Страница 51 из 76
Катрин, со своим скептицизмом, в избытке нажитом в другом мире, не считала, что там, за горизонтом, всё сплошь вареньем намазано. Но разочаровывать столь увлеченных людей было бы жестоко. Прогресс не остановишь. Привезут оттуда, заодно с полными трюмами серебра, какой-нибудь люэс или иную дрянь, будут страдать. Как бы Блоод не подхватила заразу…
Впрочем, пока об этом заботиться было рано. Суккуб скучала в душном номере — лишний раз дразнить местных мужчин было совершенно ни к чему.
…-Такая мощь, да обязательно Флот дойдет, — горячился юркий мужчина. — Вон, даже у Айлеха все бочки скупили. Хотя уж кто не знает, что он бондарь паршивый. Нет, когда деньги есть, куда угодно дойти можно.
— До Птичьих островов дойдут, чего ж не дойти, — не соглашался тип с бледной испитой физиономией. — А дальше? Карт нет, ветра там незнамо какие, пресной воды не хватит, и всё.
— Это нам с тобой, крысам сухопутным — «всё». А там люди, не чета нам, все продумали. И «серые» с ними идут, и даже пираты с Кау. Птичьи острова — да тьфу на них! До самого края моря дойдут, если захотят.
— И если боги да моргены то позволят. В Глоре умные головы собрались, кто ж спорит, да только хватит ли у них мозгов такое невиданное дело сотворить?
— У нас бы и самих ума хватило, были бы деньги, — проворчал третий собеседник. — Серебро есть — мозгов не нужно. Дойдут до этих Чистых земель, то-то славная резня там выйдет.
— Земли на всех хватит, — успокоил юркий мужчина. — И земель, и серебра, и людишек диких. Девки, там говорят, непуганые, сладкие, — суетливый мечтатель в очередной раз украдкой покосился в сторону Катрин. — Те красавицы за нитку бисера служить согласны. Дикарки… А россыпей серебряных там, что у нас песка. Никаких шахт городить не надо. Думаю, сыновей послать…
— Серебро может в цене сильно упасть, — предположил собеседник. — А с сыновьями ты опоздал. Флот до осенних штормов уйдет.
— Успеют, они у меня прыткие. Таких молодцов, говорят, сам лорд Найти привечает. С жалованием, все как положено.
— Большое счастье под пиратом служить, — скривился бледный.
— Да сколько раз тебе объяснять!? — взвился оскорбленный отец прытких рекрутов. Лорд Найти из благородных, с севера. Все моря там обошел. Известнейший человек!
— А какие там моря? Что-то я вовсе и не слыхал.
— А я слыхал? Мы с тобой еще без штанов в порту рыбу удили, когда он на севере с накилеви сражался. А про Амберского треххвостого короля-дарка ты слыхал?
— Накилеви не бывает. Да и с хвостами теми… Но дело не в этом. Лорд Найти — человек известный. Хотя и неизвестно откуда взявшийся, — примирительно и туманно изрек оппонент. — В Глоре ныне великие дела творятся…
Катрин кинула в рот кусочек жареного мяса. Похоже на шашлык, только с травами повар погорячился. Пиво нагрелось. Девушка кивнула Энгусу. Они поднялись.
— Пиво у них дрянь, — печально резюмировал парень. — Зато планы — от зависти помрешь. Едем в Глор?
— Все туда едут. Что мы, не люди? Тем более мы туда и собирались.
Проведав сердитую Блоод, друзья отправились за покупками. Энгус довольно быстро запасся провизией и нужными мелочами. Катрин пришлось сложнее, с тряпками, как обычно, возникли проблемы — лавочники отказывались понимать пожелания ненормальной блондинки. В основном пришлось купить мужские вещи, благо качество ткани и шитья вполне удовлетворяли запросы требовательной шпионки.
— Я в этом запутаюсь, — шелковая мужская рубаха выглядела на гибкой Блоод как ночная рубашка на какой-нибудь дородной бюргерше.
— Зато она нежаркая. Ушьем, подгоним. Если запутаешься, выпутаем.
— Да? — с надеждой прошелестела суккуб.
В янтарных глазах плескался голод. Бедная девочка. Дорога была слишком тяжела, чтобы та часть алчной природы ланон-ши по-настоящему напоминала о себе. Здесь путешественники отдохнули, и проснулся в ночной деве голод телесный, тот, что слишком тесно переплетался с иным голодом. Долго сдерживать оба голода сразу Блоод была просто не в состоянии.
— Здесь плоские крыши, — прошептала Катрин, обнимая подругу под тонким шелком. — Если ты будешь скромна, разумна и осторожна… — язык шпионки скользнул по желтой гладкой шее.
— Если скромна. Не доживу до темноты.
— Сейчас Энгус придет, — пробормотала Катрин, позволяя коготкам расправляться с завязками своих штанов.
— Он что-то не видел?
Парень видел многое, если не все. Скрывать интимные развлечения, путешествуя вместе, занятие бессмысленное. И Катрин тоже кое-что замечала, хотя Блоод старалась сохранить подобие приличий. Занятие, если вдуматься, опять же смешное и бесполезное. Энгусу доставалось поменьше блаженства, и нужно отдать должное мужской выдержке — парень стойко терпел несправедливость.
Сейчас Катрин не очень хотелось видеть хорошего парня. Вообще никого видеть не хотелось. Хотелось моментально оказаться на кровати и… Чертовы штаны. Впрочем, одежда подруги суккубу не слишком мешала, Блоод научилась дружить с тряпками. Катрин бросило в жар. Засов на двери задвинут не был, сама шпионка едва держалась на ногах посреди комнаты. Изголодавшаяся суккуб затмила саму себя.
— Ой, Бло, на постельку…
Суккуб вняла умоляющему лепету. В разные стороны полетели новая рубашка и застиранные вещи Катрин. Не успели залететь под стол сапоги, как кровать заскрипела под опрокинувшимися на нее телами. Узкое ложе не шло ни в какое сравнение с теми постелями, на которых приходилось нежиться подругам раньше, но сейчас это было совершенно неважно. Еще несколько мгновений Катрин помнила, что так и не заперла дверь, потом забыла…
….-Уже темно…
— Подожди, еще не заснули горожане, — Катрин едва ворочала языком.
— Есть одинокие.
— Уф. Давай. Только осторожно. Энгус куда пропал?
— Приходил. Ты не видела.
— Черт!
— Он?
— Ты.
— Чертям кушать можно?
— Иди, обжора. Браслеты сними, сверкать на крыше будешь.
— Полотенце взять? Или. На обратном пути. Ртом сверкать буду.
Катрин прислушалась и закрыла окно. Ни звука, Блоод как в воду канула. Катрин судорожно зевнула. Надо бы к Энгусу зайти. Пошловато как-то получилось. Только что ему скажешь? Извини, что без тебя резвимся? Фу, ерунда какая. Бесстыдные суки и есть бесстыдные.
— Рука не поднимется резать, — скорбел цирюльник. — Вы, леди, сами не сознаёте, какой роскошью вас боги одарили. Этакие локоны пореже, чем корредский клад встречаются.
— Я понимаю, уважаемый, — согласилась Катрин, — у самой слезы наворачиваются. Вот только обладаю я еще большей роскошью, чем патлы эти нечесаные. Новое здоровье, знаете ли, еще никому отрастить не удалось. В общем, не будь у некоторых нехороших людей такой повадки — за волосы беззащитных девушек хватать, я бы вас и не беспокоила.
— Давайте я вам косу заплету. Немодно, зато всё в целости останется, — предложил мастер.
— За косу еще удобнее отлавливать. Режьте, уважаемый. Я профессионалам ножниц и расчески доверяю. Сама когда-то ножницы в руки брала — так совершенно иной эффект. Не ловка я по прическам.
— Что за жизнь пошла беспокойная, — цирюльник, вздыхая, усадил упрямую клиентку на табурет. — Выходит, не сильно и врут о новых воительницах-то? Неужели и столь юная и красивая леди со всем нашим сбродом в поход за Птичьи острова собралась? Да простит мне благородная леди — ведь истинное сумасбродство. Никак нельзя делать то, что деды наши отродясь не делали. Что боги скажут?
— Деды тоже в первый раз что-то придумывали.
— Оно, конечно. Очень правильно говорите. Но ведь граница-то здравому смыслу должна быть? Разве мыслимо на верную погибель плыть? Проще в порту днища сразу пробить да потонуть всем Флотом. Этак хоть зевак порадуете, век вспоминать такой подвиг будут.