Силмирал. Измерение

Размышляя на отвлечённые темы, я не забывала оглядываться по сторонам. Но основное моё внимание, по крайней мере, первое время, приковывал к себе спящий сокол.

Пожалуй, ему лет двадцать пять, не больше. Как я и предполагала. Единственное, насчёт чего я сделала неправильные выводы, это его характер. Пока мы бродяжничали, я не раз поражалась его хладнокровию и спокойствию. Так что же, интересно так взбудоражило его тогда? И настолько? Неужели моё оружие? Не уверена...

А интересно, а из какого он времени? И откуда? И...

И вообще мне кажется, что он многое недоговаривает относительно того, почему он ушёл из Лаудборла. Мне он объяснил вскользь, что основные проблемы возникли не только из-за его оружия. Что якобы только из-за этого необычного подарка судьбы он едва унёс ноги из крепости. Точнее, крылья... Кстати лапы у него тоже были довольно необычные. Четырехпалые, птичьи, с одним противостоящим другим пальцем и внушительными когтями.

И всё же больше всего в нём меня интересовали лицо и крылья.

Ну крылья это понятно. Самой заветной моей мечтой чуть ли не с младенчества было желание летать. Я с нетерпением ожидала своего совершеннолетия и копила деньги чтобы... спрыгнуть с парашютом. Правда, родители мои об этом не знали... но оно и к лучшему.

А лицо... то ли из-за того, что Дарвэл был наполовину птицей, то ли по какой-либо другой причине, но я ничего не могла узнать по его лицу. В Дорганаке я уже приспособилась почти безошибочно с одного-двух взглядов понимать сущность человека, а тут... Я думала, что с наступлением сна у него появятся какие-то эмоции... как обычно происходит с другими людьми. Но я ошиблась. Покой, только покой и невозмутимость.

Неинтересно, в общем.

Изучая спящего Раудкога я невольно потянулась к шраму на лице – последнему «прощай» от Натара. Как я ожидала, он появился. Точнее, остался от раны. Почти белый, над бровью и под нижним веком на щеке.

Внезапно я отвлеклась от созерцания спящего клювокрылого (интересно, а он меня так же изучал?), заметив что-то подозрительное за его спиной.

С двух сторон от дерева в воздухе висели четыре зелёных светлячка, по двое с каждой стороны. Чуть покачиваясь, они приблизились, и я поняла, что бесстыдно завалила свою службу...

Огоньки оказались светящимися глазами. Как же распространена здесь мода на эти глаза без зрачков – я поражаюсь... Их носителями оказались две плоские чешуйчатые морды на длинных шеях, скрывающихся в сумраке за деревом. Любопытные рыла были окаймлены короной выростов, меж которыми протянулись перепонки.

Я стала медленно сползать на землю. Не из-за страха, отнюдь (хотя ему место тоже было). Просто кончиком лука я дотянулась до Мрадразза и пощекотала ему клюв. Он заворочался, открыл один глаз и хмуро уставился на меня. Я взглядом указала на головы, уже нацелившиеся на растянувшегося сокола...

Дарвэл изменился в лице.

«Чешуйчаторылые» атаковали. Но прежде чем их клыки вонзились в живот и горло сокола, тот взвился и отпрянул... и головы дружно стукнулись лбами. Послышался деревянный стук, и морды, сведя глазки к переносице, шлёпнулись на землю.

– Ну вот, а говорят: у Кародроссов острый нюх. – Укоризненно сказал мне сокол, рассматривая чудиков.

– Тогда тебе надо было обращаться не ко мне, а к тем псам, которые за мной гнались. – Фыркнула я. – Ну а это что ещё за мутанты?

– Это не они. – Покачал головой Мрадразз.

Я не поняла.

– В смысле?

Вместо ответа он кивнул мне заглянуть за дерево. Последовав совету, я ахнула. Головы росли из одного тела! Некрупная, с телёнка, туша какого-то хищного динозавра растянулась по земле, вытянув лапки вдоль тела. О-бал-деть... Я косею от больной фантазии бога-создателя этого мира. Хотя... может как раз для него наша внешность – произведение пьяного, съехавшего с катушек творца?

Как бы то ни было, я осторожно поинтересовалась, что он, Дарвэл, будет делать с этим припадочным ящером.

– А разве тебе его не жалко? – с ехидцей поинтересовался он.

– Это зависит от того, как быстро он бегает. – С достоинством парировала я.

Дарвэл выпрямился.

– В таком случае, боюсь, его придётся ликвидировать. Бегает дигрит как заяц.

Я вздохнула и отвернулась. Послышался сочный хлюп, подошедший сокол молча стал вытирать меч о землю.

– Кстати, ты правильно сделала, что сначала разбудила меня. Причём сделала это так аккуратно... Я имею в виду, – торопливо пояснил он, встретив мой удивлённый взгляд, – что не делала никаких резких движений. Иначе бы он ударил нас обоих, и – до свидания.

– Ну надо же, я и не думала, что похвалы входят в число твоих умений, – не удержалась от шпильки я.

Дарвэл помрачнел и отвернулся. Причём так демонстративно, что я почувствовала неведомый прежде укол совести.

– Ладно, ладно, – примиряюще мяукнула я, – не дуйся. Если тебя это утешит, то тебе достаётся лишь малая доля моих пакостей, потому что я ещё тебя... стесняюсь.

Последнее я вякнула сгоряча, поэтому смутилась и замолчала. Раудког не ответил. Я тихонько вздохнула и направилась к костру, где нашла остатки жареного мяса и грустно ими зачавкала.

Через некоторое время подошёл сокол, отпихнул в сторону голову дигрита и сел напротив меня. Я опустила голову, не желая встречаться с ним взглядом. Почему-то на душе было неспокойно. То ли из-за того, что я его всё-таки обидела, хотя он действительно просто хотел сделать комплимент... хотя и несколько сомнительный...

То ли из-за того, что я, кажется, упустила нечто важное. И что-то мне подсказывает, что это «важное» может оказаться ключом ко всему – существованию Силмирала, существованию Кародроссов и Мрадразз и их войне. А ключом к этому «важному» в свою очередь является Дарвэл.

Я покосилась на одну из голов бездыханного ящера, похожую на голову какого-то сказочного дракона. Голова ящерицы... змеиный хвост...

– Дар?..

Мой голос прозвучал настолько отстранённо, что Мрадразз сразу настороженно вскинулся.

– Тебе известно что-нибудь о людях с головой змеи?

Тишина. Полная тишина висела в воздухе в течении каких-то десяти минут. Я уже думала, что он скажет «нет» , но... я ошиблась.

– Я удивлён, что ты спрашиваешь о Шелескенах. – Глухо заговорил он. От неожиданности я даже вздрогнула. Шелескены? Значит... значит они... существуют?! – В Лаудборле почти никто не знает о них. Даже мне удалось лишь по чистой случайности найти в старых архивах косвенные упоминания о них. Но даже из этих отрывочных, неполных и очень туманных летописей мне удалось многое узнать.

Во-первых, когда-то они по боевой мощи не уступали ни Кародроссам, ни Мрадраззам, и даже превосходили их. Они дали нам – не наоборот! – многие полезные сведения об этой земле и помогали в развитии наших технологий. Это было ещё в те времена, когда никакой войны и в помине не было.

Но потом... я не понял, отчего и почему, но первой войной стало противостояние Шелескенов из Каурула и объединившихся крепостей Лаудборла и Дорганака. Люди-ящеры проиграли ту войну и исчезли, как с карты, так и из летописей. Это «во-вторых» .

А в-третьих, наша война, ВТОРАЯ по счёту война, началась почти сразу после их исчезновения. И у меня есть веские подозрения предполагать, что она началась не только «после» , но и «из-за» .

– То есть... лес Каурул... это вотчина Шелескенов? – я не узнала своего голоса. От возбуждения дрожащий, от волнения хриплый...

– Горы – обитель для Мрадразз, равнины – для Кародроссов. Наивно было бы полагать, что такие обширные владения, как Каурул, являются домом лишь для смертоносных, но абсолютно бестолковых тварей. Тем более что и в горах, и на безлесных просторах водятся существа и пострашнее. Другой вопрос состоит в том, как же далеко они забрались? И куда конкретно? Ведь если искать их поселения наобум, это может занять целую вечность... если не учитывать того, что чем глубже в лес, тем толще разные плотоядные... и если не учитывать того, что Шелескены вообще могли исчезнуть из Силмирала.