Страница 38 из 58
Мои плечи опустились, и я уставилась на своего дядю в почти парализующем замешательстве.
— Так что я должна делать? — Я ненавидела то, как молодо и невежественно я звучу, но он был прав. Я действительно и понятия не имела о том, что происходит, и все благие намерения ничего не значат, если я не знаю, что с ними делать.
— Я не думаю, что есть что-то, что ты можешь сделать, Кейли. — Дядя Брендон выглядел так же разочарованно, как я себя чувствовала. — Но мы не знаем, на самом ли деле здесь что-то не так, и пока мы не знаем наверняка, мы просто разыскиваем себе неприятностей.
Я действительно очень старалась держать открытым свой разум. Не спешить с выводами. В конечном итоге у меня не было точных доказательств. Все что у меня было — это плохое предчувствие и некое душу жгущее чувство вины. И даже если бы я оказалась права, мои варианты были немногочисленны и редки. Не говоря уже о надуманном. Я только что узнала, что я Баньши и еще не опробовала ни один из моих предполагаемых навыков. Не существовало никакой гарантий, что я смогу сделать все необходимое, чтобы спасти жизнь следующей девушке, даже если она ошибочно была под угрозой исчезновения.
Может быть, мне следует просто держаться подальше от Жнецов и их дел. В конце концов, меня это не очень-то касается.
Пока что.
Но что, если это произойдет в ближайшее время? Одна девушка из моей школы уже умерла, и не было никакой гарантии, что это не повторится. Это может случиться с каждым. Это могу быть я или любой из моих друзей.
— Но что, если я права? Если эти девочки умерли раньше предназначенного времени, тогда я не могу просто стоять в стороне и позволить этому случиться вновь, если я возможно могу остановить это. Но в одиночку я не могу никого спасти, а втянув кто-то еще в это просто увеличит число людей попадающих в опасность. — Я рисковала Тодом. И Нэшем.
— Ну, тогда, я думаю, ты получила свой ответ. Даже если ты готова рискнуть собой — и на заметку, я не позволю тебе сделать этого пока ты на моем попечении — ты не имеешь права никем рисковать.
Я перенесла свое внимание с белья на подушку, тревожно выщипывая перо, торчащие через наволочку.
— Так я должна просто позволить невинным девушкам умирать раньше времени?
Дядя Брендон тяжело вздохнул.
— Нет. — Он наклонился вперед, положив локти на колени и долго, глубоко вздохнул. — Я тебе кое что скажу. Когда вы услышите от этого Жнеца, что этих девушек не было в списке, я займусь этим. С твоим отцом. Но при одном условием. Ты поклянешься, что останешься в стороне.
— Но...
— Никаких но. Мы договорились? — Я открыла рот, чтобы ответить, но он перебил меня. — И прежде чем ответить, подумай о Нэше, и Тоде, и о тех, кого ты еще могла бы втянуть в опасность, если попытаешься справиться с этим самостоятельно.
Я вздохнула. Он знал, что со своим последним замечанием он выиграл.
— Отлично. Я дам знать, что Тод выкапал, как только кое-что разузнаю.
— Спасибо. Я знаю, что все это не легко для тебя. — Он встал и сунул руки в карманы, в это время я бросила мои носки в открытый ящик позади меня.
— Да, ладно, небольшое психическое заболевание и патологические крики в кругу семьи это мелочь?
Мой дядя засмеялся, прислонившись к дверной раме.
— Могло быть и хуже. Ты могла бы быть оракулом.
— Оракулы существуют?
— Не много, и большинство из них действительно ненормальные. Если ты думаешь, что предсказание одной смерти в настоящее время, сильно влияет на твое здравомыслие, попробуй представить как это знать, что произойдет с каждым встречным, а ты не в состоянии отключить видения.
Я содрогнулась только при мысли об этом. Как много там всего, чего я никогда не знала? Как я не понимала, что половина моей семьи даже не были людьми? Была ли на моих глазах завеса?
— Как же я никогда раньше не замечала вихри в твоих глазных радужках до сегодняшнего вечера?
Дядя Брендон грустно улыбнулся.
— Потому что я очень стар и научился контролировать свои эмоции, по большей части. Хотя это все труднее делать, находясь радом с тобой, каждый день. Я думаю отчасти поэтому твой папа остается в стороне. Когда он смотрит на тебя, он видит твою мать, и не может скрыть свою реакцию. А если бы ты увидела его глаза, ты начала бы задавать вопросы, на которые он не был готов ответить.
Ну, не отвечать уже больше не выход...
— Так сколько Вам лет? На самом деле.
Дядя Брендон усмехнулся и посмотрел на пол, и на мгновение я подумала, что он не ответит, — что я сломала какой-нибудь кодекс поведения Баньши, задавая такой вопрос. Но потом он встретился со мной взглядом, все еще слегка улыбаясь.
— Я задавался вопросом, как много ты готова принять. Мне исполнилось сто двадцать четыре года прошлой весной.
— О черт! — Я почувствовала, что мои глаза расширились, а его улыбка стала еще глубже. — Вы могли бы пойти на пенсию шестьдесят лет назад. Знает ли это тетя Вэл?
— Конечно. И она беспощадно дразнит меня этим. Дети от моего первого брака старше, чем она.
— Вы были женаты раньше? — Я не могла удержать шок в моем голосе.
Улыбка полная тоски вернулась.
— В Ирландии, полвека назад. Мы должны передвигаться каждые несколько десятилетий, чтобы люди не заметили, что мы не стареем, как все. Моя первая жена умерла в Иллинойсе двадцать четыре года назад, и наши дети — оба Баньши — уже имеют своих внуков. Напомни мне, что бы я показал тебе их фотографии когда-нибудь.
Я кивнула, онемев от удивления.
— Вау. А те дети милее Софи? —Я не могла не спросить.
Дядя Брендон вяло нахмурился, и его симпатичная улыбка сгладилась.
— Честно говоря, да. Но Софи еще молода. Она еще вырастет.
Так или иначе, у меня были сомнения насчет этого.
Но потом что-то еще пришло мне в голову.
— Какая ирония, не так ли? — Я сделала еще один шаг назад, оценивая его — и все новые перспективы. — Ты в три раза старше тети Вэл, но выглядишь намного моложе.
Он подмигнул, взявшись одной рукой за дверную ручку, когда поворачивался, чтобы уйти.
— Ну, Кейли, я могу сказать тебе прямо, что «ирония» не совсем то слово, чтобы описывает это.
ГЛАВА 14
Музыка пробравшаяся сквозь темноту, с тяжелыми, скрипучими ударами пульсировала рядом с моим ухом. Я моргнула и потянула одеяло на плечо, раздраженная тем, что перервали в мой сон, словно меня вытаскивали из моей мечты. Которая в действительности больше походила на кошмар.
Во сне, темный пейзаж, усеянный своеобразными, туманными ориентирами, направлял меня куда-то. Деформированные, темные фигуры сновали и скользили вокруг меня, всегда исчезая из виду, стоило мне только повернуться к ним лицом. Размытые, крупные неуклюжие формы, и хотя они никогда не были достаточно близки, чтобы сосредоточиться на них, я знала, что они за мной. Во сне я что-то искала. Или, может быть, искала путь от куда-то. Но я не могла его найти.
В комнате играла музыка, и я застонала, когда поняла, что это мой телефон. Тем не менее сонная, я повернулась, запутавшись ногами в одеяле, и потянулась к тумбочке. Моя правая рука задела телефон, по-прежнему подпрыгивающий на лакированной поверхности, его вибрация щекотала мои пальцы.
Медленно проморгавшись, я подняла телефон и посмотрела на дисплей, с удивлением понимая, что мягким зеленым светом осветила более половины комнаты. Номер был незнакомым, никаких имен не было. Наверное ошиблись номером, но я все же перевернула телефон, чтобы посмотреть на время отображенное на экране. Было 1:33. Никто не звонит в середине ночи, разве же что-то произошло.
— Алло? — Прохрипела я, мой голос звучал как предупреждающий рык медведя в январе. И был почти таким же доброжелательным.
— Кейли?
Слишком большое совпадение для неправильно набранного номера.
— Ммм, да?
— Это Тод.
Я села так быстро, что закружилась голова, и мне пришлось потереть глаза, чтобы светлые пятна в глазах перестали мигать.