Страница 31 из 68
— Считай, не считай, какая разница, — ткнул Юкки в бок толстый самурай, — если эти черти вознамерятся порубить нас, это не составит им большого труда. Каждый знает, что один синоби стоит десятерых мастеров меча, не то что простых воинов.
— Но они наши союзники?! — попыталась возразить Юкки и тут же осеклась, отец не раз рассказывал ей, как во время войны союзники покидали поле боя или переходили на сторону врагов.
— Ты, конечно, прав, Анаяма, взявшие заказ синоби всегда доделывают его до конца, и, возможно, в этом нам повезло, и они помогут нам выбраться отсюда живыми. Но с другой стороны, никто не знает, не исполняют ли они на самом деле заказ наших врагов — доставить нас в ставку предателя целыми и невредимыми…
Должно быть, кто-то скомандовал двигаться вперед, во всяком случае, кавалькада Токугава подравнялась и, чуть ли не прижимаясь друг к дружке, двинулась с места.
Это было довольно-таки странное зрелище: посреди не больше десятка людей с факелами, и по краям сотни три черных, больше похожих на призраков, чем на людей, охранников, двигающихся вообще без света.
Возможно, следовало отдать приказ всем избавиться от факелов, дабы не привлекать внимания, но, по всей видимости, у самого Токугава Иэясу на такой приказ не хватило бы духу. Ведь одно дело — находиться в окружении синоби и иметь хотя бы возможность видеть то, что происходит вокруг тебя, и совсем другое — не иметь возможности даже лицезреть свою собственную гибель.
Луна было появилась и тут же скрылась за мохнатыми тучами, начал накрапывать дождик. Луна проглянула лишь на мгновение, но синоби этого хватило, чтобы заметить притаившегося в ветвях придорожного дерева лучника, мгновенно отреагировав: сразу два воина в черном выбросили перед собой руки, и незадачливый лучник рухнул с дерева, пронзенный какими-то метательными снарядами.
В следующее мгновение рядом с лицом Юкки просвистела стрела, и тут же конь одного из синоби заржал от боли и начал крениться на бок, его хозяин выпустил стрелу в пустоту, и та ответила коротким вскриком.
— Как они стреляют в такой темноте? — Услышала она голос Токугава.
— Темнота как в моей заднице, — хохотнул кто-то, и тут же сбоку послышались быстрые шаги и удары мечей.
— Да что мы сидим, как на свадьбе! — Воин рядом с Юкки обнажил меч, но кто-то из ехавших рядом удержал его за руку. — Ты в темноте много углядишь?
— Факелом себе подсвечу, а сидеть как девка не буду! — Послышалась возня, на всякий случай Юкки выдвинулась вперед. И тут же Иэясу небольно ударил ее в скулу.
— Не спеши, куда ты лезешь, поломаешь ноги коню, пойдешь всю дорогу пешком! — В свете факелов глаза даймё светились нехорошим блеском, голос заметно дрожал, по всей видимости, он был на грани срыва.
— Я хотел просто занять более удобную позицию на случай, если придется вмешаться, — попыталась успокоить Иэясу она. — А где Хаттори Хандзо?
— Хаттори Хандзо? Да вот он. — Иэясу показал в сторону как раз приближающегося к ним воина. — Если бы все мои слуги появлялись, едва о них зашел разговор. Я безмерно благодарен тебе, — он усмехнулся, — что же, когда мы доберемся до места, твоих синоби ожидает щедрая награда. Во всяком случае, все они получат места в моих отрядах. Хорошие воины всегда в цене.
— Да простит меня ваша милость, — Хаттори Хандзо склонился в придворном поклоне перед Токугава-сан. — Но поскольку я руковожу этой охраной, — он кивнул в сторону черного войска, — не могу ли я попросить вашего оруженосца Анаяма Байсэцу сохранить список прославленных воинов синоби, которых следует отметить особо? Или вы предпочли бы держать его при себе?
— Что за глупость, я вполне доверяю Анаяма-сан. — Токугава покровительственно похлопал Юкки по плечу. — Он хоть и юн, но настоящий самурай и весьма опытный воин. Ваш список будет под надежной охраной в руках Анаяма Байсэцу.
— Вот он, господин. Я надеюсь, что вы оцените мой выбор. — Хаттори Хандзо поклонился.
— Анаяма, посвети мне.
Юкки обернулась, ища огня, но Хаттори Хандзо сам поднес факел к бумаге и, наклонившись к господину, начал читать вслух:
— Сначала я хотел бы отметить, что правый фланг защищают люди, принадлежащие, так же как и я, к клану Хаттори, с левого же фланга, — он кивнул в сторону черной безликой массы медленно и неотвратимо двигающихся людей и животных, — буси [23]из Кога Минобэ. В авангарде принимают на себя лобовой удар противника синоби клана Вада, и замыкает наше шествие семья Миядзима. При этом я прошу обратить внимание, что в охране вашей милости принимают участие дзёнин Цугэ Киёхиро из Ига и мастер нин-дзюцу Цугэ-рю, оба этих воина никогда не знали поражений. И если бы не чрезвычайные обстоятельства, связанные с разгромом Ига, нам нипочем не удалось бы заполучить таких воинов.
По голосу было понятно, насколько взволнован происходящим Хаттори.
В это время авангард наткнулся на поджидающую засаду, и Юкки заметила, как мелькнули несколько десятков теней вперед, в то время как оставленные для охраны воины сгрудились вокруг кавалькады Токугава, готовые к любой неожиданности. Впереди были слышны только звон мечей, конское ржание, крики умирающих и стоны. Кавалькада остановилась, двое самураев, находящихся рядом с даймё, прикрыли его щитами.
Когда крики и шум затихли, последовал короткий приказ, больше похожий на крик ночной птицы, и все словно завороженные сдвинулись с места.
— Я записал здесь имена только самых знаменитых и прославленных воинов, которым от вашего имени я обещал земли. — Хаттори вопросительно поглядел на Токугава, и тот кивнул.
— Ты привел тех, о ком мы говорили? Тебе это удалось? — Токугава прищурился.
— Да, мой господин, я исполнил все в точности, вот, извольте посмотреть — Гэнсукэ, Дэндзиро, Дэнъэмон, Магобэй, Утикура, Синкуро, Ситикуро, Канроку и другие из клана Хаттори; Саннодзё, Итиносукэ, Канхатиро из семьи Цугэ; Собэй и Сукэдаю из рода Ямаока; Томита Яхэй; Фукумори Саданари; Яманака Тобэй; Кикути Тоёфуси; Сибата Сухо; Ёнэти Хансукэ; Ямагути Кансукэ.
Юкки почувствовала, как вокруг Токугава побежали благожелательные волны, ну просто не отважный самурай, а домашний довольный котище возле полной миски с рыбой.
— Мы оставим своих лошадей на перевале, коням нечего делать в горах, — сообщил свой план Хаттори. — Дальше по горным дорогам все пойдут своими ногами, вас же мы понесем в паланкине, таким образом, чтобы синоби сомкнулись вокруг вас точно живая стена. Никто не сумеет добраться до вас, никто не окажется у вас на пути.
— Это еще почему? — Улыбка быстро слетела с лица Иэясу, так что Юкки невольно подумала, что все это время даймё играл с ними.
— Потому что, мой господин, часть наших людей будут обшаривать все горы и кусты, все ручьи и ямы, все деревья, на которых могут прятаться враги.
Что будет дальше, Юкки знала более или менее верно, отец рассказывал ей о приключении брата в горах. Это был действительно тяжелый и опасный переход, и Юкки совсем не хотела участвовать в нем. Тем более что она вдруг явственно вспомнила, что Анаяма Байсэцу, тело которого она сейчас занимала, должен погибнуть во время этого перехода, кажется, оторвался от основной группы. Отец говорил, что юный Анаяма ввязался в схватку с засадой предателя Акэти во время разведки. Как будто бы ушел слишком далеко вперед и принял на себя удар, так что, когда завязался бой, никто не успел прийти ему на подмогу.
— План такой, — нарушил ход ее мыслей Хаттори, — мы пройдем Кабуто, это будет, полагаю, самым опасным участком пути, потому что там больше всего людей Акэти, после чего переправимся через реки Кидзу и Удзи, дойдем до деревни Сироко в провинции Исэ. Далее мы пересядем на джонки и морем доберемся до Микава {6}.
— Действуйте, — коротко приказал Токугава, но у Юкки уже были другие планы. В этот момент впереди снова послышались крики и топот копыт, и Юкки, дав коню шпор, полетела на невидимого в темноте врага.