Страница 82 из 100
Наши работают, гордо подтвердил Ганс. Он услышал эти выкрики еще несколько минут назад, поскольку обладал намного более развитым слухом, чем эльф или демон.
Ну что, мальчики, пора начинать шоу!
С этими словами Фаринелли снова оседлал свою метлу-микрофон, а Демьяна увели в середину актерской труппы. Ганс со Страстостеналем заняли места среди обслуживающего персонала.
На заставе тем временем разыгрывался свой спектакль. Дирижировала им из салона с затемненными стеклами мадам Ада.
Первой к Тоннелю со стороны Андеграунда прибыла Свёкла Лихая из ежедневной «Гнус анд ньюс». Автор светской колонки, Свёкла умудрялась обливать высокопарной грязью всех и вся, попавших в ее публикации: и героев, и случайных свидетелей. Дама она была интересная, фурия как-никак, потому часто мелькала в средствах массовой информации не только как автор собственных этюдов в багровых тонах. Проникнув на территорию заставы, Свёкла опытным взглядом выделила среди «шибздиков» главного «со звездочками» и немедленно взяла в оборот недоумевающего капитана:
Почему застава усилена постом? Вы, правда, гоблины? К каким войскам относится ваше подразделение? А как отличить гоблина женского рода? Действительно ли, что Тоннель перегораживает завеса дух-сканеров? А насколько гоблины сильны в этом деле, ну, вы понимаете, о чем я?..
Оливковое[177] лицо капитана украсили пятна цвета бордо. Вместо ответов он прорычал короткое «Фас!» и дюжина гоблинов просто вынесла прыткую репортершу за внутренний пост КПП, несмотря на ее протестующие крики и размахивание руками.
Этот веселенький эпилог не совсем удачного интервью Свёклы заснял на камеру невесть откуда[178] взявшийся оператор телеканала «Андеграуд Arraund». Руководил съемкой его коллега по перу и кадру шайтан Гаси Фекали, репортер и бывший любовник Свёклы, ныне ее ярый идеологический противник. Горячий южный рогатый, ненавидящий Свёклу не менее страстно, чем до этого ее обожал, весело потирал ручки и предвкушал гонорар и удовольствие от трансляции сюжета по Всенижней сети.
Больше повезло третьему борзописцу – представителю гламурного канала «Стиль «Ж»[179]. Капитан таки соизволил выйти к нему с целью поинтересоваться, почему на забытой Рогатым заставе в одночасье оказалось так много журналюг. Он-то и просветил гоблинского офицера о предстоящем явлении маэстро.
Капитан прореагировал однозначно: объявил о закрытии Тоннеля и его переходе на военное положение.
Поздно! – прокомментировал голубоглазый эльф с длиннющими накрашенными ресницами из «Стиля «Ж». – Они уже идут.
Капитан что-то пролаял в наручный комм на счет таблоидов внутреннего слежения, и, получив ответ, удовлетворенно констатировал:
Ошибочка! Все чисто!
Не оттуда ждете, - меланхолично отозвался эльф и махнул аршинными ресницами в сторону родного Ада.
Гоблин обозрел горизонт родины. Он был прозрачен.
Тогда капитан прислушался.
Минуту ничего не происходило. А затем его аккуратные слуховые трубочки стали вытягиваться и трепетать. От ужаса услышанного.
На них надвигалась толпа. И это была не просто какая-нибудь толпа, или даже Толпа. Нет, на них наступала ТОЛПА.
Капитаном медленно, но неумолимо начала овладевать паника.
Именно из-за подобной толпы он в свое время оказался в Рогатом забытом гарнизоне. Он, кавалер ордена Черной скалы, медали за Прослуги перед Отечеством, который сражался со Светлыми миротворцами, воевал в самых горячих и холодных точках Трехмирья… А вот на толпе воинствующих студиозусов погорел. В прямом смысле слова – был пойман и применен в качестве факела. Позже, сосланный в захолустье, долго лечил ожоги и душевные раны.
Из-за горизонта выплыло пыльное облако. Гул толпы усилился. Проступили очертания фигур. Они несли яркие транспаранты и что-то громко скандировали.
Глаза гоблина от имманентного страха стали расти, стремясь обогнать хозяина по росту и объему[180].
Эт-то кто? – от волнения капитан стал заикаться.
Фанаты, подсказали сердобольные журналюги и глумливо заржали. – И теперь попробуйте объяснить им, что обожаемый ими Папа Фи будет вынужден проследовать другим путем.
Если бы капитан не имел пунктик на почве массовых побоищ, он бы наверняка обратил внимание на очевидное. В беспорядочной поступи наступающих фанатов прослеживалась четкая организация.
Красавчик эльф решил ковать удачу пока горячо.
У меня есть к вам предложение.
Ну?
Вы пропускаете маэстро и обеспечиваете мне с ним контакт. Только мне, подчеркнул он. А я утихомириваю толпу.
Как?
Это мои проблемы, не так ли? И мои секретные подходы.
Капитан ведь не знал, что голубоглазый унисекс был лидером одной из фанатских группировок, собирающихся брать в осаду КПП.
По рукам?
По лапам! – кивнул капитан и скоренько удалился.
Эльф бросил надменный взгляд в сторону своих менее удачливых коллег.
Ну, это мы еще посмотрим, у кого с кем будет контакт. И в какой позе! – мгновенно отреагировала Свёкла.
Да, посмотрим! У кого и как! – поддержал Лихую шайтан. Наличие общих врагов прекрасно объединяет. Даже любовников из разряда бывших.
«Ты же обещал устроить драку, мягко, но кошмарно многообещающе поинтересовалась Ада по мыслесвязи. Напомни мне, если я ошибаюсь».
«Мадам! Видите ли, ввиду некоторых открывшихся обстоятельств…»
«Это я тебе введу что-то очень интересное в особо интимные места, сосунок! Как на счет жезла Пергониса[181] в твои очаровательные ушки, а длинноухий?»
Гламурного эльфа передернуло. Он машинально потрогал свои идеально гладкие ушки, подкрашенные перламутровой помадой, и залебезил:
«Что вы, мадам, вы просто меня не поняли, будет не просто драка, будет настоящая Драка!»
«Я рада, что мы нашли с тобой общий язык, красавчик. Действуй!»
Эльф тяжко вздохнул, раздумывая о диалектическом способе решения проблемы. В смысле и рыбку съесть и на жезл Пергониса не сесть. Посетовал себе под нос про судьбу и высокородных интриганок, и направился навстречу собратьям-фанатам.
Через пару минут две стреляющие искрами ненависти группировки поклонников облепили забор заставы. С этой стороны.
В разношерстной толпе фанатов был и стар и млад демоноса. И еще неизвестно, кто был побойчее и поагрессивнее настроен. Эмоции буквально кипели. Тут и там мелькали заготовки файерболов и плетей Ехидны[182].
На задворках импровизированной человеческой баррикады шел конструктивный базар. Женоподобный очаровашка эльф, идейный руководитель гламурной группировки поклонников Папы Фи пытался договориться с Красным Быком, троллем, державшим откровенную банду фанатов.
Сеча будя! Я сказал и точка! Достали уже твои лопухи! – прошамкал тролль своим бетонным ртом.
Глубокоуважаемый Красный Бык! Мы непременно выясним отношения, все как вы и желаете – стенка так на стенку. Однако давайте уважать объект нашего с вами восхищения!
Ты чё, паря, я не врубон. По-твоему я маэстру не люблю?
Вы не так меня поняли, дорогой Бык…
Слышь, голубок, никакой я тебе не дорогой! Распустил тута веер!
Простите, многоуважаемый Бык, я оговорился…
Фильтруй базар, паря!
Позвольте, я все же закончу! терпению эльфа пришел конец. – Мы единодушно и громогласно встречаем маэстро, дожидаемся так сказать его явления, и только после этого приступаем непосредственно к драке…
К сече, паря, к рубищу!
Называйте это как хотите! Мы договорились?
Не бзди, паря! Бык свое слово держит! Опосля мы раздавим вас как Магомет гору!
Интеллект на уровне брусчатки! – не выдержал длинноухий красавец. Хвасталась блоха, пока псу на язык не попала. Защиту не забудь, булыжник! и юркнул в сторону непрерывно скандирующих «Маэстро!».
Под овации и приветственные крики встречающих труппа Папы Фи торжественно выплыла из Тоннеля. По ту сторону.
Кто такие? – Спросил из-за дымовой завесы шипастый гоблин с нашивками капитана.
Шоу-театр двойников под руководством маэстро Фаринелли, - прокричал один из джиннов-охранников трубным басом.