Страница 9 из 33
— Вот ведь дела... — пробормотал он.
Оливия открыла глаза и словно наткнулась на пронзительный взгляд Стивена. Соблазнительно сладкие воспоминания ночи пронеслись перед ней в мучительно дразнящем танце. Но теперь вместе с пробуждением к ней опять пришли сомнения. Она уступила мужчине, которого едва знает, отдалась, отринув все предосторожности и запреты. И что теперь?
— Который час? — неуверенно спросила она.
— Еще рано. — Стивен склонился над ней. Его широкая, поросшая волосами грудь притягивала взгляд Оливии как магнит. — Это все, что ты хочешь сказать?
Его близость растопила все сомнения Оливии. Она поддалась соблазну и, положив руку на грудь Стивена, коснулась пальцем твердого, почти плоского соска. Стивен застонал, потянулся к ней. Его ладонь легла на живот Оливии, потом скользнула ниже, к горячему, влажному и открытому для любви лону.
Стивен прижался к Оливии, целуя ее губы, ресницы, щеки.
— Ты всегда по утрам такая доступная? — пробормотал он ей прямо в ухо, прикрытое завитком золотых волос.
Он опустил руку и стал шарить у кровати в поисках пакетика с презервативом. Пальцы наткнулись на что-то металлическое, похожее на кольцо, но Стивен отшвырнул его в сторону, торопясь найти упаковку.
Оливию сводила с ума его нетерпеливая напряженная плоть и собственная полная готовность принять ее. Прошлой ночью Стивен не только вернул ее к жизни, но и дал возможность ощутить себя равной ему. Ничто из того, что она говорила или делала, не шокировало его. Оливия с готовностью принимала все, что он предлагал ей. Это была поистине безумная ночь. Конечно, Оливия не собиралась сравнивать Стивена со своими прежними мужчинами, но прежде ей и в голову не приходило, что плотская любовь может быть столь свободной и раскованной, разнообразной и одухотворенной.
И теперь, вооруженная новым знанием, Оливия озорно улыбнулась и решительно отобрала у Стивена презерватив.
— Ничего, если я помогу тебе?
Он весело рассмеялся и тут же смолк. Странно, но сейчас она могла делать с ним все, что захочет, и он знал, что будет лежать смирнехонько и улыбаться от удовольствия. Черт побери, что с ним случилось? Обычно он брал инициативу в свои руки. Куда подевалось все его умение держать ситуацию под контролем?
— Сделай это, девочка, — попросил он.
Оливия толкнула Стивена на подушку и склонилась над ним, обхватив своими длинными ногами.
— Как быстро удалось с тобой договориться, — прошептала она, медленно, словно дразня, натягивая резинку и поглаживая упругую, подрагивающую мужскую плоть. — Так не поступают деловые люди!
— О Боже... — простонал Стивен. — Боже! Ну почему так медленно?!
— Но ты сам виноват, Стивен. Нельзя же быть таким... длинным.
Он позволил Оливии еще немного помучить его, затем без всяких усилий опрокинул ее на спину. И снова началась дразнящая игра — прелюдия к основной теме симфонии, которую им предстояло сыграть. Все было так же, как ночью, но что-то изменилось для Стивена. Ушло какое-то непередаваемое волшебное очарование страстной восточной ночи, солнце стремительно вставало над горизонтом — начинался новый день, со всеми его сомнениями, и теперь Оливия, увидев, как темны его глаза, могла только гадать, о чем думает ее возлюбленный.
— Знаешь, — задумчиво произнес Стивен, решив, что теперь наступила его очередь подразнить Оливию, — я всегда думал, что девушки из книжных магазинов робки, застенчивы и скромны.
— А разве я не такая?
Он улыбнулся, но в этой улыбке было что-то странное.
— Нет. Ты очень плохая девочка и не оставляешь мне выбора, поэтому придется сделать вот так...
В следующую секунду Стивен обрушил на Оливию такой вихрь страсти, что перед глазами у нее вспыхнул настоящий звездный фейерверк, и ей понадобилось всего несколько мгновений, чтобы оказаться на самом пике наслаждения. Волны пьянящего восторга накатывали одна за другой, и она тонула в них, хватая ртом воздух. Наконец последний могучий вал бросил ее, содрогающуюся и беспомощную, на берег и отступил.
Стивен хотел продержаться дольше, но потерял контроль над собой и вслед за Оливией упал в поток блаженства, который подхватил его и понес в неведомое. Такого оргазма он не испытывал давно, но после осталась какая-то непривычная пустота, как будто женщина, которую он только что любил, выпила его силу и заодно нечто такое, что он не намеревался отдавать.
Стивен отстранился и увидел, что Оливия смотрит на него, словно не веря, что все закончилось. Он печально улыбнулся и поцеловал ее.
— Давай-ка спать, милая. Спи.
И, только когда ее дыхание стало ровным, Стивен осторожно поднялся с кровати.
4
Оливия открыла глаза. На кровати рядом с ней никого не было. Она окинула взглядом комнату, попыталась уловить какие-нибудь звуки в ванной, но и там было тихо. Оливия села, зевнула и только тогда заметила, что одежды Стивена тоже нет. Она поправила растрепанные волосы, потерла глаза и взглянула на часы. Еще нет восьми. Интересно, где же Стивен?
Оливия встала и прошла в ванную, где обнаружила все необходимые туалетные принадлежности, включая зубную щетку, завернутую в целлофан.
Едва она, приведя себя в порядок, вернулась в спальню, как зазвонил телефон, и Оливия, улыбнувшись, схватила трубку.
— Сти-и-вен? — тоном избалованной дамы протянула она.
— Скажите, пожалуйста, с кем я разговариваю? — услышала Оливия хрипловатый женский голос, в котором проскальзывали нотки подозрительности.
Мгновение Оливия колебалась, решая, стоит ли называть себя. Пожалуй, лучше не надо.
— Это подруга Стивена.
— Подруга? — Голос зазвучал резче. — А он где?
— Вышел.
— Куда вышел? — продолжала допытываться женщина.
Внезапно Оливию обуяла злость. Эта особа разговаривает с ней, как с прислугой!
— А кто его спрашивает? — довольно нелюбезно осведомилась она.
— Я сотрудник администрации президента Соединенных Штатов Америки. Президенту необходимо знать, удалось ли мистеру Гордону приобрести картину, о которой они беседовали.
Оливия чуть не выронила трубку. Надо же, оказывается, Стивен Гордон ведет дела с президентами!
— Я действительно не имею представления, куда он ушел, — пролепетала она. — Извините.
— Президент из личных средств выплачивает мистеру Гордону чрезвычайно большие комиссионные, и, исходя из этого, мы имеем все основания требовать, чтобы он всегда был в пределах досягаемости, — холодно отчеканил голос в трубке. — И президенту будет очень интересно узнать, тратит ли мистер Гордон оплачиваемое им время на свои любовные интрижки или занимается порученным делом. Мистер Гордон рискует не получить свои комиссионные.
Оливия предприняла попытку исправить положение.
— Возможно, я могу быть чем-то вам полезной? Я могу передать мистеру Гордону...
— Президент будет иметь дело только с владельцем фирмы, — перебила ее женщина. — Но не с его любовницами. Всего хорошего.
Владелец фирмы? Фирмы, которая оплачивает номер люкс в роскошном отеле? С минуту Оливия ошеломленно смотрела на телефон, потом подошла к столу с аккуратно разложенными стопками бумаг.
Она долго копалась в них, пока не нашла то, что искала: бланк, вверху которого было написано: «Стивен Гордон. Антиквариат. Торговля. Консультации». Ниже стоял адрес. Нью-Йорк. Манхэттен.
У Оливии закружилась голова, подкосились ноги. Стивен солгал! А ложь остается ложью, большая она или маленькая. В чем еще он ей солгал? Оливия растерянно прошлась по комнате, поднимая с полу свое белье. Возможно, вообще все — ложь...
Она оделась и села на диван. На память пришли слова Стивена, сказанные в день их первой встречи, когда она с восхищением рассматривала чудесный фасад отеля. «За все платит фирма».
Он умышленно принизил богатство и влияние. Но тогда встает вопрос: почему? Уж не подумал ли он, что если она узнает, что он богат, то от нее будет трудно избавиться? И не поэтому ли он исчез сегодня утром, хотя должен был понимать, что ей, возможно, будет не по себе?