Страница 26 из 34
Делаю ему знак рукой: мол, следуй за мной.
Но Лысый не торопится, смотрит на меня снизу вверх:
– Аня, ты нечто! Я такого даже в Сети не видел…
– Вставай! Побежали скорее, пока охранники не очухались!
– Чего им чухаться? Они думают, ты взорвалась, а меня вообще не видели…
– Не знаю, что они думают. Бросай свою ерунду, уходим – быстро!
– Взорвется, если брошу. Это же мина!
Я так и застыла на одной ноге.
Наверно, правду говорят: у хакеров только половина мозгов. Вторую они продают или заменяют на микрочипы у хирургов, практикующих нелегальные трансплантации органов. Шиплю вполголоса:
– Что?
– Ну, выкопал одну мину – добро зря пропадало. Переделаю во взрывпакет…
– Ты что, совсем ненормальный? – Я покрутила пальцем у виска. – Маньяк?
– Типа того…
Но если мина до сих пор не взорвалась – значит, он ее как-то разминировал? Решаюсь встать на обе ноги. Лысый нехотя поднимается, прячет свое изделие под куртку, мы двигаемся к берегу и сталкиваемся с Никитой, с Даном.
– Аня! – бросился ко мне Ник. – Как ты?
По-моему, самый тупой вопрос, который можно задать человеку, с ног до головы заляпанному кровью. Но я так рада видеть Ника, что промолчала. Мы обнялись, как после бесконечно долгой разлуки.
– Что я говорил? – подмигнул мне Дан. – Анна не умеет проигрывать!
С какой стати я должна проигрывать всяким самодовольным уродам? У меня саднят разбитые в кровь руки, опускаю их в снег, чтобы немного унять боль, потом растираю снегом лицо: льдинки щекочут кожу, становится легко и весело!
– Ого! Посмотрите вверх! – В небе яркой красной звездочкой расцвела сигнальная ракета. Фейерверк в мою честь? Нет, не похоже, надо торопиться к Лешке.
17
Мертвая полоса воды тянулась за ледоколом по белоснежному ледяному полю. Отсюда, с возвышенности на берегу Острова, сам кораблик выглядел маленьким и беспомощным, но его водяной след очень широкий – не перепрыгнуть. Он перечеркивал всякую надежду на побег.
Отколовшиеся куски льда покачивались в свинцовой ряби воды. Прикидываю, насколько они прочные – можно ли добраться по ним до крепкого льда, и впервые за все время на Острове жалею, что здесь потеплело. Если бы холод был способен мгновенно превращать воду в лед. Заткнуть, залечить эту рану! Ледокол удалялся, почти скрылся из поля зрения, мы спустились на берег и таращились ему вслед.
– Я специально вам посигналил и засек время, когда ледокол появился. – Лешка подбежал к нам и показал старомодные часы. – Будем знать, через сколько часов он проплывет здесь снова.
– Хорошо.
Действительно, хорошо – сможем прикинуть, замерзает вода между проходами ледокола или нет. Даже такой призрачной надежды на освобождение нам оказалось достаточно, чтобы приободриться.
Мы с Даном стали разглядывать карту, прикидывая, где еще на подступах к Центру Управления могут быть установлены мины. Лысый тоже занялся делом – всадил в обожженную руку очередной шприц обезболивающего, насыпал полный рукав льда и принялся колдовать над взрывчаткой и запчастями мины.
Я отодвинулась подальше от этого действа.
– Аня, зря ты камеру выбросила, надо было забрать…
– Хотел продать мою драку в Сети как видео боев без правил?
– Дельная мысль, но вообще-то хотелось сделать радиоуправляемую бомбу. Я там покопался маленько в снегу. И понял, что мины устанавливали наспех. Если устроить взрыв прямо рядом с ними, мины начнут детонировать одна за другой. Если нам повезет, то все повзрываются. Поняли, что это значит?
– Взрывов будет столько, что небо снесет! – предположил Лешка.
– Это значит, что можно будет пройти между воронками к самому зданию и не подорваться! – догадалась я. – Отлично! Давайте, ищите, у кого остались браслеты, камеры или переговорные устройства…
– Аня, на этот грохот сбежится охрана со всего Острова! – осторожно возразил Никита. – Они же не идиоты, заходят узнать, что случилось…
– Вот и отлично, пусть сбегаются, – подсел к нам Дан. – Мы будем одеты охранниками: очки, шарфы, снегоходы. В суете, в толчее никто не обратит на нас внимания, и сами нас впустят и в здание, и на вертолетную площадку – куда угодно!
– Если у нас получится…
– Обязательно получится!
Зашуршали рюкзаки. Пока все выгребли остатки техники – у кого что нашлось, а Лысый прикидывал, как сподручней воспользоваться таким сомнительным богатством, бросила взгляд на Ника, потом оттащила Дана в сторону, чтобы поговорить подальше от чужих ушей, твердо сказала:
– Дан, я пойду с вами!
– Мы уже договорились – с нами идет Никита. Что еще выдумывать? Угомонись…
– Угомониться? Знаешь, лучше я пойду и постучусь к ним прямо в двери!
Дан поймал мою ладонь и потянул меня к себе:
– Погоди…
– Я должна туда попасть! – Дан оглядел меня с головы до ног: я сжимаю кулаки так, что костяшки пальцев белеют, пусть поймет, наконец, – меня не остановить. – Ты же шулер, придумай, как можно обдурить тупиц из охраны?
– Сейчас… – Он вскинул бровь. – Сделать из тебя охранника не получится… Значит, надо превратить тебя в труп.
– Ты что, издеваешься? – Я с силой отпихнула его в сторону.
– Нет. Охранники собирают тела «выбывших» по всему Острову. Правильно? Потом отвозят их в Центр Управления. Мы сделаем точно так же – привяжем тебя к снегоходу, если ты будешь лежать и не шевелиться, мы провезем тебя внутрь как «выбывшую».
– А мое оружие?
– Оружие спрячешь под куртку.
– Ладно, поняла… – Лысая голова Алекса все еще склоняется над горой железяк, но раз он клянет все и всех, значит, получается у него плохо, а у меня есть чуток времени поспать. Я зевнула. – Пойду, потренируюсь лежать неподвижно!
Очень хочется выспаться.
Поцелуй
Уже не помню, когда я спала нормально. Верчусь, ложусь лицом вниз – лежу без сна, приходится накрыть голову запасным свитером, но безжалостный свет все равно просачивается через трикотажное полотно.
Как бы я хотела уснуть сейчас и проснуться в другом мире – где по ночам темно, в небе светит луна и звезды, где нет этого изнуряющего света и белизны. Или еще лучше – не просыпаться вообще. Но только-только мне удается сползти в сон достаточно глубоко, как меня начинают трясти за плечо:
– Анна, просыпайся! Вставай!
Рядом со мной стоит Глеб – паренек, который прибился к нам вместе с Алексом и рыжей Лерой. Я нехотя села, потерла глаза кулаками:
– Что еще стряслось?
– Они пошли ставить бомбу, и Никита примерз к железке…
– Какая железка? Где он? – Сон никак не дает мне выбраться из липкого тумана, пока паренек тараторит мне на ухо:
– Дан с Лехой пошли откапывать снегоходы, а мы лежали тут и сторожили, пока Лысый пополз ставить свою бомбу… – Я начинаю отчетливо соображать уже рядом с оградой минного поля: Никита лежит около металлической планки, на которую подвешена колючая проволока, голова в каком-то напряженном, неявственном положении.
Наверняка прислонился к ней щекой, слезинка от ветра сбежала по лицу или просто слишком долго пролежал, не знаю, но теперь его щека накрепко спаялась с металлом. Ник заметил меня, попытался повернуть голову и вскрикнул от боли – едва не выдрал кусок щеки до самого мяса, кожа треснула, выступила капелька крови, ее сразу же прихватило морозом.
– Осторожнее, не шевелись!
Оборачиваюсь на парнишку:
– Глеб, беги – принеси свечи и кружку, надо полить теплой водой… – Если на небе появится вездесущий вертолет, нас обязательно заметят, нам негде укрыться на границе этого снежного поля. Что тогда будет? Появятся охранники, или Господин Ведущий отправит за нашими головами уцелевших игроков, пообещает им легкую победу?
Значит, мне надо торопиться.
Я подбираюсь поближе к Никите, теперь мы лежим близко-близко. Высвобождаю ладонь из перчатки, прижимаюсь к его щеке, около самых губ, и ощущаю холод металла.