Страница 17 из 32
Энни нахмурилась.
— Настоящий джентльмен вообще не стал бы заводить разговор на эту тему и уж тем более не подглядывал бы за мной… как подросток в щелочку женской раздевалки.
— Энни, я всего лишь мужчина, а у тебя великолепная фигура. — Брайан обезоруживающе улыбнулся, словно это его оправдывало. — К тому же я никогда не претендовал на звание джентльмена.
Энни хотела уйти, но он схватил ее за руку.
— Ну же, поплавай со мной, — хрипло попросил Брайан. — У меня тоже нет с собой плавок.
Серые глаза неведомой силой удерживали ее взгляд, и внезапно раздражение Энни прошло, а с ним и смущение. Она представила, как они, обнаженные, скользят рядом в теплой воде, касаясь друг друга, и ей стало жарко от желания. Энни хотелось, очень хотелось отбросить осторожность, но, вспомнив мотылька, порхающего вокруг пламени, она решительно отстранилась и прошептала:
— Брайан, это не самая удачная мысль.
— Почему?
— Уже поздно, мы оба устали и…
Брайан протянул руку куда-то за ее спину, щелкнул выключателем, и терраса и бассейн погрузились во мрак.
— И завтра нам нужно иметь ясные головы, — закончила Энни уже менее уверенно.
— Ты всегда такая рассудительная?
Насмешливые нотки в голосе Брайана кольнули Энни. Она посмотрела ему в глаза.
— Только когда необходимо.
Брайан медленно поднял руку и отвел с ее щеки прядь волос.
— Ты ведь знаешь, что я тебя хочу? — прошептал он.
От его прикосновения кровь Энни вскипела. Да, она знала, что Брайан ее хочет, а даже если бы не знала, то поняла бы по хищному блеску его глаз. Она и сама желала его не меньше, ее сердце билось так, словно хотело выпрыгнуть из груди, каждый нерв натянулся и звенел от желания, все тело налилось томлением. Борясь с предательской слабостью, Энни все же сумела пробормотать:
— Брайан, помнишь, что я говорила раньше? Короткая интрижка — не для меня.
— Потому что ты старомодная девушка? — чуть насмешливо уточнил он.
— Да, поэтому. Но не только. Мы с тобой по разные стороны баррикад.
— Но ведь мы не обязательно должны находиться по разные стороны, не так ли? — прошептал Брайан.
Он очень медленно опустил голову и коснулся губ Энни своими. Энни колебалась лишь секунду, а потом ответила на поцелуй. Искры, проскакивавшие между ними, слились воедино, Энни охватило пламя возбуждения, и как-то сразу думать стало очень трудно, почти невозможно. Энни только и могла, что обвить шею Брайана руками и прижаться к нему, наслаждаясь его близостью. Он стал целовать ее шею, потом распахнул пеньюар и стал ласкать груди, прикрытые теперь только тонким шелком ночной рубашки.
Энни прерывисто ахнула, ее соски мгновенно отвердели.
— Какая же ты красивая… — прошептал Брайан.
— А ты очень умелый соблазнитель, — пролепетала она.
Брайан спустил с ее плеч пеньюар, который, соскользнув по рукам, упал возле ног Энни голубой шелковой горкой. Энни осталась в ночной рубашке, державшейся на плечах лишь с помощью тонких бретелей. Брайан стал покрывать их нежную кожу поцелуями. У Энни кружилась голова. Никто еще не целовал ее так, губы Брайана, одновременно и мягкие, и настойчивые, заставляли ее забыть обо всем.
— Кажется, ты собирался купаться? — прошептала она.
— К черту бассейн, пошли наверх, — прохрипел Брайан.
Энни пробежала пальцами по его упругим, коротко стриженным волосам и хрипло согласилась:
— Да, пошли наверх.
Брайан поднял ее на руки и понес в дом. В этом было нечто дикое, первобытное и невероятно волнующее. Энни обняла его за шею и уткнулась лицом в рубашку, вдыхая аромат его одеколона и упиваясь его силой. Все в ней трепетало от предвкушения. Где-то на обочине сознания возникла мысль, что она играет с огнем, как тот мотылек, но робкий голос здравого смысла не только не охладил ее желание, а, наоборот, каким-то образом сильнее подстегнул его.
В спальне они не стали включать лампы, им хватило лунного света, пробивающегося в щель между занавесками и окрашивающего всю комнату в призрачные голубовато-серебристые тона. Брайан опустил Энни на кровать. Она смотрела, как он раздевается, и у нее возникло странное ощущение, будто все это происходит не на самом деле, а в эротическом сне. Рубашка Брайана полетела на пол, Энни залюбовалась рельефными мускулами его груди и плеч. Брайан сел на край кровати и стал расстегивать ремень на джинсах.
Возбуждение Энни переросло в нервное ожидание. Она протянула руку и коснулась его плеча.
— Брайан…
Он оглянулся и прочел в ее взгляде волнение и испуг. Так и не сняв джинсы, Брайан пододвинулся к Энни, и, когда он прижался к ней, она отчетливо почувствовала каждый мускул его сильного тела. Он погладил ее по волосам и заглянул в глаза.
— Что творится в твоей хорошенькой головке?
— Мне вспомнились все причины, по которым нам не следует это делать.
— Иногда не стоит анализировать слишком глубоко.
— Хочешь сказать, что мне нужно расслабиться и наслаждаться моментом? — спросила Энни. — И совсем не думать о наших отношениях?
— В том, чтобы наслаждаться настоящим, нет ничего плохого.
Брайан поцеловал ее в губы. Страстный, требовательный поцелуй словно разорвал внутри Энни какую-то невидимую нить, у нее возникло ощущение, что ее столкнули с борта самолета, а парашют пока не раскрылся, и она парит в бездне. Наслаждаться моментом — это прекрасно, но беда в том, что ей нужно нечто большее, чем мгновения наслаждения в объятиях Брайана Пирса. Ей нужно гораздо больше.
Кажется, я в него влюбилась, вяло подумала Энни. Влюбилась… Влюбилась?! Ее сознание внезапно прояснилось, и она похолодела от страха.
— Брайан, нам не стоит это делать, — задыхаясь, прошептала она.
Энни уперлась ладонями в его крепкую грудь, но применять силу ей не пришлось — Брайан тотчас отодвинулся. Энни быстро перебралась на другой край кровати и села, свесив ноги.
— Почему, Энни?
— Потому…
Энни беспомощно посмотрела на него. Брайан Пирс — не тот мужчина, в которого стоит влюбляться, если, конечно, не хочешь оказаться с разбитым сердцем. Когда дело касается женщин, он непостоянен, ему нравится процесс ухаживания и, конечно, нравится заниматься сексом, но глубокая привязанность, взаимные обязательства — это не для него.
— Так почему же?
— Просто не стоит, и все.
Энни отстраненно отметила, что ее голос прозвучал безжизненно — наверное, потому, что она пыталась подавить бушевавшие в ней противоречивые чувства.
— Я переживаю из-за папы и все время думаю о предстоящем разговоре. Я помню, ты обещал дать ему несколько дней, но этого может оказаться недостаточно.
— Понятно.
Тон Брайана разительно изменился, вместо нежности в нем теперь звучал металл.
— Что тебе понятно?
— Ты все еще любишь Майкла, но в конце концов решила, что не грех воспользоваться своим прекрасным телом, чтобы выторговать более выгодные условия сделки.
Энни невольно поморщилась от его жестких, холодных слов. Она вдруг увидела свое поведение глазами Брайана — увидела и ужаснулась.
— Брайан, ты ошибаешься, — попыталась исправить положение Энни. — Я говорила тебе утром, что я не такая, и…
— Опять песня про старомодную девушку? Энни, один раз я уже поверил в эту чушь, но не ожидай от меня такой глупости дважды.
— Брайан!
— Скажи, Энни, что тебя больше волнует: судьба отца или твоя доля акций компании?
От лица Энни отхлынула кровь.
— На какую конкретно помощь ты рассчитываешь? — продолжал допытываться Брайан.
— Тебе лучше уйти, — процедила Энни.
Он покачал головой.
— Что, задел больную струну? Знаешь, странно, но я все еще тебя хочу. — Его взгляд жадно обшарил ее тело, прежде чем остановиться на лице, которое из бледного снова стало пунцовым. — Может, причина в том, что я нашел в тебе родственную душу? Как и я, ты знаешь, чего хочешь, и готова на все, чтобы это получить.
Он протянул руку и погладил ее по щеке. Этот нежный жест до странности не вязался с холодом, которым веяло от его слов. К стыду Энни, ее тело мгновенно отреагировало на прикосновение Брайана новым всплеском желания. Презирая себя за слабость, она отшатнулась. Вот бы Брайан посмеялся, если бы знал, какие эмоции обуревают ее в действительности!