Страница 9 из 14
— Внимание, резкий спуск! До контакта с целью один километр. Стены города в пределах видимости. Как только спустимся в долину, разворачиваемся в боевой порядок…
Спустившись в каменный мешок долины, мы сбавили скорость. Разбрызгивая мутные воды речушек и преодолевая глубокие ямы с водой, колонна двигалась параллельно могучей реке. Впереди открывался вид на титаническую стену города-монастыря, которая перегораживала пещеру по диагонали. Это была наша долгожданная цель.
— Всем машинам! Открыть огонь! — прорычал лейтенант и дал пример.
Снаряд, выпущенный из танкового ствола, врезался в треугольную башню и разнес ее на куски. Острейшие осколки градом обрушились на головы вопящих пигмеев. Мощная оптика, увеличив стену, показывала разрывы ракет и куски стены, хаотично разлетавшиеся в разные стороны. Фигурки под стенами, осыпаемые осколками и снарядами, открыли ответный огонь. Величественные ворота храма от попаданий сразу трех гаубичных снарядов прогнулись, но, на наше удивление, устояли.
Шесть линий защиты. Шесть оборонительных поясов стен сдерживали нашу ярость и огневую мощь, огрызаясь в ответ из вертикальных бойниц. Толпы фанатиков, завывая молитвы, вели по нам убийственный огонь из всего своего арсенала. Веера лучей и дымные выхлопы ракет беспрерывно летели в нас. Почти треть техники была повреждена или выведена из строя в первые минуты. Если что-то не предпринять, кампания закончится полным поражением. Это был рискованный прорыв, и неудивительно, если он выдохнется в самом начале…
— Что за черт! — вскрикнул лейтенант, непроизвольно дернувшись.
Поднявшись к верхней кромке разлома, гриб взрыва превратился в ливень осколков, обрушившихся на долину, город и защитников. Ударная волна заставила пехоту броситься плашмя на землю и зажать шлемы руками. После мощнейшего взрыва внутри монастыря образовался чудовищный разлом сразу во всех шести поясах обороны. Он тянулся аж до сторожевых башен. В городе началась стрельба, а стены вмиг очистились от защитников.
Вот это, я понимаю, подрыв. Он один разом затмил все наши успехи.
— Эй, лейтенант! — раздался грубоватый и неожиданно веселый голос Роба в рации. — Веди сюда своих слабаков! Что ты прямо как больная черепаха плетешься? Не могут же мои ребята за вас выиграть войну! Извини, что с представлением задержались, у нас возникли проблемы. Стену мы основательно подстригли, осталось только поднажать — и дело в шляпе…
— Твою мать, Роб! Чертов клоун! Не мог предупредить заранее?! — это все, что смог пробормотать в ответ первый лейтенант Джей Кор. — Всем подразделениям, на штурм! Приказ…
Голос его дрожал и ломался, когда он лихорадочно отдавал распоряжения по рации. Стены были проломлены ювелирно — прямо между защитными башнями. Черные ворота, опущенные ниже уровня земли, так и стояли на своем месте, только по обеим их сторонам не было и в помине стен. Они не могли больше держаться в своих углублениях и спустя минуту под собственным весом завалились на землю.
— Вполне в духе Роба. Не может жить без своих фокусов! — потрясенно бормотал я, затягивая потуже ремни, скрепляющие бронежилет и скафандр.
В шлеме витала ругань и команды сержантов, но я их не слышал, еще не придя в себя после взрыва.
Я выбрался наружу и среди толп бегущих легионеров стал пробираться через каменные завалы к проломам, где с новой силой начались бои. У стен колосились затопленные посадки бледно-красных растений — основного продукта питания горожан. Сам я их не ел, так что ничего не скажу про их питательность, но мешали они нам здорово. Скользкие стручки, похожие на бамбук, словно живые, извивались у нас под ногами, отчего многие солдаты, чертыхаясь, падали в воду.
— Ну, куда вы все лезете?! — ругался капрал Блэском, пинками отгоняя легионеров от разлома в стене.
Закинув туда плазменные и фосфорные гранаты, он напряженно переждал серию взрывов, прежде чем дать добро на вход в город-монастырь.
— Капрал! Не оставляйте тылы и фланги без защиты, подгоните сюда несколько коробок поддержки, вместе с таблеткой. И еще…
Расстегнув карман скафандра, я достал из него плоскую вещицу из тусклого металла — ручной киберком. Кинув его Блэскому, сказал:
— Это принадлежит Чаку. Не прошляпь. Будешь корректировать гаубицы! Если нас прижмут, ни в коем случае не пропускай танки в город, их вмиг сожгут…
Бегом преодолев расстояние в двадцать метров, мы без перерыва обрабатывали узкие проемы между домами. В городе валялось множество мертвых гозорцев в фиолетовых плащах и капюшонах. Они сжимали в лапах кто посохи, а кто длинные электромагнитные винтовки, стреляющие с помощью нехитрого электромагнитного ускорителя металлическими шариками, которые вылетали из стволов почти со скоростью света. На расстоянии в тридцать-сорок метров — верная смерть. Даже тяжелый доспех повышенной защиты не спасет от них, если стреляют ближе, чем с пятидесяти метров. Если же дальше — шарик сгорал в атмосфере и не представлял никакой угрозы для жизни. Примитивное, но весьма эффективное оружие ближнего боя. Ничего не скажешь, очень умно.
Среди путаницы узких улочек мелькали монахи с клювообразными хоботами, вооруженные посохами. Вереща и завывая, они тащили на спинах кто маленького детеныша, а кто скарб из разоренного жилища. Мне их было немного жаль. Но враг есть враг…
С глухими хлопками в стене на уровне моего шлема образовались несколько дырок. Отпрыгнув за угол дома, я поднял руку, приказывая группе штурмовиков остановиться. Присев на одно колено, медленно выглянул из-за угла, не выпуская из поля зрения мечущиеся толпы гозорцев. Снайпер мог засесть где угодно в хаосе распахнутых окон и дверей, но у меня были кое-какие мысли на этот счет.
Кивнув на соседние переулки, огибавшие центральный проход, я поднял четыре пальца. Четверо солдат, сорвавшись с места, побежали по двое к каждому из переулков. Осторожно заглядывая за угол, они вскинули тяжелые фазеры и стали обстреливать окна.
Прежде чем двинуться осторожным шагом между нависавшими над головой галереями и балконами, я выявил нашего снайпера-невидимку. Маленькая фигурка метнулась в тень галереи и притаилась там.
— Мы все равно прижучим эту сволочь! — шепнул я по рации. — Глядите в оба, цель прямо над вашими головами, под стреловидной аркой, украшенной письменами…
На нашей стороне улицы появилась толпа гозорских монахов и спутала нам все планы относительно снайпера. Наглухо завернутые в плащи с капюшонами, злобно сверкая глазами, они во всю глотку вопили, словно умалишенные. Спустя миг началась затяжная перестрелка. В шипение лучеметов вплелись короткие хлопки монашеских посохов. Рядом со мной двое легионеров, вскрикнув, повалились навзничь с дымящимися отверстиями в груди и спине. В стенах, за которыми они прятались, светилась, словно в решете, дюжина отверстий. Даже прочный гранит был бессилен против электромагнитных зарядов.
Дела складывались хуже некуда. У нас появились первые потери…
Бросив в узкую улочку сразу две гранаты, я отбежал в один из переулков. Раздался грохот взрывов.
Остальные подразделения, так же, как и мы, увязли в затяжных перестрелках и не могли продвинуться ни на шаг. Наседавшая на нас толпа фанатиков наводила на безрадостные размышления. Оставалось только отбиваться.
— Почему так долго копаетесь? Вы стоите на месте! — прошипела рация у меня в шлеме. — Нас здесь прижали. Мы в библиотечной цитадели. Не знаю, сколько еще продержимся.
— Мы не можем двигаться, это не так просто, как кажется! Черт, да их в десять раз больше, чем нас! — прокричал я в рацию, короткими очередями обрабатывая балконы. По ним бегали три монаха, назойливо стреляя в нас и грамотно меняя позиции. Наконец от моей меткой очереди они вспыхнули кострами и свалились с высоты третьего этажа. — Держись, Роб, мы вас не бросим. Дай свои координаты. Мы у стены.
— Вы еще так далеко?! Нам точно крышка! — с разочарованием проворчал Роб.
— Мы пробьемся к тебе в ближайшие часы, дружище! — уверенно сказал я. — Вы нас здорово выручили с этими стенами, и мы в долгу не останемся. Я буду постоянно на связи…