Страница 2 из 11
– Ну чего ты, чего? – втянул голову в плечи Лом.
– Того! – снова ударил его кулаком в голову подскочивший парень. – Цветмет отложенный брал?
– Какой цветмет, какой цветмет?
– Такой, который ты через забор перекинул!
Тут парень нанес сидящему Лому удар ногой, но спутник тут же его ухватил сзади.
– Брал, я спрашиваю? Или не брал? – Вырвавшись и наклонившись, парень еще дважды ударил Лома кулаком.
– Все, все! Больше не буду! Я ж не знал, что это ваш! – прикрывая голову свободной рукой, завизжал Лом.
– Смотри! Это последний раз! – сплюнул на землю парень. – Порежем!
Лом, суча ногами по земле, начал отползать.
– Сумку оставь! – велел парень, делая шаг вперед.
– На, на! – поспешно высвободил руку Лом и, оставив сумку на земле, убежал.
Парень помельче поднял ее. Внутри оказалось две бутылки водки и кое-какая закусь, но одна из бутылок разбилась. Парень помельче выудил целую бутылку, которая оказалась надпитой, и спросил:
– Забираем?
– После этого козла? Отдай лучше Десантуре вон, чтоб добру не пропадать!
– Спасибо, ребята, храни вас бог, но я не пью, – донеслось из ларька. – Вы лучше девчонкам отдайте, Машке с Зинкой, они рады будут.
Парни переглянулись, потом тот, что покрупнее, двинулся к ларьку. Остановившись, он сказал:
– Слышь, Десантура, можно тебя на минуту?
4
– Врагу не сдается наш гордый «Варяг»! Пощады никто не желает! – доносилось от ворот Севастопольского торгового порта.
Над головами заблокировавших выезд протестантов виднелись плакаты – «Севастопольцы против НАТО», «НАТО, руки прочь от Крыма!», «Блок НАТО – агрессор и убийца».
– Освободите проезд! Иначе мы будем вынуждены применить силу! – крякнул милицейский мегафон, но конец ультиматума утонул в свисте, улюлюканье и криках протестантов.
– Проклятые коммунисты! – процедил сквозь зубы приникший к краю иллюминатора Купер.
Подавшись назад в каюту, он сунул в рот сигарету, прикурил и жадно затянулся. После чего отер платком влажный лоб. Система кондиционирования «Далласа» работала вполне исправно, так что взмок Купер вовсе не от духоты, а от осознания того, что горстка демонстрантов поставила под угрозу срыва его столь тщательно разработанный план.
Машина с мусорными контейнерами «Далласа» вот уже почти час не могла выехать из порта. Затянувшись дважды подряд, Купер перезвонил Сэму Мэтью, который под видом члена экипажа «Далласа» сопровождал контейнеры и сейчас находился в кабине мусоровоза вместе с местным водителем.
– Слушаю, сэр! – почти тотчас ответил Мэтью.
– Ну что там, Сэм? Они собираются что-нибудь делать, черт бы их побрал?
– Так точно, сэр! Местный шериф запросил подмогу и ожидает прибытия полицейских коммандос, хотя, чтобы разогнать этих ряженых старперов, вполне достаточно нескольких пар полицейских патрульных из какого-нибудь Нью-Джерси…
– И когда прибудут эти чертовы коммандос? – перебил Мэтью Купер.
– Не могу знать, сэр… О, кажется, они наконец появились… Точно, сэр, целых два автобуса!
Купер быстро подался к иллюминатору и, осторожно отодвинув занавеску, выглянул.
– Ну тогда все, Сэм! Работаем по плану!
– Понял, сэр!
Сунув в карман телефон, Купер украдкой наблюдал за выгрузкой прибывших спецназовцев. Это были бойцы спецподразделения «Беркут», прекрасно оснащенные и натасканные на борьбу с особо опасными преступниками. Прибыло их столько, что, наверное, вполне хватило бы на ликвидацию клана Гамбино – самого многочисленного мафиозного клана Нью-Йорка.
Выбравшийся из одного из джипов сопровождения командир «Беркута» в лихо заломленном краповом берете зычно прикрикивал на подчиненных. Те, выпрыгивая из автобусов, тут же выстраивались в боевой порядок. Не прошло и минуты, как дюжие молодцы, прикрывшись щитами и ощетинившись дубинками, со зловещим молчанием надвинулись на пикетчиков, в основном состоящих из ветеранов и пенсионеров.
– Что вы делаете, ребята, опомнитесь! Я за эту землю кровь проливал, а вы ее без боя врагу сдаете! – попытался увещевать спецназовцев старик в бескозырке и морской фланке с орденами. – Стойте! Стойте!
– Разойдись! – рявкнул милицейский мегафон.
В тот же миг на бескозырку с глухим стуком опустилась дубинка. Старик охнул и стал оседать, но кованый спецназовский берц тренированным ударом отбросил его прочь.
– Разойдись! – снова разнеслось над толпой.
С трудом поднявшийся на колени старик одной рукой держался за голову, а второй пытался дотянуться до упавшей на землю бескозырки с надписью «Краснознаменный Черноморский флот». Однако из надвинувшейся цепи снова вылетел берц и отбросил старика назад.
– Полицаи! Фашисты! Бандеровцы! – взорвалась криками толпа.
– Разойдись! – в третий раз рявкнул мегафон.
Две пожилые женщины едва выхватили старика из-под кованых берцев, которые уже втоптали в грязь бескозырку. Пикетчики пытались сопротивляться, но силы были слишком неравны.
– Ну, слава богу! Эти парни долго запрягают, но быстро ездят! – одобрительно пробормотал Купер и тут же вытащил спутниковый телефон.
5
Плотников затушил окурок в пепельнице «Ауди» и снова посмотрел на часы. Потом окинул взглядом переулок. Логинов опаздывал уже на пять минут. Такого за ним раньше не водилось, и Плотников быстро достал телефон. Торопливо набрав номер, он приложил мобильный к уху и нервно побарабанил пальцами по обтянутому кожей рулю.
– Да! – глухо ответил Логинов.
– Ты это… в порядке? – быстро спросил Плотников.
– Угу, – буркнул Логинов. – Сейчас буду… – И как-то странно закашлялся.
– Ты точно в порядке? – напрягся Плотников.
– Да точно, точно! – нервно проговорил Логинов и отключился.
– Не понял… – растерянно уставился Плотников на мобильный.
В этот момент Логинов наконец вынырнул в переулок, но почему-то с другой стороны. И Плотников, позабыв о телефоне, прикипел к нему взглядом. Все вроде бы было в порядке и… нет. Шел Логинов как-то странно. Тяжеловато для бывшего «альфовца».
Плотников на всякий случай оглянулся. Назад и по сторонам. Но ничего подозрительного не заметил. И все же Плотников тут же завел двигатель. На всякий случай. Он собирался стартовать, едва Логинов сядет.
Логинов приближался. В его походке не было легкости, и шел он как-то сгорбившись. А лицо почему-то прятал в поднятый воротник куртки. И в какой-то миг капитан первого ранга Плотников вдруг понял, что это вовсе не Логинов. И в ту же секунду рывком воткнул заднюю передачу…
6
– Можно, конечно! – послышалось из ларька.
Вынырнув в проем, который когда-то был боковой дверью ларька, к парням вышел бомж, которого все называли Десантурой. Несмотря на кличку, он был довольно скромной комплекции и вовсе не смахивал ни на десантника, ни на бойца. Лет ему было далеко за сорок.
– Слышь, Десантура, – сказал парень покрупнее, – ты это, не хочешь к нам в бригаду? Нам такие люди нужны.
– Спасибо, ребята, храни вас бог! Только я ж с ногой маюсь. Зачем вам нахлебники? Вот малость подзаживет, чтоб я мог с ней нормально работать, тогда и приду проситься. Если возьмете, конечно.
– Возьмем, Десантура! – кивнул паренек помельче. – Мы к тебе давно присматриваемся. Ты нормальный мужик.
– Спасибо, ребята! Даст бог, нога моя побыстрее зарастет, я вас не подведу!
– Ладно, давай, Десантура, поправляйся, а нам работать надо! И это, если что, обращайся! А с Ломом лучше не водись! Гнилой он человек. За рубль исподтишка ножом пырнуть может.
– Да мне-то чего бояться, у меня и копейка-то не залеживается.
– Ну так ты это, если голодуха прижмет, ты, Десантура, приходи. Поможем!
– Спасибо, ребята! Пусть бог даст вам побольше цветмета!
Парни одновременно кивнули и направились прочь от ларька. Немного отойдя, тот, что покрупнее, сказал: