Страница 40 из 68
Джулиан улыбнулся и коснулся ее округлой щеки кончиками пальцев.
- Очень хорошо, моя дорогая. - Он взял ее руку в свою, поглаживая нежную кожу большим пальцем. - У меня есть кое-какое дело здесь в Лондоне, которое требует моего присутствия, а через несколько дней я присоединюсь к вам в Гемпшире. Там мы все и решим. Мы можем пожениться в деревенской часовне, если захотите.
В часовне, которую заново выстроил Меррипен.
- Прекрасно, - с трудом проговорила Уин.
- Я куплю для вас кольцо, - сообщил Джулиан. - Какой камень вам больше всех нравится? Сапфир, чтобы подошел к вашим глазам?
- Все, что вы выберите, будет прекрасно. - Уин не отняла руку, когда повисло молчание. - Джулиан, - пробормотала она, - вы все еще не спросили, что произошло вчера между мной и Меррипеном.
- В этом нет никакой необходимости, - ответил Джулиан. - Я слишком сильно доволен результатом.
- Я… я хочу, чтобы вы поняли, что я буду вам хорошей женой, - искренне сказала Уин. - Я… мое прежнее отношение к Меррипену…
- Это со временем исчезнет, - мягко успокоил ее Джулиан.
- Да.
- И я предупреждаю вас, Уинифред… Я начну настоящую битву за вашу привязанность. Я стану для вас таким преданным и щедрым мужем, что в вашем сердце не останется места для другого мужчины.
Она обдумывала, как завести разговор о детях. Может, он смягчится когда-нибудь, если ее здоровье еще больше улучшится. Но, зная Джулиана, Уин понимала, что он никогда не изменит своего решения легко. И не была уверена, что это имеет значение. Она была поймана в ловушку.
Независимо от того, что ей уготовила жизнь, через все это она должна пройти с достоинством и со всеми силами, на которые была только способна.
После двух дней сборов, семейство Хатауэй было на пути к Гемпширу. Кэм, Амелия, Поппи и Беатрикс сидели в первом экипаже, в то время как Лео, Уин и мисс Маркс ехала во втором. Они выехали еще до рассвета, пытаясь выиграть время, чтобы преодолеть двенадцатичасовую поездку.
Лишь Богу было известно, что обсуждали во втором экипаже. Кэм лишь наделся, что присутствие Уин поможет притупить враждебность между Лео и мисс Маркс.
Разговор же в первом экипаже, как и ожидал Кэм, только начал набирать обороты. Его и тронуло, и удивило, что Поппи и Беатрикс вознамерились возвести Меррипена в лучшие кандидаты в мужья для Уин. И по своей наивности девушки решили, что единственным препятствием счастью молодых, было отсутствие благосостояния Меррипена.
- … так что, если ты отдашь ему немного своих денег, - нетерпеливо предположила Беатрикс.
- … или отдашь ему часть состояния Лео, - предложила альтернативу Поппи, - Лео ведь бросит все это на ветер…
- … заставь Меррипена поверить, что это будет приданым Уин, - не унималась Беатрикс, - и это не заденет его гордость…
- … и им не так уж и многое нужно, - добавила Поппи. - Ни один из них не стремится жить в особняке, или ездить в шикарных каретах…
- Погодите, вы обе, - проговорил Кэм, подняв руки как бы защищаясь. - Ситуация гораздо сложнее, чем вопрос денег и… Нет, прекратите щебетать и дослушайте меня! - Он улыбнулся, глядя в две пары голубых глаз, взирающих на него с тревогой. Он понял, что их беспокойство за Меррипена и Уин было вызвано искренним желанием помочь им. - У Меррипена есть, что предложить Уин. То, что он заработал как управляющий поместья Рэмси, поможет ему жить в достатке очень долго, да он еще имеет неограниченный доступ к счетам поместья.
- Тогда почему Уин выходит за доктора Хэрроу, а не за Меррипена? - потребовала ответа Беатрикс.
- Причины для Меррипена очень личные, и он верит, что станет достойным мужем для Уин.
- Но он же любит ее!
- Любовь не решает всех проблем, Беа, - мягко проговорила Амелия.
- Нечто подобное сказала бы мама, - с легкой улыбкой заметила Поппи, в то время как Беатрикс выглядела рассерженной.
- А что бы сказал ваш отец? - с любопытством спросил Кэм.
- Он бы повел нас сквозь тернистые философские рассуждения относительно природы любви, и это не решило бы никаких проблем, - ответила Амелия. - Но это было бы очаровательно.
- Мне все равно, что вы считаете это грандиозной проблемой, - сказала Беатрикс. - Уин должна выйти замуж за Меррипена. Ты со мной не согласна, Амелия?
- Это зависит не от нас, - ответила Амелия. - И не от Уин тоже, пока наш здоровенный упрямец и болван не предложит ей альтернативу. Уин ничего не может сделать, если он не попросит ее руки.
- Разве не было бы чудесно, если бы леди могли просить руки у мужчин? - размышляла вслух Беатрикс.
- Господи, конечно, нет! - быстро проговорила Амелия. - Это бы во многом облегчило жизнь мужчинам.
- В животном мире, - прокомментировала Беатрикс, - мужские и женские особи наслаждаются равными правами и статусом. Женская особь может сделать все, что захочет.
- В животном мире разрешено такое поведение, которому мы, люди, не можем подражать, дорогая. Например, публично царапаться. Извергать пищу. Выставлять себя на показ, чтоб привлечь внимание мужской особи. Не говоря уже о… Мне не нужно продолжать.
- А мне хотелось бы, чтоб ты продолжила, - с усмешкой проговорил Кэм. Он усадил Амелию поудобнее рядом с собой и обратился к Беатрикс и Поппи: - Послушайте, вы двое. Ни одна из вас не должна пытаться повлиять на Меррипена в этой ситуации. Я знаю, что вы хотите помочь, но все, чего вы добьетесь, так только рассердите его.
Они обе проворчали и кивнули с неохотой, откинувшись на спинку в угол сиденья каждая со своей стороны. На улице все еще было темно, и покачивание экипажа успокаивало. Через пару минут сестры задремали.
Посмотрев на Амелию, Кэм заметил, что она все еще бодрствует. Он погладил мягкую кожу ее лица и шеи, вглядываясь в ее чистые голубые глаза.
- Почему он не заступился, Кэм? - тихо спросила она. - Почему он отдал Уин доктору Хэрроу?
Кэм некоторое время обдумывал ответ.
- Он боялся.
- Чего?!
- Что он может сделать с ней.
Амелия нахмурилась в замешательстве.
- В этом нет никакого смысла. Меррипен никогда бы не обидел ее.
- Не намеренно.
- Ты имеешь в виду, что он может подвергнуть ее жизнь опасности, если она забеременеет? Но Уин не согласна с мнением доктора Хэрроу. И она утверждает, что даже он не может быть до конца уверенным в том, что произойдет в этом случае.
- Не только в этом дело. - Кэм вздохнул и притянул ее ближе к себе. - Меррипен когда-нибудь говорил, что он asharibe?
- Нет. Что это означает?
- Это слово означает цыганского бойца. Еще совсем маленькие мальчики в возрасте пяти, шести лет обучаются дракам голыми руками. Нет ни правил, ни ограничений во времени. Цель в том, чтобы причинить максимальный ущерб и как можно быстрее, пока кто-нибудь не упадет без сил. Тренеры мальчиков берут деньги с глазеющих зрителей. Я видел asharibe, которые были жестоко избиты, почти ослепшие, даже убитые во время таких состязаний. Они дерутся со сломанными запястьями или ребрами, если нужно. - Кэм рассеянно приглаживал волосы Амелии, а потом добавил: - В нашем таборе таких не было. Наш Баро решил, что это слишком жестоко. Мы, конечно, учились драться, но это не было смыслом нашей жизни, способом выживания.
- Меррипен… - прошептала Амелия.
- Что я могу сказать, так то, что для него все это было намного хуже. Человек, который вырастил его… - Кэм, который всегда выражал свои мысли четко, с трудом мог продолжить сейчас и подобрать нужные слова.
- Его дядя? - помогла ему с ответом Амелия.
- Наш дядя. - Кэм уже говорил ей, что он и Меррипен братья. Но он еще не доверил ей тайну о том, что рассказала им Шури. - Похоже, что он растил Меррипена, словно собаку для битья.
Амелия побледнела
- Что ты имеешь в виду?
- Меррипена растили так, чтоб он стал таким же злым, как выдрессированное животное. Его морили голодом и плохо с ним обращались, пока он не переходил в состояние полной готовности драться с кем угодно при любых обстоятельствах. И его обучили впитывать любое оскорбление, которое было предназначено ему, и использовать свою агрессию и злость против своего противника.