Страница 34 из 64
И почему Джервейс не упомянул о нем? Он должен знать, что возвращение Джека чревато неприятностями.
Она чуть было не повернула назад. Ей хотелось посмотреть, что будет делать Джервейс. Но он наверняка ожидал этого. Поэтому она постаралась успокоиться, сделала глубокий вдох, перешла улицу и пошла домой.
В холле она встретила Грейс.
— Мне нужно поговорить со всеми.
— Позже, — сказала Грейс, беря ее за руки. — У леди Кейт гости, а вас ищет миссис Харпер.
Оливия сняла шляпку.
— Хорошо.
Она последовала за Грейс на кухню — там миссис Харпер только что вручила тарелку с пшеничными лепешками одному из еще остававшихся в доме пациентов, молодому гусару, который потерял ногу. Он сидел на поцарапанном дубовом столе рядом с незнакомым ей драгуном.
— Полегче с лепешками, Питер, — улыбаясь, посоветовала Оливия, — или вы окажетесь слишком тяжелым, чтобы сесть на лошадь.
Узнав, что лорд Аксбридж отшучивался при упоминании о потерянной им ноге, Питер поклялся к концу месяца снова сесть в седло.
— Не говорите так, мэм. — Миссис Харпер широко заулыбалась. — Эти парни еще растут, им надо много есть.
— Да, я расту, — согласился Питер, похлопав по своему животу. — Вширь. — Размахивая лепешкой, он указал на гостя. — Рад познакомить вас со своим другом, мэм. Кит Брэкстон, из Кента, как и я.
Светловолосый драгун встал, его правый рукав оказался заколотым, багровый бугристый шрам пересекал щеку, доходя почти до рта. Но его улыбка была бодрой, поклон церемонным.
— Я также рад, мэм. Маленький полковник говорила о вас. Вы оказали ей огромную услугу.
Оливия нахмурилась.
— Маленький полковник?
— Грейс, — сказал Брэкстон. — Так мы называем леди в знак нашей привязанности.
Оливия повернулась к Грейс и увидела, что ее подруга покраснела, как дебютантка.
— Мне представляется, майор, что наша Грейс прежде всего энергичная женщина, способная делать дело.
Брэкстон тихо засмеялся:
— Настоящая фурия, мэм. Но самый лучший товарищ.
Да, с грустью подумала Оливия. Именно так большинство мужчин воспринимают Грейс, не замечая за внешней простоватостью ее великолепный сдержанный юмор и доброе сердце.
— Она еще и самая лучшая подруга, — уверила его Оливия, улыбнувшись смущенной Грейс.
Словно бы зная, насколько важна переданная ей просьба, в разговор вмешалась миссис Харпер.
— Сад, мэм.
Оливия подняла бровь, но поскольку больше ничего не услышала, быстро прошла в маленький, зажатый между стенами сад.
День был теплым, но набегающие облака норовили закрыть солнце. Вдоль дорожек в тени нескольких деревьев росли бегонии, создавая укромные уголки. Воздух в саду был наполнен ароматом роз. Ступив на дорожку, Оливия осмотрелась, не зная, кого ей предстоит увидеть.
Он стоял в тени, в самой глубине садика. Оливия взглянула на окна, чтобы убедиться, что никто не наблюдает за ней, и подошла.
— Чемберс, — окликнула она тощего немолодого мужчину. Чемберс быстро кивнул безупречно аккуратной, волосок к волоску, седеющей головой.
— Миссис Грейс. Рад видеть, что вы хорошо выглядите.
— Вы тоже. Может быть, сядем?
Они устроились на скамье, укрытой от посторонних взоров ветвями плакучей березы.
— Я говорил с мистером Финни, — начал Чемберс. — Граф в самом деле ничего не может вспомнить?
— Да. Скажите мне, откуда он знал, где вас найти?
— Я много думал над этим, мэм. У меня нет ответа. Конечно, он знал, что я служу у мистера Джервейса, и, возможно, знал, что мы были в Брюсселе. Кроме этого, я ничего не могу сказать.
— У вас сохранилась присланная им записка?
Он покачал головой:
— Нет. Я немедленно сжег ее. Но я могу сказать, что в ней было: «Чемберс. Нужна помощь. Встречайте меня на нивельской дороге в двух милях от Мон-Сен-Жана». — Он посмотрел на нее, нахмурился. — Это был просто счастливый случай, что я наткнулся на него. Там, где он назначил встречу, его не оказалось.
— Он ничего не сказал вам?
— Ничего. — Чемберс пожал плечами. — Я так боялся, что он был…
Она кивнула, пытаясь составить из собранных сведений общую картину.
— Не могли бы вы сказать мне, что случилось пять лет назад после дуэли с моим братом? Я думала, граф отправился в Вест-Индию.
Маленький человек кивнул:
— Так и было, и я вместе с ним. Граф провел год, управляя плантациями своего отца на Ямайке.
Год. Оливия запретила себе вспоминать об этом времени.
— А потом?
Чемберс пожал плечами, явно чувствуя себя неловко.
— Он уволил меня. Мы вернулись домой осенью восемьсот одиннадцатого года. Хозяин позвал меня в свой кабинет, вручил мне выходное пособие и рекомендательное письмо. Сказал, что его кузен ищет слугу и будет рад взять меня к себе.
— Вы не знаете, почему он уволил вас?
Чемберс подобрался.
— Я не мог спрашивать. Думаю, он так и не оправился от… той дуэли. Он распустил всех слуг, хотя многие перешли на работу в его семью.
— Вы не знаете, куда он отправился?
— Поговаривали, что в Канаду.
Оливия, подавленная, покачала головой. Все это ничуть не помогало.
— И с тех пор вы его не видели?
— Должно быть, два года назад. Мистер Джервейс встретился с мастером Джеком в Лондоне. Что-то связанное с семейным делом.
Она кивнула:
— Да, герцогиня Мертер вспоминала, что видела его тогда. Вы не знаете, что это было за дело?
— Мистер Джервейс сказал только, что было приятно увидеть кузена в такой ситуации. Казалось, он очень доволен этим.
Если бы это был кто-то другой, Оливия могла бы подумать — его слова означают, что Джек преуспевал. Но так как это сказал Джервейс, она не была уверена.
— И больше он ничего не сказал?
— О нет, мэм. Только то, что графу, похоже, пошли на пользу его приключения; не знаю, что он этим хотел сказать.
Оливия кивнула.
— А родственники графа ничего не говорили о нем в вашем присутствии?
Чемберс отвел глаза.
— Извините, но они только обвиняли вас в том, что его нет с ними.
Оливия улыбнулась:
— Это меня не удивляет.
— Еще одна вещь, мэм. — Оливия заметила тревогу в его глазах. — Пожалуйста, поймите меня правильно. Мистер Джервейс хороший хозяин. Но он говорил о том времени. О дуэли и… обо всем. Я хочу, чтобы вы знали: я очень сожалею, что участвовал в этом. Мистер Джервейс похвалялся передо мной, как он это все устроил.
Он и в самом деле выглядел подавленным, вот уж чего Оливия никогда не ожидала увидеть. Она похлопала по его маленькой опрятной руке.
— Не вы один поверили ему, Чемберс.
Он покраснел и опустил голову.
— Есть ли что-нибудь, что я могу сделать сейчас? Я очень привязан к его светлости.
Оливия сосредоточенно размышляла.
— Мне пришло в голову — может быть, увидев вас, он что-нибудь вспомнит?
— Буду рад помочь, мэм.
Она поднялась.
— Идите за мной.
Вернувшись к дому, она повела его через кухню, где миссис Харпер уже была одна и занималась вымешиванием теста для хлеба. Бедный повар, должно быть, опять в испуге забрался в свою каморку под крышей.
— Миссис Харпер…
Грузная женщина не подняла глаз от теста.
— Пришел мистер Джервейс.
Чемберсу грозила опасность быть обнаруженным.
— Вы еще придете? — спросила Оливия занервничавшего слугу.
— Конечно, мэм, — сказал Чемберс, бросая боязливые взгляды в сторону парадной двери. — Пожалуйста, передайте его светлости мои наилучшие пожелания.
Оливия вывела его снова через сад.
— Еще один вопрос, Чемберс. Была ли на Ямайке особа по имени Мими?
Чемберс подумал, покачал головой:
— Нет, мэм. Я такой не знал. А община там была совсем маленькая.
Оливия протянула ему руку.
— Спасибо.
С неуверенностью хорошо вымуштрованного слуги Чемберс пожал ее руку и ушел. У Оливии осталось больше вопросов, чем ответов. Может ли кто-то еще сказать им, где был Джек? Можно ли доверять Диккану Хиллиарду настолько, чтобы обратиться к нему за помощью? И где его найти?