Ностальгия

Вот что инкриминируется этой картине: (читает) [80]…

Ю,Я. Райзман:

Картина эта не только Тарковского и, вернее, не столько Тарковского, сколько студии «Мосфильм».

М. И. Ромм:

Поэтому надо сказать А. В. Романову, что по таким тезисам исправлять (…) невозможно…

На меня произвело впечатление то, что человек исключительно талантливый и очень умный взял на себя во второй своей картине задачу неслыханной трудности. Это была, по-видимому, самоотверженная, очень тяжелая работа, и она во многих местах картины дала действительно блистательные результаты. Назову, например, тот же самый колокол, начало картины и целый ряд других великолепных эпизодов, давно мною не виденных в кинематографии… Считаю картину исключительно интересной.

Ю. Я. Райзман:

Что же касается концепции, то беда наша, с моей точки зрения, заключается сейчас в том, что почему-то сложилось такое представление, что искусство не является выражением духа народа, а является выражением мыслей «верхушки», прослойки интеллигенции. Потому и получается, что «Рублев» — это не выражение народных чаяний, мыслей, таланта, а как бы оппозиция к народу вот этой самой интеллигентской верхушки.

Мне думается, что эта концепция, которая проскальзывает в этом документе (к сожалению, не только в этом документе), она глубоко неверна и опять-таки требует серьезного разговора в тех инстанциях, которые могут повлиять на ход, на движение нашего искусства.

Г. В. Александров:

А. А. Алов:

А. Г. Зархи:

A.

Г. Хмелик:

М. И. Ромм:

B.

Н. Сурин:

А. Г. Хмелик:

В. Н. Сурин:Я

A.

Г.

Хмелик:

М. И. Ромм:

B.

Н. Сурин: Я

C.

И. Юткевич:

Э. А. Рязанов:

Я с удивлением услышал, что целый ряд картин положили, в общем, на полку, так же как это происходило давным-давно.

М. И. Ромм:

Э. А. Рязанов:

В. Н. Сурин:

Э. А. Рязанов:

Поэтому я поддерживаю предложение о том, что надо встретиться…

В. Н. Сурин:

Э. А. Рязанов:

М. И. Ромм:

80

Далее в стенограмме пропуск