Страница 50 из 76
Катрин преклонила колено. На камнях перед тотемом лежали кусочки сыра, окаменевшего мяса, обрезок шелковой голубой ленты. Три монеты с отчеканенным Вороном, широко распростершим общипанные крылья, заняли свое законное место среди подношений.
Глава 12
Гардероб всё-таки нужно чаще обновлять. Катрин все больше проникалась этой мыслью. Солнце пекло совершенно по курортному, и обнаженные плечи девушки, восседающей на крупном жеребце, привлекали внимание. Маек-безрукавок здешняя мода пока не знала, а куртку изнемогшая от жары шпионка свернула и приторочила к седлу. Голые руки не бог весть какое откровение, но каждый встречный считал своим долгом попялиться на всадницу, да еще и десять раз обернуться. Возможно, кого-то из зевак интересовала звездочка шрама на загорелой руке, но в основном мужчин интересовал образ красивой блондинки, так сказать, в общем и целом.
Пусть смотрят. По крайней мере, замаскированная Блоод не так бросалась зевакам в глаза.
Юг есть юг. Нужно приобрести тряпки полегче. Даже не верится, что всего десять дней назад путники по ночам клацали зубами от холода. Сейчас вокруг простиралась плодородная зеленая долина. Сады сменялись дикими рощами, очень похожими на сады. За зеленью прятались неширокие прямоугольники полей. Пшеница, кукуруза, фасоль и тыквы росли бурно и изобильно. О большей части культур лесная горожанка Катрин и понятия не имела. Но арбуз оценила. В таком изумительно сладком соке шпионке в последний раз удавалось измазюкаться в счастливом детстве. Тогда, правда, арбуз был ворованным, сейчас — честно купленным, но на вкус это не повлияло. Овес для лошадей, обеды и ужины в придорожных трактирах стоили смешные деньги. Серебро с Вороном здесь ценилось, излишних вопросов никто не задавал. Впереди было море. О, счастливый, созданный для туризма и шпионства, край.
В этом райском уголке обнаружились свои сложности. Во-первых, вечерами досаждали москиты. Вокруг в изобилии текли маловодные, но с обширными тростниковыми зарослями, речушки. Отыскать в рощах спасительный папоротник, чтобы хорошенько натереться, не удавалось. Вечерами Катрин и Энгусу бывало не слишком весело. Зато Блоод блаженствовала, укрываясь чисто символически — кровососущие насекомые родственницу не трогали.
Во-вторых, в границах Глорского союза существовало что-то весьма похожее на рабство. Союз объединял десяток королевств и несколько крупных городов, расположенных вдоль побережья. Любимыми развлечениями граждан приморья были рискованные торговые операции. Азартные любители купли-продажи частенько прогорали, успев втянуть в спекуляции родных и знакомых. Должникам предоставлялась счастливая возможность отработать свои финансовые неудачи. С процентами. Иной раз, на то, чтобы вернуть деньги, уходили десятки лет. О защите прав человека здесь были наслышаны явно недостаточно, и прогоревшим беднягам-бизнесменам приходилось влачить весьма жалкое существование. Неустанный труд их почему-то не облагораживал, по крайней мере, внешне. Впрочем, на Катрин, воспитанной на доходчивых примерах Освенцима и прочих лагерей добровольно-принудительного труда, вид людей в лохмотьях, понуро перетаскивающих корзины с помидорами, особого впечатления не производил. Совсем очерствеешь душой в этих скитаниях.
Но если говорить честно, по ту сторону гор девушке нравилось больше. Ну, да — недвижимость у нас там. Была.
— Опять жрут, — проворчал Энгус, хлопая себя по шее.
— Это случайный. Солнце еще высоко. Доедем до города, так там, говорят, снадобье продается, которое этих сволочей надежно отпугивает. Попробуем. Может, кровососы действительно шарахаться начнут.
— М-м? — осведомилась Блоод.
— Мы много покупать не будем, — успокоила ее Катрин. — Ты и не почувствуешь. И потом тебе не до нас, все пьянствуешь.
Суккуб начала пить. Гранатовый сок пришелся по вкусу желтоглазой красавице. Было ли виной тому своеобразное чувство юмора Блоод или действительно изумительный цвет жидкости, а быть может, насыщенность зернистых плодов танинами и витамином С — так и осталось тайной. Катрин и Энгус удовлетворялись пивом. Ночевать приходилось в маленьких трактирах. Девушек вполне устраивали скромные, относительно чистые комнатки. Парню приходилось сложнее. Энгуса донимали подрабатывающие любовными услугами служанки и просто местные шлюшки. Секс-услуги в этих краях считались вещью естественной и банальной. Выросший в более сдержанном климате парень несколько смущался. Несмотря на длительное пребывание в обществе раскрепощенных подруг, Энгус не потерял способность краснеть по самым неожиданным поводам. Катрин с некоторыми беспокойством и любопытством ждала, как он будет выкручиваться в городе. Там нравы должно быть еще те.
Дорога тянулась вдоль обрыва и ныряла вниз, к городским стенам. За ними, в буйной зелени прятался лабиринт городских улиц, стен и башен. Виднелись сваи и настилы порта, путаница мачт и снастей. Дальше, за широкой дугой скалистой бухты, мир обрывался бирюзовым необозримым простором.
— Море? — неуверенно спросил Энгус.
— Оно самое, — удовлетворенно кивнула Катрин. Ей хотелось купаться, мыться, стираться и, вообще, хоть немного поваляться на берегу. Седло и конский пот надоели смертельно.
Друзья шпионки в явном испуге обозревали сине-зеленую равнину. По небу плыли легкие облака, и водная поверхность, как живая, меняла цвет, то отражая, то впитывая солнечные лучи.
— И там вода? — в замешательстве спросил парень, указывая на голубую дымку горизонта.
— Если судить по карте — то да, одна вода. Западнее есть острова, но намалеваны они крайне неуверенно.
Энгус и Блоод переглянулись.
— Нам туда не нужно? В море? — в голосе суккуба звучала робкая надежда.
— Думаю, нет. Нам человек нужен, а не рыба. Но вы не нервничайте, вон люди по морю плавают и ничего, живы.
— Я — не люди, — с неожиданной поспешностью заявила Блоод.
— Я — тоже, — категорично подтвердил её верный рыцарь.
Серое пятнышко паруса у самого края водной бесконечности казалось неубедительно крошечным. Вышедший из порта корабль рассмотреть было невозможно, но дерзость, с которой скорлупка направлялась в открытое море, вызывала уважение.
— Не нервничайте, — примирительно сказала Катрин. — Плыть мы никуда не собираемся. Хотя в морских путешествиях есть свои преимущества. По крайней мере, задница и спина болят куда меньше. С другой стороны, бывает, приключается «морская болезнь».
— Не рассказывай. Я уже больна, — Блоод поправила повязку на глазах. — Поехали. Смотреть страшно.
Город назывался Новый Конгер. Со старым Конгером случилась какая-то глобальная неприятность лет этак триста назад. Уцелевшие жители отстроили порт недалеко от канувшего в морские глубины старого города и озадачиваться выдумыванием оригинального названия не стали. Город жил преимуществами своей удобной бухты и торговлей. Не бедствовал, но и признаки особого процветания заметить было трудновато. Правда, в скором будущем горожане надеялись значительно поправить свои дела. Глорский союз находился в ожидании больших перемен.
Катрин сидела в углу маленького трактирчика, в котором путешественники сняли комнаты. Тростниковые жалюзи были подняты, веранда выходила прямо на узкую улочку, гомон за окном мешал отдыхать посетителям. Зато никакого радио не надо.
Глорский союз собирал великий поход. Впервые в данном предприятии принимали участие все города и земли широко раскинувшейся по побережью страны. Звучали названия неведомых Катрин городов и деревушек. От названий десятков кораблей и от имен совершенно неизвестных шпионке личностей пухла голова. Одно хорошо — охваченные ажиотажем горожане не обращали внимания на гостей. Радужные ожидания и предвкушения захватили всех — от конгерских мальчишек до их почтенных бабушек. Флот уходил на юг, за горизонт, туда, где еще никто никогда не был. А может быть, был, но не вернулся…