Страница 143 из 156
— Что?
— Она именно так и поступила, не правда ли? Это было добро для всех, кроме Ханны. Добро получили все, зло получила Ханна. Я ухожу, Майк. Тяжелый был день. Не забудьте машину выключить. Сегодня вам не судьба попасть в больницу.
Им не удалось пробить стену холодной строгости, которой она окружила себя. Точно сошедшее с картины Климта томное лицо теперь было аккуратно накрашено, и одета она была как скрипачка, актриса или писательница. Об их визите ее предупредили, поэтому образ садовницы она с себя сняла. Длинные руки с гладкой кожей выглядели так, словно никогда не прикасались к земле и не вырывали сорняки.
Где она была после полудня в день смерти Ханны Кингман? Густые изящные брови приподнялись. Дома, у себя, рисовала. Одна?
— Художники работают без зрителей, — высокомерно произнесла она, чуть отклонилась назад и опустила ресницы. Она закурила сигарету и щелкнула пальцами Вердену, чтобы подал пепельницу, как будто он был официантом.
Вексфорд сказал:
— В субботу 29 октября у вас, мисс Ласт, кажется, поломалась машина?
Она лениво кивнула.
Поинтересовавшись сутью поломки, он надеялся подловить ее.
Не получилось.
— На парковке разбили правую переднюю фару, — сказала она. Вексфорд подумал, что она и сама вполне могла разбить фару, но вслух говорить этого не стал. Тем же спокойным голосом она добавила: — Хотите увидеть счет из гаража за починку?
— Это лишнее. — Она не стала бы спрашивать, если бы у нее его не было. — Вы попросили мистера Худа приехать к вам в шесть, насколько я понимаю.
— Да. Я не считаю его таким уж приятным человеком, просто я пообещала его матери яблок, и нам нужно было их собрать засветло.
— Вы угостили его кофе, но алкогольных напитков не предложили. По дороге к мистеру и миссис Кингман вы тоже не пили. Вас не смутила мысль о том, что вы едете на ужин в дом, где вам не предложат даже стакана вина?
— Я знаю привычки мистера Кингмана. — «Но не настолько, — подумал Вексфорд, — чтобы сказать, насколько ему свойственно мыть тарелки сразу после еды». Уголки ее губ дрогнули, выдав ее немного. — Меня это не смутило. Я не раб алкоголя.
— Давайте вернемся к грибам. Вы собрали их здесь, 28 октября, и вечером отнесли мистеру Кингману. Вы, кажется, так рассказывали.
— Да. Я собрала их в этом саду.
Эту фразу она произносила твердо и отчетливо, честные, широко раскрытые глаза смотрели прямо на него. Ее слова или, возможно, их необычная прямота натолкнули его на мысль. Но если она больше ничего не скажет, эта мысль погаснет так же быстро, как вспыхнула.
— Если вы хотите их проанализировать, или исследовать, или не знаю еще что, то вы немного опоздали. Их сезон уже почти закончился. — Посмотрев на Вердена, она вежливо улыбнулась. — Но вчера вы собрали последние, не так ли? Так что все в порядке.
Вексфорд, разумеется, не сказал ни слова об эксперименте Вердена.
— Мы осмотрим сад, с вашего позволения.
Она не возражала. Но она ошиблась.
За прошедшие двадцать четыре часа большинство грибов уже превратились в черные ребристые пагоды. И все же два новых гриба протолкнули белые овальные шляпки сквозь сырую траву. Вексфорд сорвал их, она снова не возражала. Зачем же она солгала насчет того, что их сезон близок к концу? Он поблагодарил ее, и она ушла в дом. Дверь закрылась, Вексфорд и Берден вышли на дорогу.
Грибной сезон еще далеко не закончился. Глядя на растущие вдоль дороги грибы, можно было подумать, что он продлится еще несколько недель. Навозники были повсюду, некоторые меньше размером и темнее, чем те, что росли на ухоженной и удобренной лужайке мисс Ласт. Тут же были зеленые и фиолетовые мухоморы, похожие на рога бледные поганки и маленькие шампиньоны, которые росли кругами.
— Не очень-то она возражает против того, чтобы мы изучили их, — задумчиво пробормотал Вексфорд. — Но, кажется, она бы предпочла, чтобы мы проверили те грибы, которые вы собрали вчера, а не те, что я сорвал сегодня. Возможно ли такое, или мне просто показалось?
— Если вам это показалось, значит, мне тоже показалось. Но размышлять на эту тему бесполезно, все равно ведь мы знаем, что их… воздействие не усиливается алкоголем.
— И все же я соберу еще, — сказал Вексфорд. — У вас, случайно, нет бумажного пакета?
— У меня есть чистый платок. Подойдет?
— Должен, — согласился Вексфорд, у которого чистых платков отродясь не водилось.
Он собрал еще с десяток навозников, больших и маленьких, белых и серых, незрелых и старых. Затем сели в машину, и Вексфорд велел водителю ехать к библиотеке. Пробыл он там несколько минут и вышел, неся под мышкой три книги.
— Когда вернемся, — сказал он Вердену, — я хочу, чтобы вы поехали в университет и узнали, могут ли они нам предоставить грибника-специалиста.
Прибыв в участок, он закрылся в своем кабинете с тремя книгами и кофейником. Примерно в полдень к нему постучался Берден.
— Входите, — откликнулся Вексфорд. — Как дела?
— Тот, кто изучает грибы, называется не грибник, — заявил Берден с торжественной серьезностью, — а миколог. И в университете нет таких. Но на факультете есть токсиколог, который совсем недавно издал научно-популярную книгу об отравлениях растениями и грибами.
Вексфорд усмехнулся.
— И под каким заглавием? «Убиваем из-за ничего»? Похоже, он нам подойдет.
— Я сказал ему, что мы будем его ждать в шесть. Будем надеяться, что-то из этого выйдет.
— Не сомневаюсь. — Вексфорд громко захлопнул самую толстую из книг. — Я нашел ответ, — сказал он, — но мне нужно подтверждение.
— Черт возьми, почему вы сразу не сказали?
— Вы не спрашивали. Садитесь. — Вексфорд кивнул на стул с другой стороны стола. — Я говорил, что вы сумеете выполнить домашнее задание, Майк, и вы его выполнили. Только учебник ваш был не самый полный. В нем есть раздел о съедобных грибах и есть раздел о ядовитых грибах, но нет ничего посередине. Этим я хочу сказать, что в вашей книге нет ничего о грибах, которые непригодны для еды, но не вызывают смерть или сильную боль. Здесь нет ничего о тех грибах, которыми человек может отравиться только при определенных условиях.
— Но мы же знаем, что это белые навозники, — возразил Берден. — И если под «условиями» вы понимаете наличие алкоголя в организме, то мы знаем, что на свойства белых навозников алкоголь не влияет.
— Майк, — тихо произнес Вексфорд, — знаем ли мы наверняка, что они ели именно их?
Он разложил на столе свой улов, собранный возле дома и в саду Корин Ласт.
— Вот, посмотрите внимательно на эти.
Озадаченный Берден осмотрел и потрогал с десяток грибов.
— На что мне смотреть?
— На различия, — коротко ответил Вексфорд.
— Некоторые меньше остальных, и те, которые меньше, — темнее. Вы это имеете в виду? Лучше взгляните, как отличаются эти. Тут есть и большие плоские, и совсем маленькие…
— Тем не менее самое незаметное различие здесь самое важное. — Вексфорд разложил грибы на две группы. — Все маленькие и темные были собраны у дороги. Некоторые из больших и более светлых были собраны в саду Корин Ласт, а некоторые тоже у дороги.
Он взял двумя пальцами один гриб из первой группы.
— Это не белый навозник. Это чернильный навозник. А теперь послушайте. — Толстая книга раскрылась на закладке. Медленно и внятно он стал читать: — «Навозник чернильный ( coprinus atramentarius)не стоит путать с навозником белым ( coprinus comatus).Этот гриб меньше и темнее, но в остальном грибы почти неотличимы. Coprinus atramentariusв приготовленном виде обычно безобиден, однако он не теряет содержащееся в нем химическое вещество, подобное главному компоненту „Антабьюса“, лекарства, применяемого для лечения алкоголизма, которое при употреблении с алкоголем вызывает тошноту и рвоту».
— Мы этого никогда не докажем.
— Насчет этого не знаю, — сказал Вексфорд. — Но для начала мы можем взяться за другую ложь Корин Ласт — ее заявление о том, что грибы, переданные ею Акселю Кингману, она собрала у себя в саду.