Страница 33 из 69
- Лучше не двигайся, - предупредил меня строгий голос, но я все равно повернула голову на звук, услышав в позвоночнике характерный хруст, он отдался в шее острой болью. - Я же говорил.
Я застонала, чувствуя в теле невероятную слабость, словно прошлый день целые сутки бегала марафон - каждая клеточка ныла, напряженная до предела. Этому стоило порадоваться, потому что до этого мне была недоступна и такая мелочь.
Марк резко прыгнул на матрац, заставив меня подскочить, и положил руки по обе стороны от моей головы, приблизив свое лицо к моему. Странно, но его губы расплылись в улыбке, сделав резкие аристократические черты мягче, меняя мужчину до неузнаваемости, даже делая его моложе, чуть ли не одного со мной возраста.
- Я же предупреждал. - Его холодные пальцы коснулись моих висков, медленно поворачивая голову из стороны в сторону. Я схватилась за его запястья, заставляя чуть-чуть замедлиться и в итоге остановиться. - Тише, не бойся, моторика уже восстанавливается. Поразительно. Как себя чувствуешь?
- Хочу пить. - Снова начало саднить горло, словно я целую неделю путешествовала под палящим солнцем по пустыне Сахары.
Марк кивнул, тут же отстранившись и вернувшись уже со стаканом прохладной воды, в которой плескались кубики льда. Каждый глоток приносил невероятное облегчение, возвращая прежние силы. Этот подъем нельзя было сравнить ни с чем, каждая секунда давала новую жизнь. Я поджала губы, стараясь вновь не расплакаться - в тело вновь вернулась сила!
Движение.
- Я же говорил, что все пройдет, - усмехнулся Марк, и мне не удавалось узнать его, что-то в нем изменилось, словно пала невидимая вуаль, сделав его человечнее. Я даже не знала радоваться этому или испугаться - Тебе стоит еще отдохнуть.
- Я не устала. - Мне расхотелось валяться в кровати, притворяясь беспомощной. Сам факт, что я могла двигаться и не использовала эту возможность, казался кощунством. Первая же попытка принесла слабость - мышцы еще не пришли в норму. - Помоги подняться.
Марк не стал спорить, откинув в сторону одеяло, и меня неприятно удивил тот момент, что он снял с меня одежду, оставив в черном кружевном белье, которое подарила на прошлое день рождения Маша, с припиской, чтобы я испытала его на Илье. Стоит ли рассказывать, что случай так и не представился?
Казалось, его нисколько это не волновало, мужчина подхватил меня подмышки, подтягивая выше и подкладывая под спину несколько подушек. Нагрузка на позвоночник увеличилась, но я старалась не морщиться, чтобы не показать, насколько все далеко от совершенства.
- Посиди так, но недолго, уйдет немало времени на восстановление. Что-нибудь болит?
- Нет. - Мне не нравился его заботливый тон, словно он говорил с маленьким ребенком, который мучается от простуды. - Поможешь мне встать?
- Нет, тебе лучше воздержаться от прогулок какое-то время, - ответил Марк, поднимая мое запястье и проверяя, как работает сустав, который до этого видимо был сломан, потому что темный обод, напоминающий тонкий нарисованный браслет, еще не до конца сошел, став желтовато-зеленым. - Я принесу тебе что-нибудь перекусить, нужно восстанавливать силы.
Он оставил меня одну, скрывшись на кухне, откуда донесся звук воды и стук металлической посуды. Я сосредоточилась на своем теле, чтобы убедиться, что чувствительность вернулась полностью. Пришлось полностью откинуть одеяло, чтобы увидеть, как медленно шевелятся пальцы на ногах. Это было невероятно, но энергия действительно помогла мне, не только остаться в живых, но и полностью восстановить силы, избежав участи калеки. Теперь боль казалась незначительность и даже желанной, я не хотела вернуться к той пустоте, что оставила меня брошенной и беспомощной. Что угодно, только не это.
Марк вернулся через минут пятнадцать, неся в руках серебряный поднос, который, вероятно, откопал в запасах бабушки, хранившей подобные вещи, как историческую ценность. Я смущенно прикрылась, хоть и понимала, что смотреть здесь особо нечего, кроме бледного худощавого тела, обтянутого черным кружевом.
На тарелке лежал омлет с овощной начинкой, а рядом - кружка чая, от которой шел стойкий запах корицы. Голода не было, но чтобы не показаться стервой, я взяла вилку, лениво ковыряясь в еде. Аромат повис в воздухе, раздражая вкусовые рецепторы, но сама ситуация казалась абсурдной - зачем ему заботиться обо мне? Сама мысль, что у него были на мой счет особые планы, лишила аппетита.
- Не вкусно? - нахмурился он, наблюдая за моими неторопливыми движениями и слушая раздражающий стук металлической вилки по фарфоровой посуде.
- Нет, все очень вкусно, - поспешно ответила я, проглатывая очередной кусочек омлета. - Ты - кулинарный гений.
- Тебе звонила Маша, и я сказал, что ты свяжешься с ней позже, - как ни в чем не бывало отметил Марк, усаживаясь на край кровати.
- Ты сказал что? - Вилка так и застыла у рта, я просто не могла никак понять, говорит он правду или шутит, желая меня позлить.
- А что, милая девушка. Мы отлично побеседовали. Знаешь, ей стоит хоть иногда замолкать.
Эта история про торт... просто нет слов. - Его губы растянулись в ленивой улыбке. - Надеюсь, ты понимаешь, что такие вещи не используют как прототип для сладких тортов в несколько этажей бисквита и сливок, у него есть свое исключительное назначение.
- Без тебя и не догадывалась. - Мне пришлось опустить глаза, лишь бы не видеть его самодовольное выражение лица. - Как ты вообще объяснил, что делаешь в моей квартире?
- А что? Она волновалась за тебя. Я оставляю за тобой право объясняться, хотя, ты вряд ли сможешь ее переубедить - девушка просто уверенна, что ты развлекаешься с любовником. Черт, неужели у тебя все так серьезно и ты выходишь замуж?
- Да, - вскинула я подбородок, надеясь и сама поверить в сказанное. - Мы встречаемся почти два года и собираемся пожениться. Что тебя так удивляет? Не видел счастливых пар?
- Отчего же, - хмыкнул Марк, пожимая плечами. - Но меня последнее время волнует один вопрос - где он? Почему его нет здесь, когда ты в этом так нуждаешься?
- Потому что ты здесь. Илья не потерпит твоего присутствия, а я не хочу скандала. - Пускай это было полуправдой, но мне не хотелось, чтобы мужчина узнал всю историю о моих отношениях с женихом. Казалось, Марк уже о чем-то догадывался, об этом говорил прищуренный взгляд с едва уловимой насмешкой.
- Илья... - Его голос заледенел, выдавая неприязнь. - Я от него не в восторге. Что-то он не особо о тебе волновался.
- О чем ты? - В душе шевельнулось нехорошее предчувствие. Я опустила вилку и отодвинула тарелку с едой, сверля мужчину тяжелым взглядом. - Когда ты его видел?
- Я его не видел. - У меня вырвался облегченный вздох, моя свадьба могла оказаться под угрозой, узнай Илья о существование Марка. - Мы с ним мило побеседовали по телефону, пока ты спала. Не понимаю, что тебя в нем привлекает. Любишь немногословных интровертов с синдромом депрессивного фанатика?
- Что ты ему сказал? - Мое сердце замерло, обратившись в камень, а к лицу прилила кровь, обдав кожу настойчивым жаром. - Твоя мать, Марк, какого черта? - В голове крутилась куча нецензурных ругательств, но мне никак не удавалось их сформулировать.
- Лишь то, что ты сейчас не можешь подойти к телефону, - рассмеялся мужчина, блеснув белыми зубами. - А тут действительно становится жарко.
Я стиснула зубы, чтобы не закричать в истерики, когда Марк расслабленно потянулся, стягивая через голову светлую футболку, вновь оставаясь в одних спортивных брюках. Это обозлило меня только сильнее, я шевельнулась, но почувствовала, что тело болезненно заныло, даже не двинувшись на кровати. Он знал, когда именно сообщать мне плохие новости, издеваясь над совершенно беспомощной девушкой.
- Зачем? - Мой голос упал до низких всхлипом, отчего так тяжело было взяться себя в руки. -
Зачем ты портишь мне жизнь?
- О, извини, - театрально возмутился Марк. - Ты находилась при смерти, так что с моей стороны это было просто непростительно отвечать на звонки. Лучше, если бы они пришли и увидели тебя всю поломанную и едва дышащую?