Страница 69 из 74
— Никогда, — ответил Колин, целуя ее.
Они любили друг друга ласково и нежно, и Колин рассказал ей, как сама мысль о том, что он может ее потерять, едва не свела его с ума.
— Я никогда ничего подобного не чувствовал, — сказал он. — Все, о чем я мог думать, это о том, что мне надо с тобой поговорить, быть с тобой. Я всю свою жизнь прожил одиночкой. И в родительском доме, и в течение всех тех лет, что встречался с Джин, я все равно чувствовал, что я один. Но когда я с тобой…
— Я знаю, — прошептала она, положив голову на его обнаженную грудь. — Я тоже чувствую что-то похожее. Я люблю тебя, Колин. Люблю тебя с тех пор, как увидела впервые в дверном проеме. Я не знаю, что бы я делала, если бы твоя мать не приняла меня на работу.
— Я бы поехал за тобой.
Она подняла голову и посмотрела на него.
— И бросил бы свой любимый Эдилин? Ха!
Он погладил ее по голове и заглянул в глаза.
— Если ты не найдешь работу здесь и тебе не понравится жить в этом городе, я поеду за тобой в любую точку земного шара, лишь бы тебе было там хорошо.
Джемма, улыбаясь, опустила голову. Она услышала именно то, что хотела услышать. Джемма должна была убедиться, что он ее любит, прежде чем расскажет ему о том, что ждет от него ребенка. Ей не хотелось всю жизнь задаваться вопросом о том, женился ли он на ней по любви или по необходимости.
— Я должна тебе кое-что сказать, — сказала она, проведя рукой по его голой груди.
Он поцеловал ее пальцы.
— Говори что хочешь.
— Я… — Джемма замолчала, потому что зазвонил его мобильный, но Колин не стал его брать. — Ты не хочешь ответить на звонок? Он может быть важным.
— Я бы предпочел услышать то, что ты хочешь сказать.
— Это подождет, — заверила его Джемма, поскольку телефон продолжал звонить.
Колин перегнулся через край кровати и принялся рыться в карманах брюк в поисках мобильного.
— Это Рой. — Он нажал на кнопку вызова, выслушал ее и сказал, что сейчас приедет.
— Одна из приезжих сообщила, что ее пятнадцатилетняя дочь пропала.
— Поезжай! — сказала Джемма и, завернувшись в простыню, села в кровати. — Прямо сейчас. Поезжай и найди ребенка.
— Ты и я…
— Мы можем подождать, — сказала она, прикоснувшись ладонью к его плечу.
Он поцеловал ее ладонь.
— Ты знаешь, что я тебя люблю? — тихо спросил он.
— Я это поняла, когда увидела тебя таким несчастным в сандвич-баре.
Он продолжал держать ее за руку.
— А ты?
— Да, — ответила она просто. — Я люблю тебя.
— Я тоже, — улыбнулся он и, наклонившись, собирался ее поцеловать.
Но Джемма отстранилась.
— Нам еще предстоит поговорить о Трисе и обо всех прочих мужчинах в моей жизни в настоящем и будущем. Мне не нравится ревность.
— Это новое для меня чувство. Никогда прежде его не испытывал.
— Даже с Джин?
— С Джин точно нет, — сказал Колин. Он начал ее целовать, но телефон снова зазвонил. На этот раз он звучал как целый духовой оркестр.
Джемма отшатнулась.
Колин посмотрел на телефон.
— Это снова Рой, и она уже на месте. Пожалуй, я лучше поеду. — Колин привлек ее к себе. — Джемма, я люблю тебя. Ты — все, что я хотел от жизни с тех пор, как себя помню. Ты сочтешь меня сумасшедшим, если я скажу, что у меня такое чувство, словно я всю жизнь тебя ждал?
— Нет, — прошептала она. У нее тоже было такое чувство, словно эта неделя ожидания растянулась на целую жизнь. — Я точно знаю, что ты имеешь в виду.
— Я думаю, Джин была мне нужна, чтобы занять меня, пока ты не появишься. — Он поцеловал ее в лоб. — Я попросил у Камня настоящей любви, и я ее получил. — И вновь зазвонил телефон. На этот раз он гудел, как автомобильный клаксон. — Это папа.
— Ты должен идти, — сказала она. — Мы можем поговорить потом, когда ты вернешься.
Он поцеловал ее, вложив в этот поцелуй все свои нежные чувства к ней.
— Я тебя люблю. Не забывай об этом.
— Не забуду.
Джемма проводила его до двери, помахала ему вслед, после чего заперла дверь. Ей страшно хотелось спать. Накануне вечером, едва она уснула, миссис Фразьер позвонила ей, чтобы узнать, где Шеймас. Джемма пыталась заснуть, но раскаты грома за окнами и тревога за Шеймаса не давали ей спать. Примерно через час она сдалась, оделась и на одном из маленьких «универсалов», что был припаркован неподалеку, поехала к большому складу у дальней границы поместья. Она не удивилась, застав там Шеймаса, который рисовал один из экипажей, построенных его предками.
Она пробыла в «каретном сарае» всего несколько минут до того, как там появился Колин. Потом они проговорили до утра, и сейчас ее веки словно налились свинцом. «Ах, все из- за беременности», — подумала она, опрокинувшись на кровать, и мгновенно уснула.
Когда она проснулась, было уже шесть вечера. Она проспала весь день! Пошатываясь, Джемма встала с постели и взяла телефон. Ей пришло четыре письма по электронной почте и шесть текстовых сообщений. Научный руководитель одобрил тему положения женщин-медиков в Виргинии 1840 года, которая возникла в голове у Джеммы под влиянием бесед с Трисом, и один из профессоров был знаком с нужными людьми в колледже Уильяма и Мэри.
— Хорошо, — улыбнулась Джемма и отправилась на кухню. Ей страшно хотелось есть.
Четыре из шести текстовых сообщения были от Колина. Пропавшая девочка-подросток нашлась. Она провела ночь со своим бойфрендом, и, судя по всему, родители будут вспоминать ей это «преступление» еще двадцать лет кряду. Колин написал, что вернется через полчаса, но затем он известил, что кто-то разрисовал краской из баллончика магазин Элли, и ему надо поехать и произвести осмотр «места преступления».
«Увижу тебя, как только смогу», — написал он в конце.
Последнее сообщение было от Тристана.
«Мне необходимо срочно с вами увидеться».
Джемма, доедавшая второй гренок, нахмурилась. Ревность Колина была необоснованной, но ей все равно не хотелось ее распалять, и поэтому она не помчалась к машине, как только прочла сообщение.
«Это важно?» — напечатала она.
«Очень — последовало в ответ. — Мне нужно, чтобы вы прямо сейчас приехали ко мне».
«Не похоже на Триса», — подумала Джемма. Возможно, страх Колина каким-то образом передался ей или же из-за того, что в ней росла новая жизнь, но Джемма стала гораздо более бдительной и осторожной.
Она вдруг обратила внимание на этюдник Шеймаса, который лежал на кофейном столике уже несколько дней. Она взяла его в руки и оторвала скотч с нижней части, чтобы посмотреть, насколько тот поврежден. Уголок был отбит, но отломанный кусочек дерева был на месте, и когда она аккуратно вытащила его, то заметила внутри бумагу. Наверное, какие-нибудь рисунки Шеймаса, которые он не хочет никому показывать, решила Джемма и отложила этюдник в сторону.
Она позвонила Колину, но автомат предложил ей оставить голосовое сообщение, и потому она отправила Колину эсэмэс, сообщив, что поехала к Трису домой, чтобы кое-что выяснить. «Пожалуйста, приезжай за мной туда», — заключила она.
Прихватив с собой холодное яйцо вкрутую и бутылку сока, Джемма отправилась к машине.
Подъехав к дороге, ведущей к дому Тристана, она не стала сворачивать на нее. Ей не нравилась ревность Колина, но ей также не хотелось делать из него посмешище в глазах всего города, поскольку она не сомневалась в том, что находится под пристальным наблюдением половины населения Эдилина.
Джемма свернула с дороги на большую поляну в лесу, где надеялась укрыть машину от чужих взоров, и вдруг увидела серебристый «мерседес» Джин, припаркованный под деревьями. В ту же секунду Джемма поняла, что должна покинуть это место. Она должна была… нет, не идти, а бежать к своей машине и убираться отсюда подобру-поздорову.
Но ведь она была нужна Трису.
Стараясь ступать неслышно, Джемма подошла к машине Джин. Салон был пуст, но уже одно то, что Джин оставила автомобиль в лесу, утверждало Джемму в мысли, что тут что-то не так. Она с самого начала догадывалась, что все происходящее имело непосредственное отношение к камню желаний. Если дядя Джин был вором экстра-класса, то разве ему не захотелось бы украсть нечто такое, что, как многие тут верили, способно творить чудеса?