Страница 39 из 49
— Задание выполнено, майор. Мятежники пытаются уйти дальше в лес. Нам нужны солдаты, чтобы продолжить преследование, — доложил водитель.
В бункере весело приветствовали сообщение. Собственно, никто не сомневался в исходе боя, но за недолгое пребывание на базе Дарт Вейдер ясно дал понять всему штатному составу, что с ними может случиться крайняя неприятность, если дефлекторный щит дрогнет хоть на секунду.
— Открыть вход, — приказал старший смены, облегченно переводя дух. — Первые три отделения — на выход.
Тяжелая бронированная дверь покатилась в сторону. Штурмовики деловито промаршировали наружу… …и были встречены низкорослыми пушистыми воинами. Малыши с ног до головы были испачканы в крови и копоти и могли разорвать в клочья любого, кто захочет с ними спорить. А чтобы ни у кого не оставалось сомнений в недружелюбном отношении, прямо перед входом в бункер стоял Ютани с тяжелым противотанковым ружьем наперевес. Остальные десантники занимали не менее выгодные позиции и злы были не меньше союзников.
Штурмовики сдались без боя. Хэн махнул рукой. Пока Чубакка отбирал у имперцев бластеры, десантники под руководством подрывника Джанкина минировали бункер.
Лейю к финальному этапу сражения не допустили. Ее устроили в относительном комфорте и безопасности в зарослях неподалеку, где она и кипела от злости и желания принять участие в общих действиях. Но Хэн оставил при ней майора Дерлина, питавшего к принцессе большое уважение, и горячего и исполнительного врача Делевара со строгим приказом пресекать любые попытки Лейи сдвинуться с места.
Зато ей было хорошо видно, как пленных отогнали подальше от бункера, как из прохода опрометью выскочили Хэн и Чубакка. Кореллианин что-то кричал на бегу. Все бросились в укрытия.
Земля вздрогнула. Лейя и ее охранники находились довольно далеко, но привставшего майора все равно сбило с ног пригнувшей кусты взрывной волной.
— Я вижу, — ликовал Калриссиан. — Мы пошли. Ударная группа, все корабли, следуйте за мной!
Ай да Хэн! Аи да ситхов сын! Я же говорил: у него не может не получиться!
Теперь наша очередь.
Они прошли сквозь рой перехватчиков, словно нагретый нож сквозь масло.
Имперцы брызнули в разные стороны, они никак не могли решить, что важнее — гоняться за шальными повстанцами или идти на помощь «Исполнителю», который брали в клещи три кореллианских канонерки.
— Не вступайте в бой, пока не доберемся до места, — предупредил Ведж пилотов.
Никто не нуждался в предупреждении, но жизнь тут же внесла коррективы:
— Эскадрилья плохих дядей на…
— Синее звено, — перебил не в меру активного пилота Калриссиан, — займитесь ими.
— Сделаем, что сможем.
Ведж сморщился — от высокочастотного воя в наушниках заломило зубы.
— У меня бред или все это слышали?
Он оторвал левую руку от ручки управления, провел по лбу, чтобы стереть пот. Пальцы ударились о шлем. Идиот.
— Эй, босс! Там «колесники» гоняются за Йансоном!
— Всем флотом, что ли?
— Точно так.
— Четвертый, шестой, проваливайте. Уберите этих ребят с моих глаз долой.
— Но, босс… — запротестовал Хобби Кливиан и замолчал.
Хотел сказать: «Кто останется прикрывать тебя?» Спасибо, что не сказал.
— Ты меня слышал?
Если кому-нибудь из «колесников» повезет… Ну нет, сегодня он не умрет, он не затем сюда явился. Антиллес плавно отжал ручку управления — «крестокрыл» послушно нырнул, нацелившись на недостроенную часть станции.
— «Сокол», вы еще со мной или передумали?
— С тобой, Ведж. Давай взорвем эту махину ко всем ситхам и — летим по домам.
— Один соотечественник рассказывал мне, что ты плохой стрелок, Калриссиан…
— Ты во мне сомневаешься? — притворно изумился Ландо. — Лучше поищи вход.
Решетчатые фермы, металлические ребра балок, наполовину собранные орудийные башни, временные леса, провода прожекторов. Хорошо, что защитные сооружения еще не установлены, имперцы понадеялись на щит. Так что если о чем и должна болеть голова, так это о преследователях и о самом сооружении.
Где-то на задворках памяти бродило воспоминание о том, как, пристроив на колене блокнот, хмуря темные брови, он набрасывал схемы подлета к цели. Те, что продемонстрировали на брифинге, его не устроили именно потому, что о них знали все. Маршрут в любом случае обещал быть нескучным. Сточенное до половины стило бегало по бумаге, а пальцы уже начинали подрагивать от привычного возбуждения.
Сейчас азарта не было. Была ненависть и был страх. Он боялся, что не долетит, что промахнется. Было страшно так, как никогда еще не было.
Ненавижу, сказал он заполняющей пространство смертоносной махине. Как же я тебя ненавижу…
— Вижу вход в тоннель, — доложил он. — Иду внутрь.
— Я его тоже вижу, — эхом откликнулся Ландо с «Тысячелетнего сокола». — Остался пустячок.
В облет батарей, нырнуть под недостроенный мостик, — и вот они на бешеной скорости мчатся по коридору, в котором хватает ширины, чтобы три истребителя прошли в ряд крылом к крылу, но пространства для маневра нет вовсе.
— Ну, кто помнит дорогу? — голос у Антиллеса неуместно радостный и возбужденный. — Куда теперь?
— Ищи наиболее мощный силовой источник. Им и будет реактор. Не запутаешься.
— Перестраиваемся, — приказал Ведж эскорту. — И не спим. Скоро нам не будет настолько вольготно.
В путанице коридоров, тоннелей, развилок и тупиков нет никакой сложности заблудиться. А чтобы никто не скучал, из стен торчат трубы, связки силовых кабелей, элементы аппаратуры, металлические сваи и балки, какие-то малопонятные штыри. Впрочем, назначение штырей выяснилось практически незамедлительно: как только они принялись поливать огнем незваных гостей.
Лазерные лучи слизнули дефлекторный щит у ведущего «крестокрыла». В эфире раздались цветистые кореллианские выражения.
— Впереди коридор сужается, — возвестил Ландо, чтобы как-нибудь отвлечь Антиллеса от печали.
— Вижу. Пролезешь? — уж как-нибудь. Но придется попотеть.
Попотеть, действительно, пришлось. Тоннель оказался нашпигован лазерами, как кореллианская отбивная корнеплодами. Сзади обнаружилось очередное звено перехватчиков, увлеченно обстреливающее группу с тыла.
Какому-то из империей повезло, он разнес в клочья «крестокрыл», но на этом удача его закончилась, он не вписался в плавающий пролет лестницы и присоединился к строительному мусору. Истребитель Антиллеса легко нырнул в брешь. Ландо пришлось завалить фрахтовик на крыло, чтобы протиснуться следом. По обшивке что-то неприятно проскрежетало. Смотреть на приборы было некогда, тем более что Ландо не всегда понимал назначение многих из них. Но на пульте ничего не мигало красным, сирена не выла, тревожных воплей от экипажа не поступало. Калриссиан решил считать инцидент исчерпанным. Идущий последним тяжелый «костыль» не одолел препятствия и взорвался, но не один, а вместе с парочкой имперцев. Остальные ДИ-перехватчики продолжили погоню, подбираясь все ближе к повстанцам.
Захрипев, отрубились все мониторы. В эфире вновь возмущенно заорал Антиллес.
— Сенсоры сдохли, — пожаловался Ведж.
— Сбрось скорость, — попросил его Ландо. — Нас глушат.
— Переключаюсь на визуальное сканирование, — отозвался Антиллес с непонятным удовлетворением.
«Визуальное сканирование? Что за зверь?» Ландо захотелось почесать в затылке. Конечно, он не эксперт, но кое-что понимает и никогда не слышал ни о каком «визуальном сканировании». Недоумевал он недолго. Глянув на мотающийся перед носом у «Сокола» хвост антиллесовского «крестокрыла», он сообразил, что имел в виду Ведж.
— Сбрось скорость, полоумный! — завопил он в комлинк. — Разобьешься!
— Ты уверен?
Два ослепших «крестокрыла» сопровождения в отличие от Антиллеса летать на глазок не умели и врезались в стену. Третьего взорвали имперцы.