Страница 33 из 48
– Ох, нет!
– Посмотри, пройдоха, что ты наделала! Только посмотри, а?..
– Не пойму, почему мы не можем жить вместе?
– Он к тебе сколько уже не приходил? – Кейт глубокомысленно затянулась и окинула подругу взглядом. Золотоволосый силуэт в тёмной водолазке и с пересекающимися цепочками на груди вызывал зависть. – Ты хорошенькая, мать твою. Это парней цепляет…
– Всё просто, и гениально… Слушай, я не могу сдвинуть эту штуку с места, давай… поработай ногами!
– Эй, глянь-ка… – Кейт не очень вежливо дёрнула её за плечо. – Ну давай, красавица, проснись. Ты посмотри на это…
– Атас, бросаем косячок… Пришла мисс Добродетель.
– Кэнди, почему это у тебя такой странный вид? – Лана глотнула «пепси» и шагнула к подруге. Та вжала голову в плечи, как собака, ожидающая трёпки, но всё-таки отстранилась от неё. Пристыженно отвела взгляд. Кейт поняла, что дружескими увещеваниями дело не ограничится.
– Ну ты нам-то, наедине, можешь сказать?
– Слушайте, девчонки… в это просто нельзя поверить!! – у неё, будто по команде, навернулись слёзы…
– Лана?! Что ты здесь делаешь?
– Нет, ты мне скажи, что ты здесь делаешь. В женском отделении…
– Хм… тут такая неразбериха во всём… – он замялся, не зная, куда деть глаза. Румянец залил щёки. Уж кого-кого, а свою обожаемую девушку он видеть не хотел… не сейчас, не рядом с собой, когда он – будто голый, весь на ладони… – Понимаешь, я нахамил копам, и они меня сунули сюда в наказание…
– Брэндон, не дури! – понизив голос, возразила Лана. – Я видела твоё имя и фамилию на листе… не важно, на каком, на документе – ты, может быть, скажешь, что и их поменяли местами?
– Их поменяли телами… – пробормотал он.
– Что?!
– Нет, нет, постой… я не то сказал, я сейчас всё объясню… – он совершенно разлохматил волосы, и Лане внезапно стало его жалко – потерянный, босиком топчущийся на холодном каменном полу.
– Уж будь любезен.
– Я… я… – Брэндон до крови закусил губу. Ещё никогда он не был так напуган… эмоции рвались наружу, вот так сразу сдать все позиции – это непросто было сделать, разрубить узел одним ударом. Он заврался, запутался. Он не хотел быть униженным ещё больше, и он не хотел её потерять. – Лана… милая, девочка моя, солнышко моё… я не могу!
– Почему? – забыв, зачем пришла, девушка подошла к решётке – их глаза теперь были на одном уровне.