Я - Монстр

В «Волчье логово» я вошла, прячась за спинами ребят, чтобыРатмир не сразу засек меня по запаху, так как запах вампира дляоборотня куда сильнее запаха человека и, надо заметить, гораздонеприятнее. Вообще-то я не раз пыталась понять истоки вражды междуэтимидвумя расами, но ничего более вразумительного, чемвысказывания типа: «Да эти сволочи» или «Да эти придурки» я ни оттех, ни от других так и не добилась. Скорее всего, дело в том, чтопосле своего мятежа Огнеяр привел своих сторонников не куда-нибудь,а именно к исконным землям оборотней. Что его туда понесло,доподлинно неизвестно. Может быть, ему хотелось убраться подальшеот магов, а можетбыть нужно было показать, кто теперь главный,потому что до появления вампиров гордое звание лучших бойцов, да ипросто самых опасных существ среди разумных носили оборотни.

Ратмир оправдал мои ожидания: несмотря на то, что сразу понял,кто перед ним, он не стал вскакивать на стойку с грозным рычанием,а лишь поморщился и велел мальчишке впредь внимательнее смотреть, скем дело имеет, потому как не каждый посетитель так уж им нужен.Паренек ничего не понял, но согласно кивнул.

— Ты не разоришься с таким отношением к потенциальнымклиентам?

— Шанти, девочка моя, когда ТЫ уже научишься подбирать себестоящих друзей, а не всякий сброд: ведь хуже магов могут бытьтолько кровососы.

— Я тоже рада тебя видеть.

После этого обмена любезностями он велел едва сдерживающимсявампирам сесть в уголке подальше от него и там тихонько ждатьобеда. Мне же достался разговор по душам, иногда смахивающий набанальный допрос.

— Так что все-таки случилось, раз ты обзавелась такойстранной компанией?

— Долго рассказывать.

— А ты в двух словах.

— Ну, тогда, во-первых, Навислав, скорее всего, стал главойОрдена, во-вторых, Цитадели у Ордена больше не существует.

— Что ж, я рад. Не смотри так удивленно, на Навислава, каквпрочем, и на других магов мне глубоко плевать, но то, что тытеперь не с ними, это хорошо. Я не пойму только, почему ты сменилаих на вампиров.

— Честно говоря, все произошло случайно. С другой стороны,все закономерно: рано или поздно я должна была к ним прийти. Сампонимаешь.

— Да уж, не зря все-таки тот кровосос так над тобой трясся.Пока ты не вернулась после Университета в Цитадель, все поблизостиошивался, — Ратмир хохотнул, — у нас даже вышли кое-какиеразногласия по этому поводу, но ради тебя, малыш, мы их замяли.

Вот зараза клыкастая, я понимаешь, переживаю, как он добрался досвоих, а он все это время болтается в Благих землях и негде-нибудь, а в Альстаре, где маг-каждый второй, а каждый третий —магистр. Прав Ратмир, все вампиры — психи.

— Значит, за тобой погоня и ты тащишь двух молодых вампировчерез Границу, я правильно понял?

— Ты всегда был на редкость понятлив.

— Поживи с мое, девочка, и ты поймешь: для того, чтобыпредсказывать некоторые вещи не надо быть пророком.

— Семейная жизнь на тебя странно влияет, ты сталфилософом.

Ратмир усмехнулся, но свои поучительные нотации не оставил, всееще надеясь вправить мне мозги.

— Не пытайся заговаривать мне клыки, если бы в свое времяты меня послушалась и ушла со мной в Сангритерру, такого бы неслучилось.

— Если бы да кабы, туда-сюда поверни… Я не могла оставитьОльмека, я бы и сейчас этого не сделала, если бы придурок Навиславне мечтал разделать меня на запчасти.

— Магистр Ольмек уже давно совершеннолетний, но ты упрямовбила себе в голову, будто ему нужна твоя опека, — каждый раз,заводя разговор на эту тему, у оборотня против воли слышалось вголосе рычание.

— Знаешь, пару месяцев назад я гостила у Всемилы с мужем.Ее маленький сынишка на моих глазах проводил эксперимент: опустилслепых котят в ведро, желая узнать, умеют они плавать или нет.Когда его поймали за этим занятием, ребенок честно признался, чтоничего плохого не хотел, ему было просто интересно. А если котенокначинал захлебываться, он его вытаскивал, поэтому они нисколько непострадали.

— Это ты к чему?

— К тому, что у Ольмека сохранилось такое же детскоелюбопытство, помноженное на совсем недетские силы, опыт ивозможности. Ему свойственно увлекаться, особенно теперь, когда егоосновной проект, то есть я, завершен, и он еще не придумал, чем быему таким интересным заняться.

Ратмир какое-то время задумчиво разглядывал стену своей роднойхарчевни, а потом выдал:

— Я тоже до сих пор иногда хочу всех магов перетопитьпросто так, без причины. А слушая тебя, так и во избежание.

— Если ты не забыл, я ведь тоже маг.

— Я помню, хотя ты как раз то исключение, которое лишьподтверждает правило.

— Ты мне льстишь, я знаю массу народа, который с тобой несогласится, парочка таких у тебя в том углу сидит, — меня сталбеспокоить его настрой и я решила сменить тему, пока оборотень себявконец не завел.

— Да и Тьма с ними, мне идиоты не указ, а уж двоемалолетних кровососов тем более, — последние слова он произнеснарочито громко. Ребята его услышали, но сдержались, лишь сняли состолешницы когтями деревянную стружку. Я прямо загордилась —растут, однако.

Ратмир, сказав гадость, тоже слегка успокоился и, кивнув головойв их сторону, более дружелюбно продолжил:

— Ты им доверяешь?

— Относительно.

— Они назвали свои имена?

— Да, хотя и не полностью. [13]

— Значит, что-то скрывают.

— Ну, все всегда что-то да скрывают. Вот у некоторых,например, появился ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ сынишка, — сказала я, глядя намальчишку за стойкой.

Оборотень проследил за моим взглядом и тепло улыбнулся:

— Я и сам не ожидал. Ты же помнишь, что после твоеговозвращения в Цитадель я хотел открыть свое заведение. Правда, ясначала думал сделать это за Границей. Но тут в Толкушах случайнонабрел на эту харчевню, хозяйкой которой была вдова с маленькимсыном и на наследство которой претендовали слишком многие. Я решилвложить собственные деньги в это прибыльное дело и отвадил другихжелающих захапать его. Ну а потом… В общем, как-то все само собойполучилось. Градислав быстро ко мне привык, стал звать отцом,своего он и не помнит вовсе, а Милана оказалась прекрасной женой. Акакая у меня тёща и как готовит — умм, погоди, придут с рынка,обязательно попробуешь ее ханики — объедение. Их пока дома нет,сейчас затишье, народ позже повалит. Поэтому твоим кровососам нужнопобыстрее поесть и свалить из зала. Оборотни ко мне нечастозаходят, но все же случаются. Ну а тебя, пока не попробуешь стряпниМиланы и с ними не познакомишься, я вовсе не отпущу.

Я забеспокоилась: с Ратмира станется закормить меня до такойстепени, что из МОНСТРа я стану колобком в колючках. Готовил онпрекрасно, хотя благоразумно не старался приучить меня. Во времянашей с ним первой полевки моей стряпней отравилась половинакоманды — можно сказать рекорд, ведь так угостить опытных магов инаемников-нелюдей далеко не каждый может. Я так и не призналасьему, что в качестве приправ использовала тогда не толькостандартные травки. Такая вот превентивная мера, не без изъяна,конечно, но ведь нужно же было как-то отбить всякое желание сделатьиз меня постоянного повара лишь на том основании, что я была срединих единственной женщиной.

Отвлекшись на посторонние мысли, я пропустила появление хозяйкии ее матери, вернувшихся с покупками. Взглянув на тещу оборотня,мне поплохело, своими размерами она мало чем уступала достопамятнымдаркам. Столько я точно не съем, будь я хоть трижды МОНСТР, простопомру от обжорства. Зато его жена оказалась действительно милойженщиной, особую прелесть которой придавали те угловато — мягкие,осторожные движения, свойственные беременным женщинам. Причем,просканировав Милану, я обрадовала будущих родителей известием, чтоу них будет девочка.

Честно говоря, у меня тоже были свои поводы для радости: яискренне надеялась, что теперь, когда у Ратмира будет ещедвоедетей, на мою долю будет выпадать только треть нотаций. Мы соборотнем любили друг друга, но при этом он зачастую пыталсясделать меня счастливой на свой лад и обижался, понимая, что я невсегда это ценю.

13

Представляясь при нашем знакомстве, они не указали в имени своихотцов.