Страница 34 из 69
Нет, такой вариант меня тоже не устраивал, но даже этот факт не мог усмирить мой гнев.
Проблемы походили на снежный ком, становившийся все больше с той минуты, как я спасла
Марку жизнь. Сейчас смерть вновь казалась далекой и чужой, но серьезный разговор с Ильей становился суровой реальностью. Словно в подтверждение моих мыслей по квартире разнесся настойчивый дверной звонок, заставивший нас застыть на месте и позабыть на время о разногласиях. Мы с Маркой опасливо переглянулись, застигнутые врасплох.
- У нас гости, - радостно потер руки Марк, направляясь в коридор.
- Не открывай, пожалуйста. Не нужно. Марк! Прошу! - Я потянула вперед, но застонала, ощутив, как напрягся позвоночник и что-то громко хрустнуло.
Следом раздался щелчок замка и приглушенный разговор, состоявший из пары брошенных друг другу фраз. Мне оставалось только надеяться, что это беспокойные соседи, которым опять не хватило соли и яиц для кулинарных шедевров. Через минуту все утихло, и я не могло понять, сумел ли мужчина выпроводить незваного гостя или нет. По коридору разнесся звонкий стук каблуков, и все мои надежды рухнули разом. В дверном проеме гордая и величественная стояла
Роза Львовна, при виде меня вопросительно скинувшая бровь и скрестившая на груди руки.
Могла ли ситуация оказаться хуже? Я в этом сомневалась.
Глава 12
'Каждый день - это игра, спектакль, который мы играем для других, а они - для нас. В конце
дня мы заслуживаем либо овации, либо разгромную критику - посредственный сценарий,
бездарное исполнение, любительская работа... Но только не все понимают, что это шоу не
просто постановка, на кону человеческие жизни. Здесь нельзя повторить все вновь, проиграв
сцену с самого начала, а грим въедается в кожу, становясь нашими масками навечно. Но
победителя ждет слава, увековеченная в веках'.
Мое кружевное бюстье, разбросанные простыни, полуобнаженный Марк, маячивший за спиной дамы, приглушенный свет. Ситуация была до омерзения прозрачна. Я только открывала и закрывала рот, пытаясь придумать хоть что-то, подходящее случаю, даже забыв прикрыть свою грудь.
Роза Львовна притопнула носком туфли, прямо как истинная ведьма, а потом хмыкнула себе под нос, переводя взгляд с меня на мужчину.
- Очень любопытно, так вот как ты болеешь. А он, наверное, твой лечащий врач?
- Так точно, - ответил Марк, даже не пытаясь сдержать улыбку. Кто бы сомневался, что он находил все это забавным. - Как видите, Астра уже идет на поправку.
Женщина резко развернулась на его голос, смерив презрительным взглядом, а потом кивнула, ее идеальная прическа даже не шевельнулась, словно искусственная. Почему-то в тот момент в моей голове крутился только один вопрос - сколько же лака она выливала себе на голову каждое утро?
Несколько секунд продлилась напряженная тишина, а потом Роза Львовна просто ушла, обойдя Марка так, чтобы не коснуться его обнаженного торса, совершенно ничего не сказав. Я проводила ее потерянным взглядом, дождавшись, когда хлопнет входная дверь. Марк тоже молчал, словно давая мне время прийти в себя. Черт, это давалось непросто.
- Что это было? - наконец поинтересовался мужчина, кивнув в сторону коридора.
- Моя свекровь, - простонала я, прикрывая лицо ладонями. Стыд слегка припозднился, но от этого не стал менее удушливым. - Господи, что она подумала, увидев это?
- Что мы всю ночь и утро проверили в постели, знаешь, ты и правда выглядишь слегка истощенной. - От его голоса у любой бы девушки по коже побежали мурашки, но не у меня, полностью погруженной в пучину самобичевания. - Здесь то и особой фантазии не нужно.
- Зачем ты ее вообще впустил? Я же тебе говорила. Теперь она все расскажет Илье.
- А что ты предлагаешь? Ты бы не открыла дверь, она вполне могла бы вызвать милицию, чтобы удостовериться, что с тобой все в порядке - вдруг ты поскользнулась в душе и твой труп уже начал разлагаться. А нам не нужно лишнее внимание.
- Ну, извини, - прокричала я, едва не переходя на визг. - Моя жизнь слишком скучна для тебя и идеальна? Какого черта ты пытаешься расстроить мою свадьбу?
- О, не нужно истерик, - помрачнел Марк, став вновь похожим на пугающего незнакомца, обрекшего меня однажды на верную смерть. - Ты действительно считаешь, что во всем произошедшем моя вина? Жених, который даже тобой не интересуется, свекровь, похожая на злую фею Бастинду. Это, по-твоему, идеальная жизнь? Детка, не хочу тебя расстраивать, но хватит заниматься самообманом. Он тебя не любит, ты его не любишь, зачем трепать друг другу нервы?
Стоило дать ему приз за проницательность, но при этом он слишком мало понимал, смотря на все однобоко, с позиции своего превосходства.
- Замечательная лекция, - ответила я, встретившись с ним глазами - блеск изумрудов сейчас слепил как никогда. - Но не помню, чтобы я нанимала тебя в качестве семейного психолога. Не лезь в мою жизнь.
Больше всего меня злило то, что он знал правду, Марк видел ее даже сквозь все иллюзии, фантазии, которые я так упорно строила. Обычно люди верили всему, что видели, но не этот незнакомец, за столь короткий срок успевший разглядеть истину. Это обижало, словно он понимал, насколько я ничтожна за пределами мнимого счастья.
- Я не хотел тебя обидеть, - вдруг тихо проговорил Марк, словно ему действительно было жаль. - Мы можем поговорить об этом позже, когда тебе станет лучше.
- Мы не будем об этом говорить ни сейчас, ни потом. Ты просто развернешься и скроешься в соседней комнате, и не будешь из нее высовываться. Вообще.
- А в туалет?
Я не оценила шутки, бросив на него рассерженный взгляд.
- Ладно-ладно, - сдался он, примирительно вскинув руки. - А что если тебе что-то понадобится?
- Не считай меня такой беспомощной, я справлюсь. - Возможно, это было и не такой уж правдой, но мне больше не хотелось находиться с ним в одном помещение. Он слишком многое о себе возомнил, и принес в мою жизнь достаточно несчастий. - Просто уйди с моих глаз.
Марк хотел сказать что-то еще, но промолчал, развернувшись и выйдя из комнаты. Я обессиленно откинулась на подушку, стараясь не думать, что боль в позвоночнике становится только сильнее, а вскоре дойдет до своего пика, заставив меня кричать и молить об обезболивающем. Не стоило надеяться на то, что кто-то поможет, как бы Марк ни притворялся заботливым мальчиком, он преследовал свои собственные цели, пытаясь вернуть к жизни личную грушу для битья. Кто еще мог брать на себя удар, вставая для него на линию огня?
Правда, он не понимал, что я не была такой уж бессмертной.
И что ждало меня в будущем? Как долго можно было притворяться, что все хорошо и до сих пор идет по накатанному плану? Проблема состояла в Марке, по крайней мере, я хотела в это верить. Глупо было уже сожалеть о его спасении, потому что кто бы смог оставить умирающего человека, просто пройдя мимо? Мне не удалось, и вот что из этого вышло. Возможно, сама смерть преследовала его, в итоге решив погоняться и за мной. Марк был опасен и сейчас находился в моей квартире, просто магнит для неприятностей. Мне стоило избавиться от него, не важно как, лишь бы этот мужчина оказался подальше отсюда. Страшно было подумать, во что могла превратиться моя жизнь в ближайшее время его стараниями. Я до сих пор даже не представляла, когда полностью восстановится и тело, и что придется сказать Илье, чтобы он поверил в мои странные истории. Никто не смел вмешиваться в мою судьбу и разрушать все на корню, кроме меня самой.
Следующий час ушел на попытки встать на ноги. Я стискивала зубы, сжимала кулаки, пытаясь победить боль, но она просачивалась на поверхность, словно издеваясь надо мной. Ноги не слушались, словно у тряпичной куклы, мне не хватало только веревочек и кукловода. Первый же шаг закончился провалом и моей встречей с твердым полом, который к еще большему ужасу никто давно не пылесосил. Я смахнула со светлого паласа с геометрическим рисунком крупный мусор, чтобы он не лип к лицу и попыталась подняться, подтянувшись и облокотившись спиной о кровать. Сломанная кукла.