Страница 76 из 152
Зал рукоплескал, когда он в последний раз садился на место председателя.
Чарли встал, чтобы ответить.
— Председатель, — начал он, — пусть никто не думает, что Бекки и я смогли бы создать такое дело, каким оно является сейчас, без вашего участия и вашей поддержки. На самом деле, по правде говоря, мы бы не смогли купить ни второй, ни третий магазины. Я горжусь тем, что становлюсь председателем после вас, и, принимая ответственные решения, всегда буду представлять, что рядом стоите вы. Последнее предложение, которое вы внесли, будучи председателем компании, завтра вступит в силу. Том Арнольд станет управляющим директором, а Нед Деннинг и Боб Макинз войдут в состав правления. Потому что в компании Трумпера всегда будет принято выдвигать руководящие кадры из своих людей.
Вы являетесь новым поколением, — произнес Чарли, глядя в зал на сотрудников, — и это первый случай, когда мы собрались все вместе под одной крышей. Так давайте сегодня вечером определим дату, когда все мы начнем работать под одной крышей у Трумпера на Челси-террас. Я называю вам эту дату — 1940 год.
Все как один встали и, скандируя «1940-й», приветствовали своего нового председателя.
Полковник поднялся со своего места и пригласил Бекки на вальс. Они были первыми, кто вышел танцевать.
— Вы помните, когда первый раз пригласили меня на танец? — спросила Бекки.
— Конечно, помню, — сказал полковник. — И, говоря словами Гарди, «это стало еще одной прекрасной заварушкой, в которую вы втравили нас».
— Это он виноват, — кивнула она на Чарли, проплывавшего мимо в танце с Элизабет Гамильтон.
Полковник улыбнулся.
— Какую речь произнесут, когда в отставку будет уходить Чарли, — произнес он с тоской. — Не могу представить, кто осмелится стать председателем после него.
— Женщина, наверное.
Глава 27
Серебряный юбилей короля Георга V и королевы Марии в 1935 году отмечала вся компания Трумпера. Витрина каждого магазина украшалась изображениями королевской четы, и Том Арнольд даже следил за тем, кто проявит при этом максимум фантазии.
Чарли взял под свою ответственность 147-й магазин, который он по-прежнему считал своей вотчиной, и с помощью дочери Боба Макинза, обучавшейся на первом курсе художественного училища, сложил из фруктов и овощей фигуры короля с королевой, возвышающиеся над Британской империей.
Чарли просто позеленел от обиды, когда жюри в составе полковника и маркиза с маркизой Уилтширскими присудило 147-му магазину второе место, отдав предпочтение цветочной лавке, где нарасхват шли букеты красных, белых и синих хризантем. А вывела их на первое место громадная карта мира из цветов, в центре которой алыми розами была выложена Британская империя.
Чарли предоставил сотрудникам выходной день и в четыре тридцать утра повел Бекки с Дэниелом на аллею Молл Сент-Джеймс парка, чтобы заранее найти место, с которого можно было бы наблюдать, как король с королевой проследуют из Букингемского дворца в собор Святого Павла, где будет проходить благодарственный молебен.
Но, прибыв на Молл, они обнаружили, что тысячи людей, раскинув свои спальные мешки, одеяла и даже палатки, уже занимали каждый дюйм мостовой, деловито поглощая свои завтраки или просто дожидаясь начала выхода.
За разговорами с людьми, приехавшими из самых разных концов империи, быстро пролетели часы ожидания. И, когда наконец началась церемония, Дэниел с раскрытым ртом смотрел, как мимо них проходят солдаты из Индии, Африки, Австралии, Канады и тридцати шести других армий. Карету с королем и королевой Чарли встречал по стойке «смирно», сняв шляпу. То же самое он повторил, когда, исполняя гимн полка, мимо прошли королевские фузилеры. Когда процессия исчезла из виду, он позавидовал Дафни и Перси, которые были приглашены на службу в соборе Святого Павла.
После того как король с королевой возвратились в Букингемский дворец — как раз к завтраку, объяснил присутствующим Дэниел, Трумперы двинулись к себе домой. На Челси-террас в витрине 147-го магазина Дэниел заметил огромную надпись: «Второе место».
— Почему так, папа? — немедленно заинтересовался он. Мать с большим удовольствием рассказала ему о состоявшемся конкурсе. — А ты на каком месте, мама?
— На шестнадцатом из двадцати шести, — сообщил Чарли. — И то только потому, что все трое судей оказались ее давними друзьями.
Через восемь месяцев король умер.
Чарли верил, что с вступлением на престол Эдуарда VIII начнется новая эпоха, и решил, что ему давно уже пора совершить паломничество в Америку.
На очередном собрании он предупредил об этом правление.
— Есть ли какие-нибудь серьезные проблемы, о которых следует беспокоиться во время моего отсутствия? — спросил председатель у своего управляющего директора.
— Я все еще не нашел нового управляющего в ювелирный магазин и пару продавщиц для «Женской одежды», — ответил Том Арнольд. — А в остальном пока все в порядке.
Убедившись, что Том Арнольд и правление смогут удержать форт в течение месяца, который они с Бекки будут отсутствовать, Чарли окончательно решился отправиться в путь, когда прочел в газетах о предстоящем спуске на воду «Королевы Марии». На ее первое плавание он и забронировал двухместную каюту.
Бекки провела пять незабываемых дней на борту «Королевы», особенно радуясь тому, что даже ее муж начал расслабляться, когда убедился, что отсюда невозможно связаться с Томом Арнольдом и даже с Дэниелом, который был определен в пансион. В действительности, как только Чарли убедился в том, что ему не удастся ни о чем беспокоиться, он обнаружил для себя массу удовольствий, которые мог предоставить лайнер слегка располневшему и праздному мужчине средних лет.
Великолепная «Королева» вошла в порт Нью-Йорка в понедельник утром, приветствуемая многотысячной толпой. Чарли мог только догадываться, как чувствовали себя первооткрыватели Америки, которых никто не встречал, когда они высаживались с «Мэйфлауэра», в которые не знали, чего им ждать от аборигенов. Хотя, впрочем, Чарли тоже не был уверен в том, чем его встретит Америка.
По рекомендации Дафни Чарли снял номер в отеле «Астория». Но после того как чемоданы были распакованы, оказалось, что необходимости в праздности больше нет. Поэтому на следующее утро он встал в четыре тридцать и первым делом пролистал «Нью-Йорк таймс», впервые столкнувшись на ее страницах с именем миссис Уоллис Симпсон. Покончив с газетой, Чарли вышел из «Астории» и отправился колесить по Пятой авеню, изучая убранство витрин самых разных магазинов. По изобретательности и оригинальности в этом деле обитатели Манхэттена заметно превосходили своих соперников с Оксфорд-стрит.
В девять часов магазины открылись, и он смог приступить к более детальному их изучению. Теперь он разгуливал по проходам в самых модных магазинах, большинство из которых было сосредоточено на углах улиц. Его интересовало все: их запасы товаров, работа продавцов, покупательский спрос. Первые два дня своего пребывания в Нью-Иорке он возвращался в отель без сил.
Только на третий день, покончив с Пятой авеню и Мэдисон-стрит, он перебрался на Лексингтон, где и обнаружил торговый центр Блуминдаля. С этого момента Бекки поняла, что лишилась мужа до конца пребывания в Нью-Йорке.
Первые два часа Чарли только и делал, что путешествовал на эскалаторах с этажа на этаж до тех пор, пока не разобрался в схеме здания. Затем он приступил к изучению каждого этажа в отдельности, обследуя отдел за отделом и делая подробные записи. На первом этаже у них продавалась парфюмерия, товары из кожи, ювелирные изделия; на втором — шарфы, головные уборы, перчатки, канцелярские товары; на третьем и четвертом этажах находилась мужская и женская одежда, выше — товары для дома, и так до двенадцатого этажа, где за вывеской «Нет входа» укрылась в своих кабинетах администрация фирмы. Чарли очень хотелось узнать, как спланированы там помещения, но попасть на этаж ему не удалось.