Вампиры.Опасные связи

- Да я не сплю, чтоб тебя… - Фармер старался сфокусировать на мне взгляд, но получалось это плохо, потому что его голова тряслась. Затем на омертвевшем лице возникла улыбка узнавания. - О, Чайна. Ух, это ты. - Он пихнул Стэйси. - Это Чайна.

- Где? - Стэйси всем телом подалась вперед. Посмотрела на меня, поморгала, задремала было снова, но затем очнулась. - О. Ух ты. Вернулась. А что случилось? - Она отбросила со лба темные волосы.

- Меня ктото пнул, - пожаловался парень, которого я смутно помнила. Теперь я его узнала. Джордж КакЕгоТам. Я училась с ним в школе.

- Занятия окончились, - ответила я Стэйси.

Она непонимающе посмотрела на меня и снова начала засыпать.

- Каникулы, - объяснила я.

- А. Понятно. - Она уцепилась за плечо Фармера, словно они находились в открытом море, а она не умела плавать. - Так ты не вылетела?

- Не вылетела.

Стэйси хихикнула:

- Здорово. Каникулы. А у нас тут нет каникул. Мы - это всегда мы.

- Заткнись. - Фармер слабо попытался отпихнуть ее.

- Эй! Это ты меня пнула? - спросил Джордж КакЕго, почесывая щеку.

- Извини. Случайно вышло. Никто не видел Джо?

Фармер поскреб ногтями шею.

- А что, его здесь нет? - Он попытался оглядеться. - А я думал… - Он снова обернулся и тупо уставился на меня налитыми кровью глазами. За эти несколько секунд он успел забыть, о чем мы разговаривали.

- Джо здесь нет. Я смотрела.

- Точно? - Голова его поникла. - Здесь так темно - пи черта не видно.

Я распрямила его и прислонила к спинке стула.

- Точно, Фармер. Ты его вообще давно видел?

Рот его приоткрылся. Какаято мысль пробивалась сквозь липкую грязь, наполнявшую его череп.

- О. Да, да. Джо уже пару дней как исчез. - Он повернулся к Стэйси. - Сегодня четверг?

Стэйси скорчила рожу:

- Да пошел ты, я тебе что, календарь?

Парень, сидевший рядом с Джорджем, проснулся и улыбнулся, глядя в пространство.

- Что, уже сваливаем? - спросил он. Ему было не больше пятнадцати, он еще неплохо выглядел - относительно чистым и здоровым. Единственный из всех в пальто. Ребенок на аттракционах.

- Когда ты в последний раз видел Джо, Фармер? - повторила я.

- Кого? - переспросил он с подозрительностью наркомана.

- Джо. Моего брата Джо.

- Джо твой брат?! - воскликнул мальчик, улыбаясь, как сонный ангел. - Я знаю Джо. Он мой приятель.

- Нет, не приятель, - сказала я. - Ты знаешь, где он сейчас?

- Неа. - Откинувшись на спинку сиденья, он закрыл глаза.

- Слушай, - начала Стэйси, - хочешь травки покурить? Ее ведь в колледжах все курят, да? У Томми Барроу есть немного. Давайте все пойдем к Томми Барроу и покурим, как эти сопляки в колледже.

- Заткнись! - раздраженно рявкнул Фармер. Казалось, он немного пришел в себя. - Томми нет в городе, а я пытаюсь думать. - Он положил мне на плечо тяжелую лапу. - Пару дней назад Джо здесь мелькал. С этой теткой. Ну с бабой, понимаешь?

- Где?

- Ну, знаешь, ну, тут. В городе. Не помню, где именно. Здесь. Ездил по городу. Просто ездил.

Я зевнула. Их сонливость была заразительна - мне оставалось только начать скрести лицо.

- Кто она? Ктонибудь ее знает?

- Его барыга. Новая барыга, - заявила Стэйси в приступе ясности мысли. - Я помню. Он сказал, что у нее много товара. Сказал, у нее хороший источник.

- Ага. Ага, - подтвердил Фармер. - Точно. Она живет с какимто распространителем, чтото такое.

- Как ее имя?

Фармер и Стэйси уставились на меня. Имя - как бы не так.

- Блондинка, - сказал Фармер. - Куча денег.

- И машина, - вставил Джордж, садясь и вытирая нос рукавом. - «Кадиллак» или чтото такое.

- Дерьмо, а не «кадиллак», - фыркнул Фармер. - Потвоему, все, что не «фольксваген», - то «кадиллак».

- Большой белый «кадиллак», - настаивал Джордж. - Я сам видел.

- Я тоже видел, и это не «кадиллак».

- Где ты его видел? - спросила я у Джорджа.

- На Семнадцатой. - Он сонно улыбнулся. - Там магнитола есть.

- Где на Семнадцатой?

- Да там гдето, у Фостерсеркл. Джо сказал, там сзади дна динамика. Круто.

- Ладно, спасибо. Думаю, надо пойти посмотреть.

- Да ты чё! - Фармер схватил меня за локоть. - Сейчас его там нет. Шутишь, что ли? Не знаю, где они живут. Никтo не знает.

- Фармер, мне надо найти Джо. Он написал мне в колледж. Родители его выгнали, и мне нужно его найти.

- Слушай, да с ним все в порядке. Я тебе сказал, он с этой бабой. Скорее всего живет у нее.

Я поднялась.

- Ну ладно, ладно, - сказал Фармер. - Слушай, мы завтра идем к Присцилле. Она знает, где его искать. Завтра.

Я вздохнула. У наркоманов все всегда происходит завтра.

- Когда вы с ней встречаетесь?

- В двенадцать. Жди нас здесь, ладно?

- Ладно.

Уходя, я поймала на себе злобный взгляд Стрипа. Нарки хотя бы покупали кофе.

Но я всетаки поразмыслила насчет Фостерсеркл. Так назывался островок безопасности; какойто идеалистически настроенный мэр решил облагородить его газоном, цветами и скамейками. Теперь он превратился в очередное место сборищ наркоманов, и люди избегали появляться там даже днем. «Вряд ли ктото торчит там сейчас, - подумала я, - и уж наверняка не те, кто жаждет меня видеть». Я трусцой побежала в сторону автовокзала, забрала вещи и отправилась домой.

Я не предупредила родителей о своем приезде, но, когда я появилась на пороге, они не очень удивились. Отец в гостиной смотрел телевизор, мать возилась на кухне. Типичная американская семья, соль земли. Отец даже не взглянул на меня, когда я, сняв пальто, шлепнулась в старое зеленое кресло.

- Всетаки решила съездить домой? - произнес он через минуту. Ничего похожего на Джо не было в его длинном худом лице. С тех пор как моя сестра Роза родила первого ребенка через три месяца после свадьбы, на лице отца застыла гримаса отвращения. На экране какаято женщина, сидевшая в шикарном ресторане, плеснула в лицо своему спутнику содержимое бокала. - Думал, ты поедешь в Коннектикут со своей богатенькой подружкой.

Я пожала плечами.

- Приехала с ним повидаться, да? - Он протянул руку, взял одну из пивных банок, стоявших на столике, и встряхнул, чтобы убедиться, что внутри чтото осталось. - Что он сделал, позвонил тебе?

- Я получила открытку.

Женщина из ресторана превратилась в труп. Над ней, нахмурившись, стоял детектив. Женщины, швыряющиеся напитками, всегда в итоге оказываются трупами; если бы она побольше смотрела телевизор, то знала бы это.

- Открытку. Здорово. Открытка от конченого наркомана. А мы - всего лишь твои родители и вынуждены чуть ли не на коленях умолять тебя нас навестить.

Я сделала глубокий вдох:

- Я тоже рада тебя видеть. Дом, милый дом.

- Придержи язык, очень уж ты умная. Могла бы и позвонить. Я бы тебя с автобуса встретил. Здесь уже не так, как раньше. - Отец допил пиво и поставил банку к ее опустевшим сестрам. - Появились новые людишки. Ты их не знаешь, они тебя не знают, и им все равно, чья ты сестра. Тут одну девчонку из соседнего квартала изнасиловали, прожила здесь всю жизнь. На улице, еще даже не стемнело.

- Как ее зовут?

- А мне откуда знать, черт подери? Я тебе что, бюро переписи населения? Я не слежу за всякими сопляками.

- Тогда откуда ты знаешь, что она всю жизнь прожила здесь?

Отец уже собрался рявкнуть на меня, но тут в дверях кухни появилась мать:

- Чайна, иди сюда. Я тебе поесть приготовлю.

- Я не хочу есть.

Выражение ее лица не изменилось.

- У нас салями и швейцарский сыр. Я сделаю тебе сандвич.

Почему бы и нет. Она сделает мне сандвич, я не стану его есть, и она доведет себя до обычного состояния неприязни ко мне. Я выбралась из кресла и отправилась на кухню.

- Ты приехала изза него? - спросила мать, когда я присела к столу.

- Я получила от него открытку.

- Вот как.

Повернувшись ко мне спиной, она принялась готовить еду. Моя мать всегда была нездоровой, рыхлой женщиной, но сейчас она показалась мне нездоровой и рыхлой как никогда, словно внутри нее соскочила какаято пружина и она начала разваливаться. Она повернулась ко мне и протянула тарелку с сандвичем. Волшебство материнских рук, кулинарное чудо из обыкновенной салями, швейцарского сыра и белого хлеба. Вот такая картина семейной жизни. Чтото часто стали показывать «Вивера»[49]. Мать поставила сандвич передо мной.