Страница 47 из 68
— Ты прав. — Осиба оправила прическу. — Может, сначала позавтракаешь, там все уже готово. — В ее голосе, несмотря на природную сдержанность, читалась обида, так что Ал невольно ощутил укол совести. Осиба была из тех роковых женщин, с которыми можно было лечь вечером в постель совершенно нормальным мужиком, а проснуться уже без головы и половых органов. Но как же хотелось лечь в постель именно с такой женщиной!
Не дождавшись ответа, она хлопнула в ладоши, и тут же девушки внесли и расставили перед Алом еду. Белоснежный рис в специальных мисочках соседствовал с бледным телом осьминога, нарезанным дольками, рядом с запеченными в тесте креветками лежала жареная рыбка, несколько крошечных мисочек с различными соусами, которые следовало смешивать по собственному вкусу, соседствовали с чуть-чуть маринованными водорослями, и, разумеется, сырая рыба на колобках риса.
Что называется, завтрак на любой вкус. Ал не без удовольствия тут же налег на жареную рыбу, заедая креветками в тесте. Дома жена упорно заказывала повару полусырую пищу, которую Ал мог только проглатывать, давясь и тут же запивая огромным количеством саке, чтобы не было так противно.
Здесь он хоть и пригубил саке, но уже не пытался изничтожить им отвратительный вкус сырой рыбы, к которой он так и не привык, теперь даже саке показалось ему вкусным. Хотя, возможно, это было не обычное саке, что-нибудь сделанное по заказу привередливой хозяйки.
Сама Осиба, вопреки традиции, вместо того чтобы ухаживать за Алом, отошла в сторону, смотря в окно и дожидаясь, когда тот откушает.
Когда девушки убрали посуду и Ал наконец оделся, красавица оторвалась от созерцания сада и, подойдя к Алу, села на приготовленную для нее подушку.
— Ты прекрасно знаешь, что орден «Змеи» занимается тем, что засылает своих агентов в разные страны и в разные времена. — Она выдержала его взгляд. — Тебе так же известно, что нынешний Дзатаки — это совсем не Дзатаки, не мой муж и не отец Юкки.
Ал кивнул.
— Его настоящее имя Ким, он был заслан в Японию из будущего, так же как и ты. Спросишь, откуда мне стало это известно? Очень просто. Я не знала о том, что он жил в теле Киямы, хотя и догадывалась, что с главой даймё христиан не все в порядке. Юкки сказала, а она знает от него.
Она изящно махнула рукой, и Ал невольно залюбовался изящным запястьем с тонкой цепочкой.
— Юкки научила его перемещаться в новые тела без помощи координаторов ордена. До этого перемещались вместе с телами… — Она вздохнула. — Если бы Юкки родилась мужчиной, она смогла бы достичь высот не меньших, а может быть даже и больших, чем достиг мой первый муж — Тайку Хидэёси. Впрочем, все еще может быть… — Она подмигнула Алу, отчего у того сделалось нехорошо на сердце.
— Ты вроде бы что-то говорила о синоби, — попытался перевести он тему, идея о том, что его очаровательная невестка могла в любой момент обернуться брутальным мужиком, была отвратительна.
— Я и говорю, — Осиба пожала точеными плечиками. — Вчера по моей просьбе Юкки вышла из своего тела. Юкки гостит у меня. Ты, должно быть, знаешь…
Ал кивнул, хотя на самом деле слышал о том, что невестка покинула замок Грюку, в первый раз. Впрочем, откуда он мог это услышать, сам же сидел несколько месяцев в замке Дзатаки, а там ни Интернета, ни мобилы самой завалященькой… Голубиная почта, вот и все тебе блага цивилизации.
— Так вот, вчера Юкки вышла из своего тела, перебралась в замок к Дзатаки, вошла в тело кого-то из его слуг и провела переговоры. — Осиба сделала паузу, выжидая, пока Ал переварит услышанное. — Так что на ближайшее время мы решили заключить перемирие и попытаться выбраться из этого дерьма вместе. — Осиба проникновенно поглядела на Ала.
— Что сказал Ким?
— Буквально следующее, он не выдал ни своего куратора, ни путей в орден «Змеи», впрочем, я и не ожидала, что он так легко расколется. Но он сказал нечто весьма любопытное. — Осиба снова замолчала, гладя Ала по голове. — Какие у тебя странные серебристо-золотые волосы, всегда думала, что ты с ними что-то делаешь. — Она накрутила прядь на палец и теперь поигрывала волосяным колечком, пытаясь поймать на него солнечный лучик.
— Что сказал Ким дословно?!
— Ким сказал, что орден «Змеи» всегда ратовал за то, чтобы события, которые должны произойти, действительно имели место в реальной истории. Он сказал, что кураторы из будущего не позволяют агентам по своему усмотрению заканчивать или начинать войны и вообще делать что-то такое, что может заставить страну, в которой они пребывают, отказываться от своего пути, потому как, пока все идет как по-писаному, процесс можно контролировать, когда же нет…
Ал кивнул.
— Так вот, недавно у Дзатаки, или, если тебе привычнее, Кима, был его куратор, который сказал, что орден обеспокоен одной странностью, дело в том, что у вас в будущем значится, будто бы Токугава Иэясу, призвав к себе на службу синоби и сделав их деятельность легальной, сам же их и уничтожил, поняв, что они сделались сильнее его собственной армии.
— Как так? — не понял Ал. — Когда же?..
— Я не знаю, как так об этом тебе лучше было бы поговорить с самим Дзатаки, но он сказал буквально следующее: за пару лет до смерти Токугава пригласил к себе старейшин двух самых известных и сильных кланов ниндзя. И предложил им определиться, кто именно из них будет держать вместе с ним власть в стране.
Ал невольно дрогнул, услышав из уст Осибы термин «ниндзя», который должен был появиться через сто лет. Это могло свидетельствовать о том, что Юкки действительно говорила с Дзатаки. Хотя с тем же успехом Осиба могла услышать его в будущем, где она омолаживалась.
— Для этого Токугава повелел устроить бой между кланами синоби. Когда же те приняли это и сразились, их деревни с тыла обошли самураи Токугава-сан с пушками и в считаные минуты уничтожили тех, кто оставался жив. То же произошло и на поле боя. Победителей ждала лютая смерть. — Осиба вздохнула.
— Но здесь не было ничего подобного! Токугава Иэясу до самой своей смерти чтил синоби, всячески помогая и поддерживая их. После того как синоби спасли его от смерти, помогая уйти из окружения, он даже наградил их земельными наделами. — Ал покачал головой. — Он сам рассказывал мне, что предводитель синоби, собравший вокруг Токугава лучшие силы своих кланов, звался Хаттори Хандзо, за службу получил три тысячи коку риса, землю, а также разрешение самостоятельно набрать отряд стражников ( досин), все из синоби, помогавших Токугава в том знаменитом переходе через перевал Отоги-тогэ, через опасный район Кабуто, реки Кидзу и Удзи, до деревни Сироко в провинции Исэ. Потом этот отряд переименуют в Ига-гуми. На его содержание каждый год Токугава выделял из своих средств тысячу кэн риса. И все эти ниндзя от мала до велика получили земельные владения. А ведь это знак высшего признания! И когда я должен был набрать свой отряд, Токугава втайне прислал мне своих синоби, которые явились ко мне под видом нищих ронинов и благодаря которым мы взяли Осаку! Токугава всячески поощрял синоби, называя их лучшими своими воинами. Я никогда прежде не слышал о каких бы то ни было конфликтах между ним и синоби. — Он запнулся, пожал плечами. — То, что ты говоришь, Осиба, кажется мне бредом пьяного Кима и ничем больше. К чему Иэясу уничтожать синоби, когда они служили ему верой и правдой! Для чего синоби выступать против Токугава, если он одаривает и всячески поощряет их?
— Я тоже долгое время взвешивала эти факты, — красивое лицо Осибы выражало беспокойство, — но… ни один истинный правитель не потерпит рядом с собой людей, влияние которых становится большим, нежели его собственное. В Китае есть одна сказка о братьях великанах, которые помогали императору держать власть в стране. По его приказу они сначала уничтожили всех врагов, спасая таким образом Китай от неминуемого разорения. А потом… — она сделала выразительную паузу, — потом он отдал приказ, чтобы братья сошлись в смертельном бою за право называться сильнейшим и сидеть за столом по правую руку от императора. Братья начали биться, и вскоре старший убил среднего, а младший прирезал старшего. Не помню точно, кто там кого в результате победил, но победителя тут же забили всем миром. Поучительная история, верно?