. Сначала мне кажется, что Восьмойбыл слишком суров, но затем понимаю - это самый гуманный способ извсех существующих.

“Эй! Погоди!”- зовёт Восьмого Крейтон.

“Подножие гор в другой стороне. Мы должны добраться доаэропорта.”

“Сначала, я должен показать вам кое-что,”- отвечает он.

“И возможно нам не понадобится аэропорт.”

“Куда ты идёшь? Есть вещи о которых ты ещё не знаешь. Нам нужносесть и поговорить, нам нужно выработать план!”- говоритКрейтон.

“Мне жаль, что я разбила те очки,”-говорит Элла.

“Мы не можем просто следовать за ним, не зная куда он нас ведётили на сколько хорош его план. Он думает, что всё знает, новозможно это не так.

Мы наблюдаем, как Крейтон думает, что делать. Я думаю, что знаю,что нам делать. Мы, наконец то, нашли ещё одного Гвардейца, итеперь мы должны держаться вместе. Я киваю в направлении фигурыбыстро удаляющегося Восьмого. Крейтон смотрит на меня и кивает вответ. Он подхватывает Ларец Марины и идёт за Восьмым. Не говоря нисова, Марина и Элла, берутся за руки и следуют за ним. Япристраиваюсь в ряд за ними. Используя свой суперслух, яприслушиваюсь к звукам, которые издаёт командер, удаляясь оттудагде мы его оставили. Но я ничего не слышу. Я могу представить себекак он, застывший и молчащий, долго стоит там после того как мыушли. Я понимаю, почему было необходимо так поступить, но мне всёравно жаль этого парня. Брошенный, несмотря на всю его преданность.Я смотрю на прямую, как палка, спину Восьмого, идущего впереди, ичувствую себя плохо из-за них обоих.

Восьмой ведёт нас дальше. Мы следуем за ним вниз по склону ипопадаем в просторную долину. Везде, куда я смотрю, я вижу покрытыеснегом верхушки Гималайских гор. Ближе, есть участки леса с полямижелтых и фиолетовых цветов между ними. Это красиво. Пока идём, мывпитываем в себя всё это, и тут Крейтон нарушает тишину.

“Нуууу. Так и кто были Рейнольд и Лола?”

Восьмой приостанавливается, так что мы можем идти вместе. Оннаклоняется, чтобы подобрать несколько фиолетовых цветов, толькочтобы раздавить их в руке.

- Рейнольдс был моим Чепаном. Он много смеялся. Он всегдасмеялся. Он смеялся, когда мы были в бегах, и когда мы спали подмостом или прятались в чьём-то дырявом сарае в муссон.

Он поворачивается, чтобы посмотреть на нас, на каждого поочереди.

- Кто-нибудь помнит его?

Все мы мотаем головами, даже Крейтон. Хотелось бы мне помнить,но я была всего лишь двухлеткой, когда мы отправились в этопутешествие.

Восьмой продолжает.

- Он был выдающимся Лориком и ещё лучшим другом. Но Лола… Лолабыла человеком, и он в неё влюбился влюбился, когда мы толькоприехали сюда. Это было восемь лет назад. Они познакомились нарынке, и с этого момента они были неразлучны. Рейнольдс был таквлюблён. Лола переехала к нам очень быстро. Она практически непокидала наш дом.