Страница 32 из 83
От обиды у меня даже округлились глаза: да как он смеет так думать о Тони! Разве можно ставить его на одну доску с Кэлом! Тони не нуждается в моем обществе по вечерам, у него налаженная, разнообразная жизнь, масса друзей, увлекательная работа, все возможности для отдыха. Ему не приходится томиться от одиночества, пока его жена где-то подрабатывает. Но глядя на лицо Логана, я поняла, что подобные доводы не убедят его. Поэтому я лишь решительно замотала головой в знак протеста и возмущения. Выходит, он так и не нашел в себе мужества, чтобы все забыть и простить меня, он мне по-прежнему не верит!
— Ты все еще поддерживаешь с ним отношения? — внезапно спросил Логан, ревниво прищурив глаза.
— С кем? — переспросила я, окончательно сбитая с толку резкой переменой его умонастроения.
— С Кэлом Деннисоном, конечно же!
Меня всю затрясло от ярости.
— Да нет же! — вскричала я. — С тех пор как я уехала из Уиннерроу, мне о нем ничего не известно. А он даже и не знает, где я нахожусь теперь! И вообще, я не желаю больше о нем слышать!
— Можешь не сомневаться, уж он-то найдет способ узнать, где тебя можно найти, — криво усмехнулся Логан, допил свой шоколад и опустил чашку на стол с такой силой, что та жалобно звякнула, едва не треснув. Вновь пристально взглянув мне в глаза, он произнес чужим и безразличным голосом: — Вот что я хочу сказать тебе на прощание, милая Хевен… Не скрою, мне было приятно повидаться с тобой и узнать, что теперь у тебя все в порядке. Жаль, конечно, что ты не успела познакомиться со своим родным дедушкой, но ведь у тебя есть замечательный приемный дедушка, заботливый и любящий. Ты великолепно выглядишь в своем новом наряде, только я любил совершенно другую девушку. Та девушка умерла в Кэндлуике…
Ошеломленная и больно раненная его словами, я с мольбой в глазах уставилась на Логана, тщетно пытаясь подобрать нужные слова, чтобы убедить его дать мне еще один шанс. Но он уже встал и направился к своей подружке, все еще ожидающей его за столиком возле окна.
Выходит, напрасно я так тщательно готовилась к этой встрече, надеясь потрясти его своим внешним видом! Лучше бы я пришла с нечесаными волосами, в обносках и с синими кругами под глазами от голода, может быть, тогда он и проявил бы ко мне капельку сочувствия.
Чудовищная догадка пронзила меня: значит, Логан никогда и не любил меня по-настоящему! Он всего-навсего жалел сиротку из горного поселка, хотел сделать богоугодное доброе дело! Продемонстрировать широту своей щедрой души!
Мне вспомнились его маленькие подарки — зубная щетка, тюбик зубной пасты, кусочек мыла и флакончик шампуня, взятые им украдкой из аптеки своего отца. Не надо мне было принимать от него эти жалкие подачки! Как же могла я поверить, что нравлюсь ему! Какая же я была дура! Смахнув с лица слезы, я схватила в охапку шубу и сумочку и, стремглав выскочив на улицу, бегом бросилась прочь от кафе, пытаясь на ходу натянуть на себя шубу. Я убегала от человека, к которому всегда стремилась всем сердцем.
Ледяной ветер слепил мне глаза мокрым снегом, я едва не окоченела, пока надевала шубу, задыхаясь и глотая душившие меня слезы. И в эту минуту мне хотелось умереть. Вдруг за спиной я услышала стук ботинок. Резко обернувшись, так что распахнулась моя долгополая шуба, я с ненавистью крикнула ему в лицо:
— Не надо больше меня жалеть, Логан Грант Стоунуолл! Теперь я знаю, почему изменила тебе с Кэлом Деннисоном! Я просто уже тогда инстинктивно чувствовала, что ты не любишь меня! Ты даже никогда не был мне настоящим другом. Ведь я тебе не нравилась, правда? Я все это сама выдумала, потому что остро нуждалась в твоей дружбе и любви! А теперь между нами все кончено, и лучше нам расстаться навсегда! Я не желаю тебя больше видеть! Отправляйся лучше назад в Уиннерроу и там поищи себе другую наивную дурочку, нуждающуюся в твоем сострадании! Таких, что готовы принять твою отвратительную жалость за чистую монету, в Уиллисе еще немало! Какая-нибудь деревенская девушка еще поверит в благородство твоей подлой души!
Выпалив все это, я резко повернулась к нему спиной и побежала за угол дома, где тотчас поймала такси.
«Прощай, Логан, — шептала я сквозь слезы, когда такси отъезжало от кромки тротуара. — Приятно было утешаться сладкими грезами и верить, что ты любишь меня такой, какая я есть, но отныне я навсегда забуду тебя!
Прости же меня, милый, чудесный, обаятельный и талантливый Трой! Ты совершенно не похож на Кэла Деннисона, и, честно говоря, он мне никогда не нравился как мужчина…»
10. Предчувствия
Такси уже въезжало в черные чугунные ворота усадьбы Фартинггейл, а жгучие слезы обиды все еще катились по моим щекам. С трудом подавив их, я велела водителю свернуть на дорожку, ведущую к домику Троя, надеясь встретить его там.
Почти ослепшая от слез и словно бы заново пережив утрату сразу всех дорогих мне людей, отошедших в мир иной, я рассчитывала обрести утешение и покой у своего единственного друга. Боль в моей истерзанной душе не стихала, вновь и вновь пронзала меня ужасная мысль о том, что я потеряла как бы частицу самой себя, расставшись навсегда с рассыпавшимися в прах иллюзиями относительно Логана Стоунуолла.
Увы, ничто не вечно! Никому и ни во что нельзя верить! Кругом лишь обман и ложь!
— Двенадцать долларов и пятьдесят центов, — вернул меня к суровой реальности голос таксиста, которому уже надоело ждать, когда я наконец уйму слезы и расплачусь с ним. Я сунула ему в руку двадцатидолларовую банкноту и выскочила на холод из теплой машины, бросив хрипло:
— Сдачи не надо!
Острые, словно крохотные ледяные дротики, крупинки снега кололи мне мокрое от слез лицо, неистовый ветер рвал волосы, пока я бежала, словно безумная, к коттеджу Троя, и долго безуспешно дергала дверь, абсолютно не думая о том, что врываться в дом без предупреждения неприлично. Когда же наконец мне удалось распахнуть ее, ветер, словно в отместку, с оглушительным шумом захлопнул дверь за мной. Я вздрогнула от испуга и привалилась, обессиленная, спиной к дверному косяку.
— Кто там? — крикнул из спальни Трой и в следующее мгновение появился сам, еще мокрый после душа, с полотенцем вокруг бедер и влажными спутанными волосами. — Это ты, Хевен? — вытаращил он от удивления глаза. — Что же ты стоишь? Проходи, присаживайся, чувствуй себя как дома. Я мигом оденусь и выйду к тебе.
Он ни словом не упрекнул меня за мое внезапное вторжение в его жилище, лишь виновато улыбнулся, извиняясь за свою наготу, и исчез в спальне, на ходу вытирая вторым полотенцем голову.
Мои ноги словно приросли к полу, и, как ни старалась, не могла успокоиться и отдышаться. Так и продолжала стоять на том же месте, припав спиной к двери и судорожно вздыхая, когда из спальни снова вышел Трой, на этот раз уже одетый в белую блузу и черные брюки. Лицо его, обрамленное блестящими волнистыми волосами, казалось необыкновенно бледным по сравнению с грубым загорелым лицом Логана.
Он мягко оторвал меня от косяка, в который я вцепилась пальцами замерзших рук, снял с моего плеча сумочку и помог освободиться от тяжелой намокшей шубы.
— Не надо так убиваться, — тихим проникновенным голосом успокаивал он меня. — Все не так ужасно, как тебе кажется. В такой день, когда ветер и снег велят нам оставаться дома, что может быть лучше вкусной еды и задушевной беседы у потрескивающего камина? — Он усадил меня возле огня в кресло, стянул мокрые сапоги и растер руками мои замерзшие ноги.
Слегка расслабившись и согревшись, я почувствовала себя лучше и перестала хныкать. Все лампы были погашены, комнату освещали лишь отблески пламени, отбрасывающие на стены пляшущие тени. Трой уложил мои ноги на пуфик и накрыл их пледом.
— А теперь самое время подкрепиться, — улыбнулся он, глядя, как я вытираю платочком слезы с лица. — Кофе, чаю, вина, горячего шоколада?
При упоминании о горячем шоколаде я снова разрыдалась, чем напугала Троя.