Страница 23 из 73
– Не важно, – ответила я, ложась на кровать и на секунду прикрывая глаза. – Сыграй что умеешь.
Сначала он медленно прошелся пальцами по тонким жестким струнам, пытаясь настроить гитару, эти звуки казались слишком громкими, отскочив от каменных стен, но мне было все равно. Я сосредоточилась на завораживающем движении теней на потрескавшемся от времени потолке. Они медленно скользили по некогда белой поверхности, меняя направление и формы, подстраиваясь под музыку, словно из ниоткуда возникшую в нашей комнате. Мне не сразу удалось узнать мелодию. Эдриан сделал ее резче, в чем-то даже суровей. Сделал ее своей. С первых же слов я узнала Maroon 5, но эта песня звучало совершенно иначе с его глубоким мужским вокалом. Этот голос поглощал меня полностью, словно отрывая от жесткой кровати, позволяя парить над ней, поднимая выше этого угрюмого дома.
I'm sorry, I did not mean
To hurt my little girl
It's beyond me, I ca
The weight of a heavy world
note 2
Вампир знал, о чем пел, вкладывая в каждую строчку частичку себя, открывая мне свою душу. В какой-то миг я даже задержала дыхание, стараясь не пропустить ни звука, вслушиваясь в этот чувственный голос, пронизанный легкой хрипотцой. Он пел только для меня одной. От этой мысли сердце приятно затрепетало, расцветая в груди.
Мелодия не прерывалась, заполняя собой вакуум нашей клетки, обволакивая, оберегая. Все вокруг исчезло кроме меня и Эдриана. Я наслаждалась каждой минутой, проваливаясь куда-то глубоко, теряясь во времени и реальности.
Позже мы лежали рядом. Парень обнимал меня за талию, перебирая мои непослушные пряди. Это успокаивало ровно настолько, чтобы в изнеможение закрыть глаза и отдаться во власть его умелых прикосновений.
Я не заметила, как задремала. Это не походило на сон, словно я была одновременно в двух местах – в этой комнате, ощущая свою тяжелую оболочку на пружинистой кровати и где-то еще, прячась в сгустившихся тенях. Зрение затуманилось, но оно и не было мне нужно. Только чувства – жар, пламенеющий в груди, ветер, охлаждающий кожу и бег. Бесконечное стремление вперед. Я бежала, и городской пейзаж превратился в размытое серое пятно. Мне нужно было успеть. Движения оставались четкими, отточенными, в них сквозила расчетливость и ни грамма эмоций или спешки. Но меня беспокоило что-то еще. Что-то важное. На тот раз не я была жертвой. Сон стал темнее, словно нырнув еще глубже в мутную воду. На смену покою пришел страх, который уже успел мне позабыться. Я совершенно беспомощна, зажата в чьей-то крепкой хватке, на шее ощущается горячее дыхание, вызывающее внутри только ледяные волны, делающие меня послушной куклой. Клыки. Застрявший в груди крик.
Я подскочила на кровати, усмиряя свое хрипловатое дыхание. Комната превратилась в печку, воздух в ней, казалось, нагрелся до сумасшедшей температуры, превратив воздух в жидкую лаву. Одеяло пропиталось моим потом, прилипнув, словно отравленный плащ, принесший смерть Гераклу. Я с трудом сползла с кровати, опустив ноги на прохладный пол. Несмотря на это пекло, мое тело все еще дрожало в мелком ознобе, а ритмичный стук сердца был всем, что мне удавалось расслышать.
Часы показывали девять вечера, а значит, Эдриан с Виллисом уже приводили свой план в действие, и я не могла ничем помочь. В груди шевельнулась обида, что парень даже не удосужился разбудить меня, чтобы попрощаться. Вдруг я видела его в последний раз в жизни? Внезапный страх раздвоился, напомнив мне о странном сне. Один раз – случайность, дважды – очень странная случайность.
Я подтащила к себе рюкзак и достала небольшой разлинованный блокнот с ярко-голубыми страницами. Мне стоило записать ощущения, пусть кошмары вкупе с моим богатым воображением и не являлись уж такими редкими гостями. Но что-то здесь было не так, я чувствовала это, хоть и не понимала. В любом случае мне следовало хоть чем-то занять себя до возвращения вампиров, чтобы окончательно не сойти с ума.
Строчки ровно ложились на бумагу, вот только я и потеряла сноровку, несколько месяцев не беря в руки ручку. Буквы казались какими-то кривоватыми, а наклон менялся чуть ли не в каждом слове. Но это меня расслабляло, помогая собрать мысли воедино. Где-то на третьем листе я готова была рассмеяться своей глупости и подозрительности. Теперь это казалось лишь очередным кошмаром, за которым ровным счетом ничего не стояло. Что удивительного, если они снились мне по возращение в этот город? Страх порождал только страх, который не отпускал даже во снах.
В какой-то момент тишина перестала быть абсолютной, словно кто-то оцарапал ее острым ножом, образовав прорехи. Я не могла понять в чем дело, стараясь разобрать хоть какой-то звук, но лишь чувствуя как переместился застоявшийся воздух. Кто-то проник в дом, и мне оставалось верить, что это мой Эдриан, а не Стражи.
Я поднялась, стараясь не шуметь, и на цыпочках вышла в темный коридор, надеясь, что не заблужусь в этом мрачном лабиринте. Впереди мерцал свет и слышался еле различимый шорох, не дающий понять, что там происходит. На миг мне почудился голос Эдриана и я, не задумываясь, ступила вперед, осматривая комнату.
Сначала мне показалось, что она пуста. Одинокая свечка создавала больше теней, чем света, полностью скрывая высокую фигуру в дальнем углу, склонившуюся над распростертым безвольным телом. Что это значит? Под моими ногами скрипнула половица, привлекая ко мне внимание тени. Казалось, она меня узнала.
Глава 8
– Ты не спишь? – голос Эдриана шокировал меня, всего парой слов разрушив мой неконтролируемый страх.
– Как все прошло? – дрожащим голосом спросила я, стараясь разглядеть лицо парня, но его укрывала резкая тень.
– Отлично.
– Тогда почему ты прячешься?
Наконец парень шевельнулся, вступая в круг света. Я замерла, страшась увидеть нечто ужасающее, но заметила только растрепанные волосы и мерцающие недобрым светом глаза. Одежда выглядела неопрятно, кое– где даже разойдясь по швам и открывая идеальную бледно-фарфоровую кожу.
– Тебе нечего бояться, – спокойно произнес он, словно опасаясь спугнуть меня.
Мой взгляд настороженно скользнул по лицу Эдриана и метнулся за его спину, замерев на лежащей на скамье фигуре, окутанной плотным покрывалом темноты.
– Прости, – тут же сказал парень, загораживая все своей широкой спиной.
– Что? – не расслышала я, начиная узнавать в этом безжизненном теле родные черты.
– Я…
– Что ты сделал с моей мамой? – вскричала я, а мои руки сами собой потянулись к вампиру, по пути сжимаясь в кулаки.
– Тео, – он схватил меня за запястья, стараясь усмирить. – С ней все хорошо. Она просто спит.
Мой гнев утих так же быстро, как и появился. Приглядевшись, я действительно смогла разглядеть, как медленно вздымается и опускается грудь.