Страница 8 из 14
– Вот и чудненько! Под эту заявочку мы вас и сбагрим. – Взгляд Кригера оттаял. – Через сорок минут нас догонит разведывательный челнок. Собирайте свои пожитки, а я пока подготовлю ваши документы.
– Через сорок минут?! Так быстро?!
– Морис, ну что вы как девушка, честное слово! – Кригер даже отставил стакан. – Неужели вам не надоела наша, как вы там говорили… э‑э‑э…
«консервная банка»?
– Да‑да, конечно. – Все происходило так быстро, что первый помощник с трудом соображал. – Догонит… Постойте, Кригер! Кто догонит‑то? – Морис даже забыл про субординацию.
Капитан, казалось, не заметил этого. Он рыгнул на Листа свежим лимонадом и произнес нараспев, как учитель первокласснику:
– Это служба Валевского – отряд «Корсар».
За Листом захлопнулась герметичная дверь, и он оказался на борту небольшого космического судна. Два человека в черном обмундировании ожидали гостя. Это была форма «корсаров». Встречающие без лишних слов проводили гостя в небольшое помещение, где сделали полную идентификацию личности по отпечаткам пальцев, радужной оболочке глаз и ДНК. Компьютер подтвердил, что перед ними Морис Лист – лейтенант‑инженер. Только после этого сопровождающие позволили себе улыбнуться.
Мориса по узким коридорам провели на второй этаж и показали его каюту.
– Мы будем в переходе десять часов, – сообщил встречающий с погонами лейтенанта‑пилота. – Можете отдохнуть. Захотите чего‑нибудь выпить – здесь, в холодильнике. В основном, конечно, соки. В этом же холодильнике – четыре варианта обеденных блюд. Если понадобится еще что‑то – вызовите. Вот здесь, на стене, кнопка.
– Спасибо, понял. А можно мне походить по кораблю, осмотреться?
– Да, конечно. Хотя ходить много не придется, он раз в пятьдесят меньше вашего грузовика… Бывшего вашего, – улыбнувшись, уточнил он, – Ну, осматривайтесь! – И распорядитель ушел.
Морис вышел из каюты в коридор, нашел душевую и, выбрав в шкафчике каюты яркое полотенце, пошел мыться. Он с удовольствием постоял под ледяными струями, смывавшими с него прежнюю липкую и сонную жизнь. Вернувшись в каюту, Морис достал из своего чемодана шикарный, цвета морской волны, махровый халат, который был куплен еще на Желтом Араксе, и облачился в него.
Затем заглянул в холодильник и с удовольствием обнаружил там среди замороженных обедов и соков бутылку красного вина.
Плеснув себе в пластмассовый стаканчик, Морис выпил, смакуя каждый глоток. Потом, так же не спеша, выпил еще стаканчик и, убрав бутылку в холодильник, стал одеваться. Разгладив перед зеркалом последние складки на мундире, Морис вышел побродить по кораблю.
Проходя по непривычно тесным, после грузовика, коридорам, Морис старался заглянуть в каждую открытую дверь. Он быстро разобрался, где находится машинное отделение, и по его размерам понял, что корабль имеет какие‑то новые энергетические установки.
Бросалось в глаза большое количество аппаратуры слежения и чрезмерное компьютерное обеспечение для обработки получаемой информации. Это был модернизированный вариант «слухача» – пассивного разведчика. Раскинув сети антенн, он собирал все переговоры в зоне слышимости, дешифруя многие из них немедленно. Потом информация обрабатывалась и сортировалась. На основе всего этого писались отчеты о политической и экономической ситуации в том или ином регионе человеческого сообщества.
На появление нового человека члены команды никак не реагировали и продолжали заниматься своим делом. В конце концов наш путешественник почувствовал себя неуютно среди них в своем песочном армейском мундире и, вернувшись в каюту, завалился спать.
– Вставай, соня! Так проспишь все на свете! Хватит дрыхнуть! – Кто‑то безжалостно тряс Мориса за плечи.
Первое, о чем он подумал – тревога! Поэтому, еще с закрытыми глазами, зашарил по спинке стула, где висела одежда.
– Э, парень! Да ты, я вижу, совсем плох! Морис наконец разлепил веки и увидел перед собой знакомое лицо. Так и есть – это был Тимотеус Лага.
– О! А ты откуда взялся, Тим? Неужели в арсенале прятался?
– Какой тебе арсенал? Очнись! Корабль уже час как на приколе. Вся команда в увольнении, кроме тебя – штрафника.
Морис только теперь обратил внимание на непривычную тишину вокруг.
– Ничего себе! Это что, Керим?
– Нет, брат. Керим остался далеко позади. Это Форт‑Макс.
– Что еще за Форт‑Макс такой?
– Здравствуйте, деревенские ребята… Ты что, ничего не слышал про кольцо Рольера?
– Это про семь миров – семь рубежей нашей безопасности? Но это же глупость.
– Конечно, глупость, но ассигнования на вооруженные силы благодаря теории Рольера выросли. Форт‑Макс уже сейчас может принять пятьдесят тысяч солдат и три тысячи рабочих для ремонтных доков.
– Думаешь, будет большая война?
– Думать пока не входит в мои обязанности лейтенанта.
– Так ты лейтенант?.. – Морис дотронулся до погон товарища. – Уже лейтенант.
– Да уж, полковникам морды не бьем.
– Ты, я вижу, в курсе всех новостей… Вот что, Тим! Я пока буду одеваться, а ты мне рассказывай все, что знаешь.
– Хорошо, но только облачиться тебе придется вот в это… – Тимотеус бросил на кровать новое, с иголочки, обмундирование черного цвета с ядовито‑желтой буквой «к» на рукаве.
– Вот это подарок! Оперативно! А погоны тоже лейтенантские?
– Пока носи те, что заслужил. Лейтенант‑инженер – это тоже неплохо.
– Ладно, сгодятся и эти. Ну ты рассказывай, рассказывай…
– Да что тут рассказывать! Полгода мотался на сторожевике, сопровождал караваны с рудой. Там и узнал про гибель Алекса. Написал три рапорта, один за другим, с интервалом в неделю, а мне, сам понимаешь, ни ответа ни привета.
Такая тоска навалилась, что не передать. Ради этого, что ли, пятнадцать лет Школе отдал?.. Пробовал спиртное, но не приучен. А тут вдруг приходит ответ: ваш рапорт рассмотрен положительно. И подпись самого Валевского. Так я оказался на Красных Камнях. Потом несколько незначительных операций, короткая война с Союзом свободных фермеров. После этого мне дали лейтенанта и штурмовой взвод. А что касается тебя, то спустя полгода у меня поинтересовались, не знаю ли я кого из нашей Школы, кто остался не у дел в известном смысле. Я сразу тебя и вспомнил. Запросили твой грузовик, прекрасно понимая, что ты обязательно станешь толстяку поперек дороги и он пожелает от тебя избавиться. Так оно и случилось. Сам видишь.
– А как насчет Джона? Что поделывает наш самый практичный друг?
– Джон, при связях его отца, устроился лучше всех. Он работает в штабквартире НСБ на Земле.
– Вот это парень! – восхищенно произнес Морис и, помолчав, спросил:
– А что ты думаешь об Алексе? Не верю я в его смерть. Не мог он просто так нарваться на мины или получить торпеду в борт. Ты же знаешь, он все эти штучки чувствовал за версту. Он понимал и знал такое, о чем мы даже не догадывались… – Морис замолчал. Потом повернулся к Тимотеусу и с наигранной веселостью произнес:
– Ну как? Посмотри… Орел? Сказать честно, я давно мечтал об этой форме.
– Несравненно!.. Покоритель женских сердец! Что такое женщины, еще не забыл?
– Эта тема для меня табу. Я теперь только солдат.
– Ладно, солдат, пошли представляться начальству. Пред очи самого командора.
– Ты шутишь! Командор на Форт‑Максе?
– Какие уж тут шутки! Здесь есть армейские, флотские, старшие офицеры «Корсара» и лично Валевский со своей подружкой.
Зал, в который друзья вошли, был заполнен в основном руководящими военными чинами «Корсара», армии и Национальной службы безопасности. Здесь собралось человек двести, большинство из которых расположились на неудобных пластиковых стульях, стоявших в три ряда вдоль стен, по периметру помещения.
А десятка полтора старших офицеров, в том числе и Ричард Валевский, располагались за круглым столом в центре зала.
Едва Морис уселся рядом с Тимотеусом, как сразу же принялся толкать друга локтем в бок:
– Подружка Валевского тоже тут будет?