Страница 116 из 128
— Но они хотят протащить и своих друзей! А там и дети пойдут…
— Ну и что? — из какой-то Черной Дыры вылез Хронос с мотком проволоки на плече. — Тут все разваливается, я один не справляюсь. Спасибо внучке Андромеде, хоть она помогает.
— А там, — махнула рукой Миллика в сторону Моста Богов, — Работы на тысячи тысяч лет. Знаем, Бог времени, сто раз уже повторял.
— Ну, когда этот Мост вам на дурные головы рухнет, тогда попомните.
— А что, так серьезно? — снизу показалась голова Бога ветра и ласково потерлась о ноги Миллики.
— Ратри проезжала, конь ее провалился и ногу сломал. Она от неожиданности аж копье свое выронила. Как вниз не упала, просто ума не приложу.
— Это действительно серьезно. — нахмурилась Миллика. — Так что, не будем тянуть с этими смертными? Что Нить Судьбы выдаст, то пусть и будет?
— Да вот не хочется мне этого чернокнижника пускать. У нас уже есть Бог смерти. — Гуннора посмотрела вниз.
— А нам и одного много, — согласно кивнула Миллика. — Да вот что-то без него никак не вытанцовывается…
— Это точно, — дохнул Бог ветра.
— Собираем всех наших? — предложил Хронос, — Такие дела в одиночку не решаются.
— Придется. — Покровительница женщин вздохнула и потянулась. — А чего это наша пра-пра-правнучка Элеанор ну никак не идет на контакт?
— Ну-ка, ну-ка. — Хронос глянул вниз, затем на медленно распускающийся моток Нити Судьбы, и опять прищурился вниз, что-то разглядывая.
— Ага… вот тут, — он ткнул пальцем в моток, — Можно сжульничать. Только надо кому-то вниз смотаться.
— Да я враз, деда.
— Дуй себе в свои паруса и тучи гоняй. — нахмурил брови Бог времени. — Тут потоньше надо. Либо Андромеда, либо Ратри. Внучка моя там Зеркало штопает. Ну, выходит, в темноте и сделаем дело.
— Благо Ратри — богиня ночи. — улыбнулась Миллика.
— Вот и ладушки — выпрямился Хронос и кивнул Богу ветра. — Собирай наших. Если чего лучше не придумаем — пусть Ратри и отдувается.
Над холмистой равниной Эль Зофр светила полная луна. На вершине каменистого бугра двое гномов разложили инструменты и припасы. Вокруг горна и наковальни, в которую были вставлены черепа демонов, ярл начертил диковинную тринадцатилучевую звезду. Окончил выверять углы, окинул взглядом свои магические принадлежности. Глянул на луну — поднялась ли.
— Ну, бородатые, покурим пока. Я времени на дорогу с запасом взял, еще чуть рановато.
Гномы принюхались к клубам дыма, и достали свои коротенькие носогрейки.
— Не угостишь табачком, ярл? Оченно он у тебя забористый.
Ярл по своему обыкновению, не скупердяйничал. — Угощайтесь, бородатые. Это правда, что вы оба — лучшие из лучших кузнецов?
— Правда. — кивнул седой гном, что постарше. — Вместе, конешно, не работали. Но это не помеха.
Второй гном кивнул. — Только вот берет меня сомнение — как же это можно — сковать клинок из серебра, Мрака и лунного света? Дело-то неслыханное…
— И то верно. Думаешь, выйдет, чернокнижник?
— Надо, чтоб вышло. Иначе позор всему гномьему роду. И мне. А многим и многим погибель лютая. — ярл глянул на луну, огляделся.
— Ждем кого?
— Не знаю. Тут еще кое-что надо. Но вроде ЭТО должно само прибыть. Звезды говорят так.
— Чудно говоришь, колдун.
— Не ворчи, не ворчи, борода. Вам заплачено. К тому же что, самим неинтересно попробовать?
— Да как не интересно. — проворчал старший гном. — Только поэтому и пришли. А золото — так, тьфу.
Королева гуляла по Новому Лесу, проверяя работу молодых эльфов. Придирчиво оглядела каждое заклинание, дернула за связующие скрепы. Вроде неплохо. Весну встретили как надо. Вон и цветы первые. Да пахнут-то как!
Элеанор улыбнулась, припомнив сияющую и ароматную малышку Лот. И этакие лапочки — в подданных у некроманта! Правда, язычок у нее действительно как бритва. Как скажет — и обидно, а не возразишь. Перетащить их к себе, что ли? Но эта очаровательная хулиганка клянется, что обратно дороги не найдет. Да и где же искать тайное укрывище чернокнижника? Разве что с этими двумя дану поговорить…
Заметив, что уже поздно, повернула во дворец. Но когда взошла луна, Элеанор поняла, что далековато забралась, и свернула на тайную тропу. Однако, сделав пару шагов, споткнулась о невесть откуда взявшуюся длинную палку, и полетела куда-то в темноту, здорово рассадив руку о что-то острое.
— Ну, наддай жару! — пыхтел ярл, подгоняя тончайший баланс сил.
— Не выходит, ярл! Расползается все. — мокрые гномы терпеливо вбивали Мрак в серебро на наковальне, стоящей в свете луны.
— Пробуем еще раз, и пусть нам поможет Богиня ночи! — захрипел ярл и опять чего-то сыпанул в жар горна, и брызнул с запястья на наковальню несколько багрово-черных капель.
— Да помогу, помогу. — неслышно раздался молодой голос. На холм въехала тень. Женщина на коне. Всадница наклонила свое копье — и с его навершия на поковку, по которой стучали гномы, упала одна-единственная капля.
— Держи, сын Тьмы! — радостно и страшно заорали гномы. — Кажись, вышло! Еще чуток… Качай сильней!!! Есть!
На чернокнижника было тошно даже глянуть. Но, повинуясь его воле, демоны, заключенные в наковальню, сделали свою часть работы. А гномы объединили и удержали под молотками все три силы.
— Ну, дела. — смахнул пот младший. — Сам Дьюрин не постеснялся бы такой работы…
— Не дайте остыть — быстро проговорил ярл, глядя на раскаленный металл. — отделите часть, которую надо для хорошего кинжала. Так. А из этого сделайте четыре подковы. Да наилучшие, со звоном.
Гномы взяли другие молоточки и уже проворно стучали. Затем быстро ухватили щипцами и окунули в бадейку темно-красной, почти черной жидкости, в происхождении которой никто и не сомневался. Когда подковы вытащили, то оказалось, что они излучают бледное серебристое сияние. Ярл принял чудесные изделия на кусок чистого холста, встал прямо и, вытянув руки вперед, склонил голову.
— Прими наш скромный дар, Хозяйка.
Изумленные гномы увидели, как подковы одна за одной исчезли. Бородачи даже бухнулись на колени, а потом все трое почувствовали, как их коснулось легкое и ласковое дыхание Ночи. А затем с холма съехала невидимая всадница на коне с мелодично и нежно позванивающими подковами.