Страница 8 из 53
На стену рысью взбежали кротоначальник и шестеро кротов с носилками.
— Хурр, вот гусь, ребята, а вот и носилки.
Бранталис поднялся на ноги и неуклюжими прыжками принялся соскакивать со ступеньки на ступеньку.
— Примите мою искреннюю благодарность, странные мыши. Бранталису уже намного лучше. Он в состоянии преодолеть это неровное приспособление для снижения и приземления, — заверил он кротов и пробурчал себе под нос: — Интересно, сколько раз они бы уронили нежную птицу в процессе перемещения.
Тайра едва удержалась от смеха и похлопала изумлённого кротоначальника по плечу.
— Извините, сэр, я вас зря побеспокоила.
Груд отпустил свою команду и буркнул:
— Хурр, мэм, не стоит извинений. Пусть мешок с перьями попрыгает по травке. Доброго вам утречка.
Тайра поклонилась кротоначальнику:
— И вам доброго утра, сэр.
Клакк!
Не поклонись выдра вовремя, оборвалась бы её молодая жизнь. Тяжёлое копье с кремневым наконечником летело снизу, из-за стены, прямо в Тайру. Сорвав с пояса пращу и мгновенно её зарядив, выдра подскочила к краю стены. Внизу, по дну канавы неслась к северу цепочка крыс Хриплого Обжоры. Лидер бегунов орал своей шайке:
— В следующий раз не промажу, не! Мышь надо ухлопать, речная псина подождёт!
Велико расстояние не только для прицельного выстрела, но и для полёта камня. Бешено раскрутив пращу, Тайра пустила камень, превратившийся в смертоносный снаряд. Одна крыса, с пробитым насквозь затылком, рухнула в грязь на дно канавы. Тайра понеслась вниз, к воротам и принялась их отпирать дрожащими, непослушными лапами.
Бандж, выйдя из аббатства с Кромкой и тремя молодыми друзьями дочери, увидел Тайру, уже выбегающую из ворот.
— Хвост-усы-лапы, что стряслось? Бегом, друзья!
Снаружи они увидели Тайру, стоящую на краю канавы. Дочь Командора то всматривалась вдаль, то опускала взгляд под ноги, в канаву.
— Вчерашняя нечисть, — пояснила Тайра. — Я стояла на стене, когда их главный запустил в меня копье, но промахнулся. Он орал, что хочет убить мышь, которая его колотила. Тебя, Бринти. Сбежали. Этого я достала со стены.
Гирри оглянулся на стену.
— То есть ты умудрилась оттуда не только попасть в него, но и убить? Он ведь убит?
Кромка бегло взглянул на крысу.
— Да, покойник.
Тайра выронила пращу, отдёрнув от неё лапу, как от ядовитой змеи.
— Я… я не хотела никого убивать, честное слово. Я только хотела, чтобы они здесь больше не появлялись. Нечаянно получилось. И зачем я это сделала?
Командор поднял пращу и вложил в лапу дочери.
— Значит, их было восемь. И один из оставшихся в живых обещает убить мышь.
Бринти вздрогнул, но тут же приосанился.
— Не очень-то я испугался!
Бандж спокойно спросил Тайру:
— Ты не хотела убить эту крысу. Почему?
— Трудно сказать. Я никого ещё не убивала. Не слишком-то приятное ощущение, жуткое какое-то.
Голос её отца стал жёстче.
— Не очень приятное ощущение, не спорю. А теперь послушай меня. Эти крысы, все до одной, воры, убийцы, грабители, мучители. Пора повзрослеть и понять, что такое нечисть. Будь я вчера с вами, когда они мучили птицу, я бы сразу прикончил их всех, и сегодня некому было бы метать копье. А сейчас семеро бандитов ускользнули. Они снова могут убивать и грабить слабых и беззащитных зверей. С нечистью бесполезно толковать, Тайра. Эта крыса больше не принесёт никому вреда, потому что ты остановила её. Ты сделала доброе дело, защищая аббатство, своих друзей. Помни, ты — дева-воительница, в жилах твоих течёт кровь клана Живая Вода!
Заключительная фраза отца громом отозвалась в голове Тайры. Именно так сказала царственная леди, явившаяся ей во сне! Ночное видение молнией промелькнуло перед глазами Тайры. Она покачнулась и оперлась о стенку канавы.
Обеспокоенный Командор шагнул к дочери и поддержал её.
— Тайра, что с тобой?
Кромка шепнул другу на ухо:
— Оставь её, она скоро оправится. Бедняжка, слишком много на неё сразу навалилось. Ну, грубоват ты был маленько, да и тоже не страшно. Молодая она ещё, не забывай.
— Извини, дочка, я тут на тебя зря наорал, — проворковал Командор почти нежно.
Кромка обнял друга за плечи.
— Не бойся, Тайра на тебя не в обиде. Она ведь знает, что ты ей добра желаешь. Пойдём-ка по следу, глянем, куда нечисть направилась. Бринти, ребята, отведите Тайру в аббатство да развлеките её. Гуся навестите да ястреба, что ли. Славные сезоны, две здоровенных птицы за два дня. Что дальше-то будет?
Кромка и Бандж удалились, а Тайра решилась довериться друзьям. Она рассказала им о своём ночном видении.
Гирри расширенными глазами уставился на Тайру.
— Ты видела Мартина!
— Да, видела, но главное то, что сказала мне выдра-воительница.
По канаве они дошли до ворот, Трибси ловко выбрался наружу.
— Хурр… слова, слова, слова… Как ты столько слов запомнила?..
Тайра подсадила Бринти.
— Запомнила, потому что они как будто выжжены у меня в мозгу. Вот слушайте:
Гирри недоуменно покручивал пушистым хвостом.
— Таинственные стихи. Как ты их понимаешь, Тайра?
Тайра ускорила шаг.
— Над ними нужно размышлять, друг, а размышлять на пустой желудок очень сложно. Мы ведь ещё не завтракали.
И она понеслась вперёд. Остальные припустили за ней. Трибси, самый медленный, закричал вдогонку:
— Хуррррр! Куррраул! Стойте, меня забыли! Эй, разнохвостые!
Завтрак уже закончился, когда они ворвались в кухню. Однако добрая душа брат Библ не мог допустить, чтобы кто-то остался голодным.
— Вот у меня пара свежих хлебцев осталась да джему сливового баночка. А Тайре ещё яблочного пирога. Эти-то господа уже изволили разок позавтракать с Командором и Кромкой из погребов, я ведь помню.
Они сидели в опустевшем зале, поглощали хлебцы и запивали грушевым соком.
— Ну, что ты думаешь о своём сне, Тайра? — тормошил Гирри выдру, занятую яблочным пирогом.
— Не мешай мыслительному процессу, — промычала Тайра с набитым ртом.
— Ху-ха-ха-ха-хурр, челюстями мыслит, — развеселился Трибси.
Тут в столовой появилась ещё одна опоздавшая, сестра Подснежничек, помощница Квелта, сухонькая старушка, хотя и не такая древняя, как её учёный наставник. Лоб сестры Подснежничек украшало белое пятно, из-за которого ей много-много сезонов назад и дали такое цветочное имя. Сестра-библиотекарша известна была в аббатстве своим суховатым юмором.
Тайра улыбнулась и помахала сестре пирогом. Старушка Подснежничек отломила крошку булочки, приложилась к стакану мятного чая и чопорно поклонилась компании молодёжи.
— Мисс Живая Вода, у меня к вам просьба. Если нетрудно, следующую пташку доставьте не до, а после трапезы. Вчера морской бродяга заявился как раз перед ужином. Сегодня гуся подали к завтраку. Дед Квелт носится со своими гусями по библиотеке и гоняет меня в поисках материалов по их сезонным перелётам. Режим дня и питания насмарку.
— Извините, сестра. Значит, Квелт уже встречался с Бранталисом?
— О да. Он считает, что гуси да лебеди более общительны, нежели коршуны да ястребы. А со стаей Небопашцев Бранталиса Квелт уже встречался. Бывало, они лечились у нас.
— Мне Бранталис тоже по душе пришёлся. Он не рассказал, кто его ранил?
— Брат Перант считает, что гусю повезло. Рана могла быть и хуже. А Квелту ваш пернатый друг поведал, что его кошки камышовые подстрелили.
— Но у нас в Цветущих Мхах никаких кошек нет, — удивился Бринти. — Значит, его ранили где-то в другом месте.