Заклинание Индиго

-Зои, - я сохраняла свой голос тихим, но мне и без этого можно было, не беспокоится, что нас могли подслушать. Мой папа допрашивал Яна. - Я давно хотела с тобой поговорить.

Она кивнула.

- Я знаю. Мама говорит мне каждый раз, когда ты звонишь, - но не последовало никаких извинений за отклонение моих звонков.

- Я сожалею о том, как все произошло. Я никогда не хотела причинить тебе боль или одной из вас. Я думала, что делаю тебе одолжение, избавляя тебя от необходимости ввязываться в это.

Ее губы сжались, что-то твёрдое мелькнуло в ее глазах.

- Я не возражала участвовать. Ты же знаешь, что я хотела. И это было бы здорово! Находится в этой области в пятнадцать лет. У меня могла бы быть блистательная карьера. Папа бы так мной гордился.

Я подбирала свои следующие слова очень аккуратно, чтобы она не обиделась.

-Да, но еще один год с папой будет, эм, выдающимся. У него столько опыта, и поверь мне, ты хочешь перенять у него как можно больше. Так что даже если тебе придется ждать назначения до 16, ты все равно будешь на голову выше всех нас.

Каждое произнесенное слово вызывало тошноту, но Зои, кажется, купилась. Меня не напрягало, что она хочет быть частью дела, но убивало, что она явно делала это, чтобы впечатлить нашего папу.

- Я согласна. Я многому учусь. Но я хотела хотя бы получить немного наблюдательного опыта, даже если это не мой пост. С папой все только в теории. Я никогда не видела мороев.

-Я уверена, он это исправит, - такого поощрения я не хотела, но, по крайней мере, она со мной разговаривала.

Свет погас, прерывая нашу беседу. Органная музыка заполнила комнату, и запах ладана закружил вокруг нас. Ладан и смола являлись основными компонентами в магии, и мой разум немедленно начинал искать ассоциации с книгой заклинаний, которую я старательно выучила. Ладан используется для лечения ожогов. Она также может пригодиться в гадании и в заклинании очищения.

Я сразу загнала эти мысли поглубже. Даже думать про себя о магии в середине церковной службы Алхимиков было кощунством. Я неловко поежилась, гадая, что бы подумали все эти люди, узнай они всю правду обо мне: что я занималась магией и целовалась с вампиром...

Священников-алхимиков называли жрецами. Они давали благословения, помогали духовными советами, когда это было нужно. Изо дня в день во время своих дел они носили костюмы, но по поводу сегодняшнего события верховный жрец облачился в одежды, напомнившие мне неудобные одеяния, которые носили воины. Это было еще одним напоминанием о нашей общей истории и, возможно, о нашем совместном будущем. Маркус был прав. Это была тайна, которую я просто обязана решить, независимо от того, где я находилась из-за нарушения татуировки.

Я присутствовала на подобных мероприятиях вроде этого и на протяжении всей моей жизни я знала латинские молитвы наизусть. Я пела вместе с остальными собравшимися и жадно слушала, как жрец подтвердил наши цели, и голос эха раздался через звуковую систему. Хотя религия алхимиков имела много общего с христианством, было не много упоминаний о Боге, или Иисусе, или даже Рождестве. Большинство его проповедей были о том, что мы должны защищать людей от соблазна стать стригоями, который предлагали им бессмертие. Это предупреждение хотя бы не было преувеличено.

Я слышала истории и даже сама видела, что случалось с людьми, которые решали служить стригоям. Стригои обещали обратить их в себе подобных в качестве награды за службу. Эти люди помогали стригоям распространять своё зло и становились монстрами, без возможности стать прежними. Сохранение тайны об этих тёмных вампиров было во благо для слабых людей, не способных самостоятельно себя защитить. Я обратила особенно пристальное внимание, когда жрец в своей проповеди упомянул мороев, как средство борьбы со стригоями. Он точно не вдохновлял на тёплые и хорошие чувства к ним, но, по крайней мере, он не призывал к уничтожению мороев и дампиров.

Я согласилась с хорошей частью проповеди, но она не наполнила меня огнём, как раньше. И когда жрец начал бубнить по поводу долга, послушания и того, что было "естественным", я действительно отключилась. Я почти хотела, чтобы было больше разговоров о божественном, которые я бы нашла на нормальной церковной службе. Со всем, что происходило в моей жизни, я не стала бы возражать от подключения к высшим силам. Иногда, когда я слушала иерофранта, я начинала думать, что всё, что он говорит, было придумано кучкой людей, сидящих в средневековье. Не требующих святых полномочий.

Я чувствовала себя предателем, когда служба закончилась. Может быть, Адриан был прав: Мне даже не надо, чтобы Маркус разбивал мою татуировку и подключал к группе. Взглянув на своих спутников и даже на других Алхимиков, в комнате, было ясно, что я была одна. Все они были очарованы проповедью, были преданны делу.

Я снова с ужасом вспомнила о Воинах и их фанатичной преданности. Нет, нет, кто-то помимо алхимиков виноват, мы не имеем ничего общего с таким расстроенным поведением. И ещё... всё было гораздо более сложно, чем у них, поняла я. Алхимики не стреляли сначала, а задавали вопросы и не заставляли наших членов сражаться друг с другом. Мы были цивилизованными и логичными, но мы действительно были привержены делать то, что нам приказали. Это было сходство, которое могло быть опасным.

Зои и мой отец вышли вместе со мной и Яном.

- Разве это не прекрасно? - спросил она. - Слышать что... ну, я просто рада, что папа решил вырастить еще одного алхимика в семье. Расширение никогда не повредит.

Это действительно была его мотивация? Или это потому, что он не доверял мне, после того, как я помогла Розе?

Я была в ярости от того, что единственный разговор, который я могла провести с Зоей, мог произойти только в этом месте, где вокруг полно алхимиков, но я хотела получить его за молчание нескольких месяцев. В моём сердце, я стремилась говорить так, как мы привыкли. Я хотела вернуться обратно. Даже если бы это немного разогрело те отношения, которые были раньше между нами.

- Я надеюсь, у нас будет еще много времени, - сказала я ей, как только наша группа была на стоянке. - Я хочу о многом с тобой поговорить.

Она улыбнулась и это было так искренне, что мне стало теплее. Может, расстояние между нами не было неисправимым.

- Я тоже. Прости меня за... за все, что было. Я надеюсь, что у нас еще будет время провести вместе. Я... я скучала по тебе.

Это чуть не сломало меня, как и ее объятие.

- Скоро мы будем вместе. Я обещаю.

Ян, которого мой папа уже, кажется, воспринимал как зятя, отвез меня обратно в отель и не мог перестать восторгаться встречей с Джаредом Сэйджем. Что до меня, я все еще могла чувствовать объятия Зои.

Ян обещал созвониться со мной с утра, по поводу экскурсии по архивам. Странно, но после он закрыл глаза и наклонился вперёд. Мне потребовалось время, чтобы понять, что он ожидал прощального поцелуя. Серьёзно? Это было его поводом? А что, если он ни с кем раньше не целовался? Даже Брайнден проявлял немного больше энтузиазма… Ну, и, конечно, с Адрианом никто не мог сравниться.

Когда я ничего не сделала, Ян, наконец, открыл глаза. Я ещё раз обняла его через пальто и рассказала, как была счастлива, что он познакомился с моим папой. Это, казалось, удовлетворило его.

Адриан повторил свой ночной визит ко мне, когда я заснула. Естественно, он хотел узнать о моём платье. Он также пытался выяснить, как именно я победила Яна и, казалось, позабавился, когда я рассказала ему некоторые детали. Но в основном я не могла перестать говорить о Зое. И вскоре Адриан отказался от других тем и просто слушал мой поток слов.

- Она говорила со мной, Адриан! - я ходила по приемной, сжимая руки от волнения. - И она была не в обиде. В конце концов, она была рада меня видеть. Знаешь ли ты, что это такое? Я имею в виду, я знаю, у тебя нет ни братьев, ни сестер, но разве не здорово, что кто-то, кого ты давно не видел, простил тебя?