Страница 36 из 70
— В моём мире по сравнению с твоим насилия куда меньше, — настаивала она.
Спейд вздохнул.
— Нет, дорогая. Просто разные причины для него.
— Рэнди умер, потому что я привела его в ваш мир. Он был бы жив сейчас, если бы я не открыла его ему!
В её аромате ясно выделилась боль, а голос сбивался от горя, вины и гнева. Эмоции, которые Спейд знал слишком хорошо.
— Если я правильно помню, Рэнди и Криспин были друзьями уже полгода до того, как вы даже встретились. Рэнди был в этом мире прежде, чем ты его узнала.
Она отвернулась, но не раньше, чем Спейд успел заметить блеск слёз в её глазах.
— Это моя вина, что он умер. Я позволила ему пойти наверх одному, слышишь? Я позволила ему пойти одному, потому что была трусихой. Если бы я пошла с ним, я могла бы прикрыть его. Я могла бы предупредить его, дать ему шанс убежать —
Спейд схватил её за плечи, крепко удерживая.
— Семнадцать вампиров и упырей умерли во время этого нападения, некоторые из них были Мастерами. Те существа были слишком сильны, слишком быстры. Если бы ты поднялась с Рэнди, ты не спасла бы его. Ты просто умерла бы вместе с ним.
Дениз не пыталась оттолкнуть его. Она просто стояла там, опустив голову и вдыхая воздух рваными всхлипами.
— Тогда это именно то, что я и должна была сделать. Рэнди умер, пытаясь спасти меня. Я должна была сделать то же самое для него.
— Ты осталась внизу, потому что ты была умна. Он умер, потому что был глуп, — ответил Спейд, игнорируя её судорожный вздох на его безжалостный анализ. Теперь он развернул её к себе лицом. — Он не должен был оставлять тебя. Он должен был быть с тобой. Не в середине кровавой атаки зомби, из которой ни один человек не вышел бы живым. Рэнди принял неправильное решение и умер из-за него. Вот так это было. Это не справедливо, но жизнь в любом мире никогда не была справедлива, ведь так?
— Как ты можешь понять? Ты никогда не терял человека, которого любил, из-за того, что просто стоял и ничего не делал, — сказала она срывающимся голосом.
Он засмеялся, долгим и сладко-горьким смехом. Нет, он потерял Гизельду, потому что не был достаточно быстр. Если бы он выехал несколькими часами раньше тем утром, он мог бы спасти её. А если бы она послушала его, она бы и не оказалась на той опасной дороге. Так близко к месту сражений, в области, изобиловавшей дезертирами армии Наполеона. Он послал Гизельде весточку, чтобы она подождала так, чтобы он мог сопроводить её в шале. Она хотела удивить его. Просто одно плохое, полное благих намерений решение, приведшее к тому, что её изнасиловали и убили.
Нет, жизнь несправедлива в любом мире, ни в человеческом, ни в каком ином.
— Ты понятия не имеешь, насколько я понимаю.
Она резко посмотрела на него, как будто собиралась потребовать, чтобы он объяснил. Спейд ждал. Он никогда не рассказывал о Гизельде, но если бы Дениз спросила, он бы рассказал.
Но она не стала расспрашивать его дальше. Она опустила голову, без слов обхватывая себя руками, прячась от холода. Уходя в свой стыд, так же как и он все те прошедшие, долгие, одинокие полтора столетия.
Утешение не поможет ей. Не поможет и его жалость. Только одна вещь помогла ему выплыть из чувства вины и горя.
— Если бы ты могла вернуться в ту ночь, ты бы по-прежнему осталась в подвале?
Дениз резко вскинула голову.
— Нет. Нет даже через миллион лет.
— Тогда ты уже не тот человек, — сказал Спейд пустым от эмоций голосом. — Ты уже доказала это, приняв больше сущности демона, вместо того чтобы пожертвовать одним из своих родственников. Женщина, стоящая передо мной, уже не та, что я видел в тот самый Канун Нового года. Может, она и потерпела неудачу, но ты её уже не потерпишь, ведь так?
Дениз уставилась на него, и что-то тяжелое и решительное начало расти в её глазах.
— Можешь держать пари, что нет.
Его восхищение ею лишь усилилось. Ему потребовалось больше десятилетия, чтобы собрать такую же силу воли после своей потери. Дениз справилась с этим за чуть более года. Новая волна решимости охватила его. Он должен был сделать её своей. Битва за неё может быть долгой, но было слишком важно сдаться только потому, что это будет нелегко.
— Мы возвращаемся в гостиницу? — спросила Дениз, справившись со слезами.
— Не возвращаемся. На самом деле мы в ближайшее время уедем из Невады.
Она нахмурилась.
— Но поддельные документы, что ты мне сделал, и все остальные наши вещи остались в гостинице.
— Я договорился о том, чтобы наши вещи собрали после того, как мы уедем, а наши документы у меня в кармане.
Дениз бросила на него циничный взгляд.
— Ты продумал всё до последней детали, да?
Не всё, если ты всё-таки обнаружила, что я убил Блэк Джека.
— Пытаюсь предвосхищать события, — было всем, что ответил Спейд.
Она сделала глубокий вдох.
— И теперь мы отправляемся за Вэбом?
— И теперь мы отправляемся за Вэбом.
Мои новые фальшивые имена наматывают в перелётах мили, подумала Дениз, когда они выходили из прохода ещё одного самолета. За прошедшие две недели она пролетела больше, чем за предыдущие пять лет. Вэб, как сказал Спейд, по слухам жил в Монако, поэтому они снова вернулись за границу. Она не знала, что Спейд намеревался сделать, как только найдёт Вэба – позвонит в дверной звонок и спросит, можно ли забрать источник его торговли сверхъествественными наркотиками? Или просто убьёт всех, с кем столкнётся, пока последний оставшийся человек не окажется её неуловимым родственником Натаниэлем?
По правде, она не хотела спрашивать, потому что уже чувствовала себя лицемеркой. В данный момент она осуждала Спейда за убийство Блэк Джека, но он сделал это от её имени. И все остальные, кого он убьёт во время этой охоты за Натаниэлем, тоже будут убиты от её имени. К тому времени, как всё это закончится, её руки будут столь же в крови, как и его, независимо от того, что она продолжала утверждать свою ненависть к насилию. Осознание этого заставило диапазон эмоций Дениз расползтись от вины к расстройству, к страху. Она была такой же убийцей, как и Спейд, и станет только хуже, если им повезёт. Что, если они вообще не смогут найти Вэба?
Или что, если в следующий раз, когда Спейд окажется в смертельной битве, он не будет тем, кто выйдет из неё живым?
Эта мысль терзала Дениз прошедшие два дня перелётов и остановок в гостинице. Вся широта того, каким опасным будет спасение Натаниэля, если они вообще смогут его найти, была подчеркнута реакцией Блэк Джека на её кровь. Первоначально Спейд не хотел брать ответственность поиском Натаниэля, потому что он мог оказаться собственностью другого вампира. Теперь они знали, что всё намного хуже. Натаниэль был не просто собственностью; он был единственным источником очень прибыльной торговли наркотиками, так что, кому бы он ни принадлежал, хозяин не будет колебаться с убийством, чтобы удержать его при себе. Как могла она просить Спейда продолжать попытки найти Натаниэля? Как только он найдёт, шансы Спейда будут столь же мрачными, как у Рэнди, когда он пошёл вверх по лестнице того дома в Канун Нового года.
Разными путями, но она снова оказалась там, где была той ночью: съёживалась в уголке от опасности, пока кто-то другой встречался с монстрами лицом к лицу. Она прошла через это. Спейд был прав: она уже не тот человек, которым была прежде. Если бы только её жизнь была в опасности, она оставила бы поиски Натаниэля и просто продолжила бы скрываться от Раума, живя — и умерев — с метками демона. Но Раум не прекратит искать Натаниэля и в своих попытках убьёт каждого последнего члена её семьи. Если она остановится на прежнем курсе, могут убить Спейда. Если она изменит его, тем самым приговорит всю свою семью к смерти — а всё потому, что их предок хотел сверхъествественную силу и нашёл её у демона.
Кем бы ты ни был, Натаниэль, в сотый раз подумала Дениз, я смертельно тебя ненавижу.
Спейд забрал их сумки, и они направились к выходу из аэропорта. Оказавшись снаружи, Дениз была удивлена, увидев Альтена и другого человека, по-видимому вампира, прислонившихся к припаркованному автомобилю.