Страница 78 из 100
На этом Демьян не остановился. Он щелкнул поочередно правой и левой рукой и с его пальцев сорвались фантомы крохотных амурчика и чертенка. На самом деле это были души, которые Демьян поймал еще в Альпах для пополнения маги-запаса. Попавшиеся на искусительные уловки демона души проходимцев сразу смекнули, что нужно хозяину и сейчас откровенно были готовы на все ради свободы.
Амурчик взлетел и завис перед лицом ангелессы. Его маленькие крылышки трепетали от волнения, а лицо выражало полное восхищение девушкой. Сложив молитвенно ручонки, он достал лиру и принялся наигрывать волшебные, по его мнению, мелодии. Но поскольку при жизни сей военнообязанный любовного фронта был рефери, и единственным музыкальным инструментом, которым он овладел в совершенстве, был судейский свисток, то и звуки, издаваемые древнегреческой балалайкой, с гармонией не были знакомы даже понаслышке.
Чертенок, все это безобразие от искусства наблюдал, удобно устроившись на плече Кристины. Одновременно он не забывал с изрядной долей сарказма комментировать творческие потуги амурчика, одержимый взгляд демона и сентиментально-пасторальную картинку окружающего фантастического ландшафта.
Демьяну же не давало покоя декольте Кристины. Оно манило начать полные удовольствия исследования соблазнительных выпуклостей, страстных впадин и других не менее привлекательных мест женского тела. Глаза демона то и дело останавливались на единственной бретельке, поддерживающей платье ангелессы.
Это-то и просек маленький рогатый диверсант, примостившийся именно на том плече, где кутюрье расположил злополучную лямку. Заговаривая зубы девушке, чертенок методично сначала копытцем, а затем и своими миниатюрными вилами вел работу по спусканию мешающей в данный момент хозяину детали женского туалета.
Кристина настолько увлеклась артистическими потугами ангелочка, что на подрывную деятельность чертенка вовсе не обратила внимания. И в самый сердцещипательный момент рулады бретелька предательски сползла-таки вниз, потянув за собой тяжелую ткань платья.
В глазах демона полыхнул огонь. Он щелчком отправил в небытие весь сказочный антураж с лишними зрителями и страстно припал к волнительной ложбинке на шее Кристины.
И тут же остановился. Когда понял, что обнимает ледяную статую.
Уже поздно. Я, пожалуй, пойду. – Кристина отстранила Демьяна и привстала, намереваясь встать. – Сура покажет мне мою комнату?
Огонь бушевал не только в камине. Несмотря на внешнюю невозмутимость внутри ангелессы разгорался вулкан, жар которого расползался холодным потом страха перед запретным.
Постой! Демьян положил руку на ее запястье. – Неужели, ты так просто возьмешь и уйдешь?
У тебя есть другие предложения?
Конечно, есть! Только боюсь, что ты к ним неадекватно отнесешься.
Кристина повернулась к демону. Отсвет камина красиво подчеркивал его отточенный профиль, иссиня-черные волосы обрамляли тонкое аристократическое лицо. В глазах отражались всполохи пламени, словно дух пошел в плясовую с неуправляемой стихией.
Никуда ей не убежать и не скрыться. Она давно уже согрешила в мыслях. Еще два дня назад. Когда спасла того, кого не следовало спасать. Спасла, чтобы пропасть самой. Пустое. Глупые бессмысленные метания и оправдания.
Я запуталась….
Демьян дотронулся до платиновых локонов.
Мои чувства… попыталась продолжить ангелесса.
Уверенная мужская рука нежно погладила Кристину по щеке, пальцы скользнули по дрожащим губам.
Зачем эти грубые слова? – и Демьян закрыл рот растерянной Кристине первым в ее жизни настоящим поцелуем.
Пошлая действительность Трехмирья. Это мокро, но… приятно. Господи, она такая же, как и все.
А разве это плохо?
И Кристина откинулась на уютную меховую шкуру возле камина…
* * *
Тебе не холодно?
Нет.
Я старался быть нежным.
Я знаю, спасибо.
Спасибо? И это ВСЕ?
А что нужно?
Ну, не знаю, растерялся Демьян. – Удивиться, похвалить, выразить восторг.
Мне не с чем сравнивать. И все же это было… восхитительно. Было…
Уютно устроившись на руке Демьяна, Кристина рассеяно поглаживала черный шелк остывающей от страсти простыни. В спальный будуар ее перенес Демьян, когда, казалось, уже все чувства уже были выплеснуты до капли возле шаловливого имитатора их любви - камина. Но стылая спальня не охладила, а пустила чувства в новый пляс. Безумный, безудержный и прекрасный.
Было… задумчиво повторила ангелесса.
Давай, все проблемы завтра!
Хорошо. Хотя с рассветом они никуда не рассеются.
Спи! – Демьян чмокнул Кристину в лоб. Я сейчас.
Он встал, накинул рубашку, несколько не смущаясь, что она всего лишь немного ниже спины, и вышел из комнаты.
Кристина была уже не в состоянии держать открытыми слипающиеся глаза. Она кивнула вслед уходящему Демьяну, свернулась калачиком и мгновенно заснула.
Демон вышел на веранду. Ветер. Горячий и охлаждающий одновременно. Он напроказничал в море, поднял волну. Белые буруны тут и там поблескивали в лунном свете. Волны с маниакальным упорством бились о прибрежные скалы. Вода точила камень. Время питало силу.
Демьян вдохнул полной грудью. Сила. Первородная сила. И магии не нужно чтобы почувствовать мощь несущейся по волнам энергии. Она дразнила и манила демона, будила в нем дракона.
Трансформация прошла намного быстрее, чем в прошлый раз. Лететь, лететь, лететь! Крылья сами распахнули свои объятия сумраку и подняли Демьяна в небо. Лунная дорожка ласково протянула свои лучи к сыну ночи. Чешуя, играя и переливаясь, засверкала в серебре полночного света. Дракон взмахнул крыльями и устремился в темноту.
Не отдавая отчета времени, Демьян кувыркался в небе над Ласточкой. Взмывал вверх и падал стрелою вниз, бросался на штурм прибрежных скал и отлетал обратно, словно хотел увидеть конец горизонта. Каменный орел удивленной букашкой поглядывал на развлекающегося дракона. Молод. Да, молод! Это не порок, это счастье чувствовать, испытывать эмоции, любить!
Хорошо летаем! – сквозь свист ветра в ушах расслышал Демьян. Где-то слева. Кто? В километрах от берега, в небе, кто смог? Кто посмел?
И не говори! Всякие нахалы резвиться мешают, раздался второй голос. Уже справа. Может, закруглимся? Сил моих больше нет за вами гнаться. Горбатый подтверди, видел бы меня Претемный Дряньсонтеналь! Тройку у него на зачете по левитации еле выпросил. Да я сегодня на магистра налетал!
Демьян оглянулся – Ганс и Страстостеналь, темный эльф с Демьянова курса. Махнул в приветствии головой и направился на посадку. Троица приземлилась на прибрежной скале, прозванной романтическими земами Парусом. Места на ней и для рукокрылых было маловато, поэтому, Страстостеналь немного передохнув, молча спикировал на берег, оставив друзей разбираться.
Хорошо летал, начал Ганс.
Повторяешься!
Полетели домой.
Не могу. Пока.
А надо. Если мы сейчас не отправимся, через пару часов здесь будет все твое обеспокоенное семейство в полном составе.
Сдал?
Это не он сдал, это твоя неугомонная мамочка нас расколола! – встрял Страстостеналь, оседлавший на берегу каменного Орла. Последнему нахальный пассажир явно не нравился.
А ты не подслушивай!
Да вы так орете, что вас невозможно не услышать!
Я выследил тебя, твоя великолепная мамочка – меня. Как она к файлу по М-каналу умудрилась еще и Ищейку прицепить – ума не приложу. Я и так сутки следы путал. Впрочем, зря. Нам нужно спешить, если ты не собираешься до конца своей скучной послежизни скрываться в Среднем мире.
Не планировал, глаза дракона полыхнули огнем, но намерен…
Отмстить? Глупо. Разобраться с ситуацией целесообразнее.
Я хотел пройти через Тоннель Коктебеля. Позже.
На заставе кроме обычных сторожевых бесов выставили пост.
Я же умер?
Некоторые в этом сомневаются. Летим.
Полчаса – отдам распоряжения прислуге…
Пять минут, прервал его блондин, – Поцеловать на прощание. Мы ждем.