Страница 40 из 105
Когда он приехал в Хенбери, было уже темно. Он снял комнатку в небольшой гостинице, спал беспокойно, постоянно ворочаясь и вздрагивая, позавтракал с тяжелой головой и без аппетита. Первый автобус на Бельстон отходил в девять тридцать. Он поехал на этом автобусе, оставив свой чемодан в гостинице.
Автобус привез его в Бельстон в десять пятьдесят. Он несколько раз прошелся по главной улице взад и вперед, но совершенно не мог вспомнить ее. Впрочем, это его не очень удивило: за двадцать лет многое может измениться. Иногда города становятся совсем неузнаваемыми, когда сносятся старые дома, а на их месте встают новые, пустые места застраиваются, вместо старых помоек вырастают скверы. За двадцать лет хутор может превратиться в деревню, деревня — в городок, городок — в город.
На его взгляд, Бельстон был теперь провинциальным городком с населением около четырех тысяч. Он оказался большим, чем он того ожидал. Он не мог сказать, почему он считал Бельстон таким маленьким в прошлом, просто, видимо, память о его первом визите в Бельстон лежала где-то в подсознании.
Какое-то время он стоял на улице, не зная, что делать дальше. Он даже не мог понять, почему его внутренний страх привел его сюда, наверное, он повиновался какому-то инстинкту без всякой логики и мысли. А может, это и было то пресловутое желание преступника вернуться на место преступления, хотя он и не знал, где находится это место: к югу, к северу или как раз там, где он сейчас стоит.
В его памяти сохранился только вид пригородной дороги, такой же, как и в сотне других мест. Он отчетливо видел эту дорогу: прямое двустороннее шоссе, хорошо асфальтированное, с молодыми деревцами по краям, посаженными с интервалом в пятьдесят футов. Вокруг были ноля невысокой пшеницы. Одно дерево он помнил особенно хорошо-то, под которым он вырыл яму и спрятал жертву. Он пихнул ее туда головой вперед. Ее туфли никак не хотели прятаться в дыре, они скрылись только под последними кусками дерна и последними комьями земли.
Это было где-то в пригороде Бельстона, по крайней мере, должно было быть. В миле от города, в пяти, в десяти? Он не знал. И в каком направлении? Этого он не знал тоже. На улице он не видел ничего, мало-мальски знакомого, ничего, что могло бы ему подсказать ответ.
Ему надо было решить эту проблему наилучшим способом, так, чтобы не начали задавать лишних вопросов. Он нанял такси и сказал шоферу, что он бизнесмен, который ищет место для небольшой фабрики в пригороде. Шофер, которого намного больше интересовал заработок, чем цель поездки, повез его по всем пригородным дорогам в радиусе десяти миль. Бесполезная трата времени. Ни одной из дорог он не смог узнать.
Когда они вернулись к месту начала своего путешествия, Брансон сказал шоферу:
— Мне советовали посмотреть участок среди полей, вдоль двусторонней дороги, обсаженной по краям деревьями через равные интервалы. Где бы это могло быть?
— Не знаю. Мы проехали по всем дорогам, проходящим вблизи города. Других дорог нет. Я не знаю обсаженной деревьями дороги ближе, чем в десяти милях в другую сторону от Хенбери. Могу свезти вас туда, если хотите.
— Нет, спасибо, — поспешно отказался Брансон. — Мне определенно говорили про Бельстон.
— Тут что-то напутали, — предположил шофер. — Умные советчики всегда что-нибудь напутают.
С этим философским утверждением он и уехал.
Ну, возможно, что дорогу расширили и деревья спилили. А может, он протрясся в нескольких футах от этого места, но не узнал его? Нет, вряд ли. Шофер, который напутал его, говорил определенно о дереве, которое склонилось над дорогой и готово было упасть. То дерево, кажется, спилили. Но во время своей поездки он нигде не видел пней только что спиленных деревьев.
Потом он еще несколько раз прошелся взад и вперед по главной улице, рассматривая магазины, кабачки, гостиницы, стараясь получить хоть какой-нибудь намек для своей памяти, любое смутное воспоминание. Бесполезно. Все оставалось таким же незнакомым, как и любой другой чужой город. Если это действительно так, если он действительно никогда не был здесь, значит он неправильно помнит название. Значит, это был не Бельстон. Это должно быть тогда какое-нибудь местечко с подобным названием, например, Больстаун или Бельефорд, или даже Бейкертаун.
«Это Бельстон», — настаивала память.
Странно!
Его память говорила одно, а глаза утверждали другое. Его память говорила:
«Сюда ты и приехал, чтобы убить Элайн». А его глаза утверждали:
«Этот город тебе так же знаком, как Сингапур или Серингопотам».
Затем стало еще хуже: его сознание раздвоилось на две антагонистические части, и одна часть говорила:
«Смотри! Полиция ищет доказательства! Смотри, осторожней!»
Другая ей возражала:
«Да черт с ней, с полицией. Ты должен доказать это хотя бы себе. Вот в чем все дело».
«Шизофрения», — поставил он сам себе диагноз. Это все объясняло. Он живет и жил в двух различных мирах. Тогда его правая рука не знает, что делает левая. Тогда Брансон-ученый не может отвечать за дела Брансона-убийцы.
Может, это и есть спасение? Они не казнят маньяков. Они просто направляют их в сумасшедшие дома.
Лучше уж смерть!
Полный мужчина в дверях магазинчика обратился к нему, когда он прошел мимо него в шестой или седьмой раз:
— Что-нибудь ищете, мистер?
На этот раз Брансон не колебался. С практикой приходит умение легко придумывать правдивые истории, а за последнее время у него была большая практика. Он сразу же сообразил, что история должна сочетаться с той, что он рассказал шоферу такси. Люди в маленьких городках часто сплетничают между собой, и несовпадение истории вызовет только лишнее подозрение.
— Я ищу место для маленькой фабрики за городом. Да вот не могу найти ничего. Видно, что-то напутали, когда мне рассказывали.
— В Бельстоне? — переспросил толстяк и сощурился, изображая тем самым глубокую задумчивость.
— Нет, в пригороде.
— А что нужно? Если вы мне опишете, я думаю, что смогу помочь вам.
Брансон, насколько мог, описал местечко и добавил:
— Мне говорили, что одно из деревьев недавно подмыло потоком воды, и оно упало на дорогу.
Это было рискованно. Он с волнением стоял, ожидая, что его собеседник воскликнет: «А, это там, где нашли скелет этой бедной девушки!»
Но, к его удивлению, собеседник оскалился и сказал:
— Такое могло быть только лет пятьдесят назад.
— Что вы хотите этим сказать?
— Я здесь уже пятьдесят лет, и за это время здесь нигде не было и не могло быть потоков воды.
— Вы в этом уверены?
— Да уж куда быть уверенней!
— Может, это просто не тот Бельстон?
— Сомневаюсь, — возразил толстяк. — Я никогда не слышал о другом Бельстоне. По крайней мере, в этом полушарии.
Брансон пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушным.
— Ничего не остается, как вернуться и проверить все снова. Поездка оказалась пустой тратой времени и денег.
— Не повезло, — посочувствовал его собеседник. — А почему бы вам не попробовать обратиться в контору по недвижимости Кастера в Хенбери?
— А это идея! Спасибо.
Он вернулся на автобусную остановку в полной растерянности. В таком малюсеньком городишке такое событие, как убийство, пусть даже и очень давнее, должно было вызвать массу разговоров. И уж шофер такси об этом непременно рассказал бы, когда они проезжали мимо. А толстяк, услышав об упавшем дереве, должен был тут же выложить все детали этого события. Увы, ни один из них об этом даже не заикнулся.
И тут ему в голову пришла очень простая мысль.
Как он раньше не додумался? Надо просто просмотреть местные газеты! Он узнает все, не привлекая излишнего внимания.
Он обратился к старику на соседней скамейке:
— Где здесь редакция местной газеты?
— У нас нет такого заведения. Мы пользуемся «Хенбери газет», она выходит по пятницам.
Подошел автобус, он сел в него и устроился у окна. Через улицу, в дверях магазинчика, все еще стоял толстяк и со скучающим видом наблюдал за автобусом. Он вполне теперь был уверен, что если толстяка кто-нибудь спросит о нем, то тот сможет дать точное его описание и точное время приезда и отъезда. Он вполне выглядел внимательным наблюдателем, который ничего не упустит, если его спросить о том, что он видел.